Московский экономический журнал 4/2016

УДК 316.6 +316.334.2+37.035.3+ 316.6 +314.742, 316.7

bezymyannyj-12

Матвеева Алла Ивановна,

доктор философских наук, доцент,

профессор кафедры философии,

Уральский государственный Экономический Университет, г. Екатеринбург,

Сарапульцева Анастасия Вячеславовна,

кандидат философских наук, доцент,

доцент кафедры философии,

Уральский государственный Экономический Университет, г. Екатеринбург,

Matveeva А.I.    matveevaa2011@yandex.ru

Sarapultseva A. V.  vlladislavaanastasevna@gmail.com

О НЕКОТОРЫХ  МИРОВОЗЗРЕНЧЕСКИХ   ТРУДНОСТЯХ  ГРАЖДАН РФ В СВЯЗИ СУВЕЛИЧЕНИЕМ ЧИСЛА МИГРАНТОВ И ИХ ВЛИЯНИЯ НА ОБЩЕСТВЕННО ПОЛИТИЧЕСКУЮ ЖИЗНЬ

Аннотация

Статья посвящена актуальному в современной экономической ситуации вопросу, заключающимся, в том, что  все больше и больше возникает  мировоззренческих трудностях у граждан РФ в связи с увеличением числа трудовых мигрантов и их влияния на общественно политическую жизнь. Предметом анализа выступают мировоззренческие трудности граждан РФ, возникающих у граждан РФ с увеличением потока эмигрантов. Основу исследования образуют герменевтический, феноменологический и аналитические методы. Авторами  представляется осуществление мер способных блокировать негативные тенденции в сфере миграции и около неё. Результаты исследования могут быть применены в сфере социально-политических анализов   общества, социального прогнозирования и проектирования.

Ключевые слова: мигранты, толерантность, этнические преступления, граждане РФ, СНГ, радикализм, социальные процессы, социальная адаптация, социализация.

Summary:

Article is devoted to an urgent question in a modern economic situation, consisting, that there are world outlook difficulties at citizens of the Russian Federation in connection with increase in number of labor migrants and their influences on social and political life more and more. World outlook difficulties of the citizens of the Russian Federation arising at citizens of the Russian Federation with increase in a flow of emigrants act as a subject of the analysis. The basis of a research is formed hermeneutic, phenomenological also by analytical methods. Authors implementation of measures capable to block negative tendencies in the sphere of migration and about it is represented. Results of a research can be applied in the sphere of socio-political analyses of society, social forecasting and designing.

Keywords: migrants, tolerance, ethnic crimes, citizens of the Russian Federation, CIS, radicalism, social processes, social adaptation, socialization.

В минувшие годы к реально существующим вызовам и угрозам добавилась проблема снижения толерантности к лицам приезжим в Российскую федерацию. По сути, в определенных кругах российских граждан это превратилось в фобию, основной источник опасности причин ухудшения материального и социального положения коренных граждан. При этом для обывателей, не важно, относятся ли мигранты к категории законных или нелегальных по разным данным к числу лиц прибывших из бывших республик советского союза составляют  десятки миллионов человек  из которых, только  около 50%  находятся в России легально [2]. Практически все прибыли  на заработки в связи с бедственным положением экономик своих стран. Несмотря на все попытки правоохранительных органов  ввести эффективную систему учета и контроля не приводит к успеху. Организация нелегальной эмиграции сегодня, как и сопутствующие ей сферы является одной из самых доходных частей криминального бизнеса. Необходимо подчеркнуть, что этот бизнес носит исключительно интернациональный характер, в который вовлечены не только граждане российской федерации, но и представители диаспор, влияние которых с каждым годом повышается. Главного управления по вопросам миграции МВД России на апрель 2016 года, на территории страны было 9,87 млн иностранных граждан и лиц без гражданства. Подавляющая часть из них трудовые мигранты из стран ближнего зарубежья, а также украинские беженцы, которые продолжают прибывать, хотя и меньшими темпами по сравнению с прошлым годом – в 2015 году в территориальных органах ФМС России получили временное убежище 149,6  тысяч человек (в 2014 году более 250 тысяч человек) [1].

Мы имеем дело с криминальной индустрией по нелегальному ввозу иностранцев в Россию обеспечение их фальшивыми, а не редко и реальными добытыми с помощью коррупционных связей документами теневой биржи труда организации подпольных производств, мест проживаний, подкупом чиновников. В этих условиях нелегальные мигранты не только не обеспечены элементарной социальной защитой (трудовые права, медицинская помощь, образование и прочие). Мигранты становятся заложниками этнических преступных групп, существующих в их среде по национальному признаку (китайские, вьетнамские, таджикские, узбекские, азербайджанские и другие преступные группы и сообщества).  Подобная латентная преступность не находит отражение в милицейских сводках, так как функционирует внутри нелегального миграционного сообщества. Необходимо подчеркнуть, что данная преступная деятельность, находящаяся вне зоны  правоохранительных органов РФ имеет характер мины замедленного действия. Более того наши правоохранители не заинтересованы ведением подобной работы. Утверждая (совершенно объективно), что понятие «этническая преступность» отсутствует в российском законодательстве.

 По официальным данным МВД мигрантами из стран СНГ и Балтии за год совершается не более 4% преступления. За первое полугодие 2016 года из 1,5-ра  миллионов зарегистрированных преступлений было совершено 24,5  тыс. правонарушений, а против мигрантов 9 тыс. преступлений [3]. Необходимо отметить, что сотрудники правоохранительных органов, информируя о состояния преступности, постоянно рапортуют о высоком проценте преступлений совершенных мигрантами, не уточняя к какой «волне» это относится к внутренней или внешней.  Таким образом, вся указанная правоохранительными органами статистика еще более разжигает волну негодования среди местного населения, по отношению к мигрантам.

Рис.1. Структура иностранных граждан, находящихся на территории России по целям пребывания [5]

1

Более того необходимо констатировать, что потенциал правоохранительных органов и специальных служб неспособен решать подобные задачи. Отсутствует опыт и возможности для проникновения в среду нелегальных мигрантов и уж тем более, внутрь их преступных сообществ. Ни одно специализированное учебное заведение не готовит специалистов, работающих по китайской, вьетнамской, таджикской т др. линии. Мы не обладаем квалифицированными кадрами для работы внутри даже цыганских преступных сообществ  по выявлению, предупреждению преступных посягательств на стадии замыла. При этом речь идет не только о квалифицированных оперативных кадров, но и специалистов в области языка, традиций, обычаев конкретных национальностей, но и культуре. Этот разрыв с каждым годом увеличивается. Профессиональный потенциал оперативников уменьшается, а квалификация преступников  динамично растет. На вооружение берутся  современные технологии, возможности мультимедийного общения. Интерпол констатирует невозможность борьбы с преступностью с использованием интернета. В РФ практически демонтирована система контрразведовательного режима, а ФСБ фактически устранилось от борьбы с нелегальной миграцией. Хотя по определению ФСБ обязано выявлять нелегальных сотрудников специальных служб, их агентуру в первую очередь среди иностранцев. Доходит до абсурда, когда в 60-ти километров от Москвы в г. Пушкине был вскрыт завод (в прошлом на режимной территории) где жили и работали 2,5 тыс. нелегальных мигрантов из Вьетнама. По сути это два  мотострелковых полка на окраине столицы России [6].

Правоохранительные органы систематически докладывают обществу о задержании больших групп мигрантов.  Только 29 октября 2016 года ФМС  с МВД задержали 27 тыс. мигрантов, из которых 7 тыс. (численность развернутой мотострелковой дивизии) находились на территории РФ нелегально [2]. Все они где-то работали, на что-то существовали и где-то проживали. Даже в годы Великой Отечественной войны при ослабленной фронтом милиции, неразберихи невозможно себе представить такого числа неконтролируемой массы иностранцев. Более того все они обладают устойчивыми идентификационными признаками внешности. Безусловно, существуют объективные условия затрудняющие контроль,  за миграционными процессами, в числе их пробелы законодательства, несоответствия подзаконных актов  оперативной обстановки. При этом незыблемым и ключевым в сфере контроля, за нелегальной миграцией остается высокая коррупция, неисполнение должностными лицами даже существующих требований.

Особенно серьезные предпосылки возникли в связи с событиями на Украине. Более 700 тыс. иностранцев по упрощенной схеме прибыли в РФ были натурализованы как граждане РФ [4]. Значительная часть осталась на положении беженцев под гарантии возращения на родину. Это создает серьезные угрозы, так как агрессивная политика украинских властей свидетельствует о попытки перенесения очагов эскалации на территорию РФ с помощью диверсантов и террористов и криминалитета. Это особенно опасно в связи с отсутствием у потенциальных злоумышленников отсутствием внешних идентификационных признаков, большого числа у них родственников и знакомых граждан РФ, хорошего владения языком.

Как было сказано выше, увеличение числа мигрантов на территории РФ создает реальную напряженность в обществе. Они воспринимаются местным населением, не только  как потенциальные преступники, но и как лица создающие конкуренцию на рынке рабочей силы. Эти настроения «детонируют» в молодежную среду, в которой сильны экстремистские настроения. Под лозунгом объединения в борьбе за чистоту расы   молодежь сбивается в «стаи», совершая немотивированные тяжкие преступления по отношению к выходцам из стран СНГ. Особенно опасен этот процесс,  в связи,  с увеличением концентрации мигрантов в России, которые по закону «больших чисел» начинают ощущать, свою силу, влияние, сплачиваются вокруг одного центра, в котором преобладают национальные экстремистски настроенные лидеры. Реальную картину возможных социальных взрывов мы можем спрогнозировать, наблюдая мусульманские религиозные праздники у городских мечетей. В критической ситуации эти стоящие на коленях во время молебна люди могут встать. И тогда… Нарастание среди мусульман радикальных настроений подогревается националистическими проявлениями среди молодежи и подростков. Все это тревожный симптом нарастания межнациональной и межрелигиозной розни.

Необходимо признать снижение влияния на данный процесс религиозных конфессий. Несмотря на  усилия, которых,  негативные процессы развиваются не по нужному правоохранительным органам сценарию. Напротив, в последние годы религиозный радикализм приобретает характер нового модного молодежного тренда. Мы наблюдаем процесс втягивания в радикальные организации не только мусульманской молодежи, но и представителей национальностей традиционной христианской веры.

Исходя из выше сказанного, авторам представляется осуществление мер способных блокировать негативные тенденции в сфере миграции и около неё:

  1. Усиление роли федеральной службы безопасности в сфере контроля, за обстановкой в этнических группах, в первую очередь нелегального характера. Восстановление контрразведовательного режима в отношении всех иностранцев, находящихся на территории РФ. Оперативный контроль за общественными и иными структурами, в том числе и неформальными среди мигрантов.
  2. Повышение ответственности должностных и физических лиц за нарушение в сфере миграционного законодательства и попустительства нелегальной миграции, таких как незаконная выдача разрешений, предоставления жилья, работы и иных услуг лицам. Находящимся на территории РФ.
  3. Создание системы подготовки правоохранительных кадров специализирующихся на оперативной работе среди этнических групп. На основаниях двусторонней договоренности с правоохранительными органами других стран проведения обучения в их специализированных заведениях и стажировки в их оперативных структурах. Указанная работа должна вестись на плановой основе с максимальным охватом специалистов.
  4. Формирование блока гражданского контроля в сфере незаконной миграции, разработка нормативных актов закрепляющих такое взаимодействие.
  5. Разработка комплексных практических мер развития толерантности среди молодежи (Министерство образования, Министерство культуры, Министерство МВД, Национальный комитет по делам молодежи, Федеральная Миграционная Служба). Указанные программы должны учитывать возрастную, социальную и террриториальную специфику.
  6. Творческим союзам и организациям совместно с Министерством культуры РФ активно использовать проведение фестивалей не только народов России, но и республик бывшего СССР.
  7. Министерству обороны и Организации Договора о Коллективной Безопасности осуществлять совместные военные учения с войсками стран СНГ по отражению внешней военной угрозы.
  8. Представляется целесообразным проведение президентского совета по вопросам гармонизации межнациональных конфессиональных отношений и миграционных проблем.

Список литературы

  1.  Быркова Е. Миграционные итоги 2015 года: кто приезжает и уезжает из России? URL: http://провэд.рф/analytics/research/34147-migpatsionnye-itogi-2015-goda-kto-ppiezzhaet-i-uezzhaet-iz-possii.html
  2. См. Мигранты по домам: в России падает спрос на мигантов. Аналитический центр. URL:  https://careerist.ru/news/migranty-po-domam-v-rossii-padaet-spros-na-inostrancev.html
  3. Межд. Информ. агентство «Фергана». Глава МВД России: В первом полугодии иностранцы совершили около 24,5 тысячи преступлений. URL: http://migrant.ferghana.ru/newslaw/глава-мвд-россии-в-первом-полугодии-ин.html
  4. См. Плеханова О. В России уменьшат число квот для мигрантов. Смогут ли наши рабочие заместить иностранцев? URL:   http://газета-уральский-рабочий.рф/society/22668/
  5. См. Структура иностранных граждан, находящихся на территории России по целям пребывания. URL:  http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_ main/ rosstat/ru/statistics/publications/catalog/doc
  6. См. Трофимов В. Братские инородцы. URL: http://www.gumilev-center.ru/bratskie-inorodcy/

List of references

  1. Byrkova E. Migratory results of 2015: who comes and leaves Russia? URL: http://провэд.рф/analytics/research/34147-migpatsionnye-itogi-2015-goda-kto-ppiezzhaet-i-uezzhaet-iz-possii.html
  2. See Migrants on houses: in Russia demand for migant falls. Analytical center. URL: https://careerist.ru/news/migranty-po-domam-v-rossii-padaet-spros-na-inostrancev.html
  3. Inter@. Inform. Fergana agency. Russian Interior Minister: In the first half of the year foreigners committed about 24,5 thousand crimes. URL: http://migrant.ferghana.ru/newslaw/глава-мвд-россии-в-первом-полугодии-ин.html
  4. See Plekhanov O. Russia will reduce number of quotas for migrants. Whether our workers will be able to replace foreigners? URL: http://газета-уральский-рабочий.рф/society/22668/
  5. See Structure of the foreign citizens who are in the territory of Russia on the stay purposes. URL: http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_ main/rosstat/ru/statistics/publications/catalog/doc
  6. See Trofimov V. Brotherly foreigners. URL: http://www.gumilev-center.ru/bratskie-inorodcy/



Московский экономический журнал 4/2016

УДК 338.242 : 631.1 : 633.521+633.854.54

bezymyannyj-12

Рыбченко Татьяна Ивановна,

кандидат сельскохозяйственных наук,

Департамент Смоленской области по сельскому хозяйству и продовольствию, г. Смоленск

Rybchenko T.I.,

Ph.D. in agricultural Sciences,

The Department of Smolensk region on agriculture and food activities, Smolensk

Развитие льняного подкомплекса  АПК Смоленской области: государственная поддержка и кластерный подход

THE DEVELOPMENT OF THE LINEN SUBCOMPLEX APK SMOLENSK REGION: GOVERNMENT SUPPORT AND CLUSTER APPROACH

Аннотация

Одним из направлений социально-экономического развития АПК является создание условий модернизации аграрного производства, поддержка и развитие конкурентоспособных в глобальном рынке кластеров. Кластер представляет собой комплекс взаимосвязанных секторов экономики, включающий государственные административные структуры, базовую отрасль, отрасли-поставщики и перерабатывающие предприятия, а также производителей высокотехнологичного оборудования и НИИ. Критерием для выделения базовой отрасли кластера является ее способность производить конкурентоспособную продукцию. Анализируя мировую практику и отраслевую структуру АПК России, следует отметить, что одним из направлений в развитии аграрной экономики Смоленской области является создание льняного кластера. Кластерный подход к развитию экономики льняного подкомплекса значительно повышает не только эффективность отрасли на территории области, но и способствует решению некоторых социально-экономических проблем региона, а также позволяет формировать и расширять инвестиционные площадки. Кроме того, активизируются процессы создания и развития объектов производственной и социальной инфраструктуры, в результате чего существенно возрастает благосостояние граждан. На сегодняшний день в Смоленской области наблюдается рост производственных показателей, свидетельствующий об эффективности производства льна, что в значительной степени было обусловлено сложившимся уровнем государственной поддержки за счет средств федерального и областного бюджетов.

Summary

One of the areas of socio-economic development of agribusiness is creating the conditions of modernization of agrarian production, support and development competitive in the global market clusters. A cluster is a set of interrelated sectors of the economy, including public administration, basic industry, industry suppliers, and processing enterprises and manufacturers of high-tech equipment and research institutes. Criteria for the allocation of basic industry cluster is its ability to produce competitive products. Analyzing the international practice and the sectoral structure of agriculture in Russia, it should be noted that one of the key directions in the development of the agrarian economy of the Smolensk region is the establishment of a flax cluster. Cluster approach to the development of the economy of the linen subcomplex significantly increases not only the efficiency of the industry in the region, but also contributes to solving some of the socio-economic problems of the region, and also allows you to build and expand the investment platform. In addition, aktiviziruyutsya the processes of creation and development of industrial and social infrastructure, resulting in substantially increases the welfare of citizens. Today in the Smolensk region there is growth in production, indicating efficiency of flax production, which was largely due to the level of state support at the expense of means Federal and regional budgets.

Ключевые слова: Смоленская область, льняной кластер, выращивание льна и переработка льнопродукции, инвестиции, государственная поддержка льноводства.

Keywords: Smolensk region, flax cluster, the flax growing and processing of flax, investments, state support of flax.

Россия традиционно являлась льняной державой. Доля России в мировом сборе льна в начале 20 века составляла 82-91%. Россия экспортировала более 35 тыс. тонн льноволокна и являлась основным поставщиком льняного сырья для стран восточной и западной Европы.

В последнее время в силу ряда известных причин эффективность льноводства ухудшилась. Однако, несмотря на это, альтернатив для прекращения производства льна во многих регионах не имеется. Анализ передового опыта льняных компаний свидетельствует, что при должной организации бизнеса льноводство может быть весьма прибыльным.

В Смоленской области возделывание льна претерпевало и подъемы, и падения. В конце прошлого столетия произошел значительный спад объемов производства в льняном подкомплексе, который длительное время являлся одним из рентабельных в АПК Смоленской области [12]. Посевные площади льна-долгунца в области за период 1990-2015г.г. сократились на 67,5 тыс. га, или 18,3 раза. В 1990 году возделывалось 71,5 тыс. га под данную культуру, в 2000 году – 12,6 тыс. га, в 2010 году – 1,6 тыс. га, на 2015 год – 3,9 тыс. га (Таблица 1). [4]

Сейчас доля, принадлежащая посевной площади Смоленской области под лен-долгунец, составляет 7,4% в структуре общей площади под лен по стране (3,9 тыс. га из 53 тыс. га). Смоленская область производит 8,4% волокна льна-долгунца (3,8 тыс. т из 45 тыс. т).

По предварительным данным Росстата за 2015-2016г.г. площадь посева льна в Смоленской области является второй по величине в ЦФО и четвертой по России. В рамках Стратегии развития льноводства до 2020 года поставлена задача увеличить посевную площадь Смоленской области под лен до 20 тыс. га.

Таблица 1. Динамика посевных площадей льна-долгунца, урожайности и валового сбора льноволокна во всех категориях хозяйств Смоленской области

bezymyannyj

Растёт и валовое производство продукции выращивания льна. Урожайность льноволокна до 2010 года не превышала 6 ц/га, но сейчас благодаря техническому перевооружению отрасли удаётся получить в среднем по области более 9 ц/га.

bezymyannyj

Рис.1. Динамика доли посевной площади льна и технических культур в общей площади посевных площадей Смоленской области

В настоящее время в структуре посевных площадей области посевы льна занимают около 1% (Рис. 1), но это очень мало, так как для льносеющего региона этот показатель должен составлять 8–10% [8].

Причем доля посевов льна в структуре технических культур снизилась по сравнению с 2000-2005 г.г.

bezymyannyj

Рис.2. Динамика доли посевной площади льна в площади под технические культуры в Смоленской области, %

Лидером по выращиванию льна-долгунца является Вяземский район Смоленской области.  Площадь посева льна в этом районе занимает долю, равную 36% общей посевной площади культуры по области (1,4 тыс. га). Именно здесь самая высокая урожайность – 12,5 ц/га, и соответственно валововый сбор льноволокна — 1,8 тыс. т, или 47% общего объема льноволокна по области.

Таким образом, в 2 организациях — ООО «Колхоз Андрейковский» и ООО «Колхоз Новосельский» — из 22 по области сконцентрирована основная доля производства льноволокна. Это не удивительно, так как именно в Вяземском районе с 2012 года берет свое начало некоммерческое партнерство «Смоленский льняной кластер».

Смоленская область одной из первых в России приступила к развитию льноводства в рамках реализации Государственной программы развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия на 2008-2012 годы. В 2012 году была принята региональная экономически значимая программа развития льноводства до 2017 года, главной задачей, которой является техническая и технологическая модернизация производства и переработки льносырья, изготовление новых видов льнопродукции, повышение их качественных параметров и поставка конкурентных товаров из льна на российский и зарубежные рынки. Далее была разработана ведомственная целевая программа «Развитие льняного комплекса Смоленской области» на 2014-2017 годы». Согласно данной программы, выделенные средства бюджета субъекта РФ составили 22000 тыс. руб., внебюджетные средства — 100 000 тыс. руб. [11].

Целью этой программы ставится увеличение производства продукции льноводства и степени переработки льняного сырья для обеспечения предприятий текстильной промышленности льносырьем, которое должно быть высококачественным и конкурентоспособным.

На начало 2015 года в Смоленской области функционировало 7 льноперерабатывающих предприятий (льнозаводов) льняного комплекса (в России их насчитывалось 78): ОАО «Ярцевский льнозавод»; ОАО «Рославль-лен»; СПК КХ «Восток»; ИП Глава КФХ Романенков А.А.; ООО «Беал-Агро»; ООО «Лен»; СППК «Льняная долина» [10].

В 2015 году в регионе завершено строительство современного льнозавода с российско-бельгийским оборудованием по производству моноволокна, являющегося заменителем хлопка, мощностью переработки 4 тыс. тонн льносырья в год [3].

Инновации в льноводстве также связаны с модернизацией Вяземского льнокомбината, обновлением ткацкого оборудования и выпуском новой продукции: смесовых тканей, пряжи, парусины. В 2015 году было произведено свыше 1300 тонн пряжи, 180 километров брезента и 21 тонна смесового волокна. Дальнейшее развитие глубокой переработки льнопродукции позволит увеличить производство льняной пряжи в несколько раз, тем самым обеспечить серьезный прорыв в решении вопроса импортозамещения данной продукции [1].

Как известно, развитие рыночных отношений требует конкурентоспособного развития всех видов производств, для достижения чего значительную роль играет организация тесного взаимодействия и сотрудничества всех участников рынка.

Современные экономические условия хозяйствования диктуют необходимость такого развития льнопроизводства, которое бы позволило наилучшим образом использовать ресурс совместного сотрудничества предприятий в регионе, повышать конкурентоспособность производимой продукции, обеспечивать инновационное развитие и устойчивость производства в долгосрочной перспективе. Потому и возникла необходимость поиска эффективного механизма развития льняного подкомплекса, которым, по исследованиям зарубежных и российских учёных, стал именно кластерный подход.

Деятельность кластера на территории Вяземского района позволяет сформировать замкнутый цикл производства льнопродукции с выпуском готовых изделий из льна на базе местного льнокомбината, обновленного ткацким оборудованием и выпуском новой продукции (пряжи и парусины), а также современного льнозавода с российско-бельгийским оборудованием по производству моноволокна, являющегося заменителем хлопка, мощностью переработки порядка 4 тысяч тонн льносырья в год.

К 2020 году планируется перерабатывать до 20 тысяч тонн льна в год на территории Смоленской области, ведь инвесторы гарантировали не только помощь в выращивании льна, но и запуск в различных районах области заводов по глубокой его переработке для выпуска высококачественной пряжи, производства целлюлозы, нетканых и медицинских материалов.

В кластере сформирован замкнутый цикл производства льнопродукции с выпуском готовых изделий изо льна по принципу «от поля – до прилавка» [5]. В кластере сосредоточено 40% всех площадей льна, производится около 50% от общего производства льноволокна в Смоленской области. В дальнейшем планируется увеличение доли кластера в производстве продукции льноводства, в том числе за счет расширения числа его участников (Рис. 3).

Таким образом, Смоленская область на сегодняшний день показала готовность к функционированию кластера по производству и переработке продукции льна-долгунца. Решение о развитии именно льняного кластера в области принято не случайно. Смоленская область является одним из высоко развитых индустриальных и агропромышленных центров России, обладает мощным производственным, трудовым, финансовым, инновационным потенциалом [2].

bezymyannyj

Рис. 3. Структура льняного кластера Смоленской области [6,7]

Администрация Смоленской области оказывает сельскому хозяйству необходимую государственную поддержку для продолжения взятого курса на применение новых технологий, модернизацию производства и интенсификацию земледелия, что позволит обеспечить ускоренное развитие приоритетных направлений, таких как льноводство. Сохранение структуры государственной поддержки позволило стабилизировать ситуацию в сельском хозяйстве региона, что подтверждается полученными производственными и финансовыми показателями.

Важно то, что кластерный подход к развитию льноводства позволит достичь следующих результатов: сокращение издержек предприятий, связанных с продвижением и сбытом продукции, а также с приобретением материально-технического оснащения; появление инновационных точек роста экономики области в целом, а значит развитие льнопроизводства станет более привлекательным для инвесторов; отлаженный кластерный механизм экономического развития снизит нагрузку на органы власти всех уровней; научные и образовательные учреждения, входящие в состав кластера, станут мощным институтом разработки и практического внедрения инновационных технологий развития отрасли [9].

Успешная реализация новых направлений в льноводстве требует активизации научного обеспечения и создания новых машинных технологий. Речь идет о комплексе новых разработок, ориентированных на расширение ассортиментной базы предприятий льняного комплекса.

В Смоленской области для этого имеется промышленный потенциал, возможность готовить кадры для льноводства и перерабатывающих предприятий, сохранены научные учреждения, накоплен огромный передовой опыт. К тому же возрождение русского льноводства улучшит и оздоровит условия жизни населения, даст дополнительные доходы и рабочие места в сельском хозяйстве и промышленности, обеспечит экономическую, медицинскую и оборонную самостоятельность и независимость нашей страны.

Безусловно, развитие столь масштабного проекта невозможно без квалифицированных кадров. Предполагается, что на базе Смоленской государственной сельскохозяйственной академии будет создан инновационный технический центр. Руководство сельскохозяйственной академии готово внедрять в образовательный процесс специализированные программы с учетом технологических особенностей производства конкретных предприятий, а также увеличить контрольные цифры приема по востребованным специальностям кластера.

Кроме того, учебное заведение ориентировано на научные исследования и разработки, проводимые молодыми специалистами. Речь идет о закреплении за студентами и аспирантами актуальных тем диссертационных и магистерских работ, которые будут востребованы в работе предприятий данного кластера. На сегодняшний день вузом уже заключены порядка восьми соглашений с хозяйствами, специализирующихся на выращивании льна и переработке продукции из него. [13]

Немаловажен и тот факт, что в прошлом году академия стала единственным вузом в структуре Минсельхоза, получившим грант на инновационные способы возделывания льна. Результаты исследований, проводимых в рамках гранта «Разработка инновационной технологии возделывания и переработки льна-долгунца как стратегического сырья», будут доступны всем участникам кластера.

Таким образом, выяснили, что лен занимает одну из ключевых позиций в отрасли растениеводства Смоленской области. Из всех регионов Центральной России наша область имеет самый высокий балл интегрального индекса оценки естественных условий производства льна-долгунца, равный 1,65. В регионе начат перевод отрасли льноводства на индустриальные технологии. В рамках созданного в Вяземском районе льняного кластера налажен выпуск новой техники для уборки льна российско — бельгийского производства. Подобных аналогов в России не имеется. Реализуемый совместный проект важен не только для Смоленской области, но и для России, учитывая, что в стране отсутствует машиностроение для уборки льна.

Литература

  1. Воробьёва Е.С. Особенности формирования доходной части бюджета Смоленской области. В сборнике: Современная наука: исследования, технологии, проекты Сборник V международной научно-практической конференции. Научный центр «Олимп». 2015. С. 143-151.
  2. Кучумов А.В., Воробьёва Е.С. Инвестиционная привлекательность муниципальных образований Смоленской области. Международный журнал прикладных наук и технологий «Integral».2016. №2
  3. Кучумов А.В., Воробьёва Е.С. Эффективность использования основных средств предприятиями АПК Смоленской области. В сборнике: Современные научные исследования: актуальные теории и концепции сборник материалов XIV Международной научно-практической конференции. 2016. С. 108-111.
  4. Кучумов А. В., Воробьёва Е. С. Динамика развития льняного кластера Смоленской области: проблемы и перспективы. Сборник материалов международной научно-практической конференции «Лён – стратегическая культура XXI века». ФГБОУ ВО Смоленская ГСХА (5-6 декабря 2016г.)
  5. Никитина Е.С. Система взаимоотношений между поставщиками и переработчиками при формировании молочного подкомплекса. Вестник Российского государственного аграрного заочного университета. 2008. № 4. С. 198.
  6. Никитина Е.С. Управление молочным под-комплексом как производственно-экономической системой (на материалах Смоленской области). Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата экономических наук / Российский государственный аграрный заочный университет. Москва, 2008
  7. Редькин А.М. Организационно-экономические основы развития льняного кластера в регионе. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата экономических наук / Новосибирский государственный аграрный университет. Новосибирск, 2009
  8. Рыбченко Т.И. О развитии программы льноводства в регионе. [Эл. ресурс]. – Режим доступа: https://smolensk-i.ru/authority/v-smolenskoy-oblasti-posevnyie-ploshhadi-lna-uvelichenyi-do-4-5-tyisyach-gektar_150817
  9. Тарасова О.Б., Гончарова Н.З. Инвестиционные и трудовые ресурсы как факторы устойчивого развития экономики сельского хозяйства. В сборнике: Перспективные направления устойчивого развития экономики сельского хозяйства Материалы Международной заочной научно-практической конференции. 2014. С. 159-164.
  10. Федеральное государственное бюджетное учреждение
    «Агентство по производству и первичной обработке льна и конопли «Лен» [Эл. ресурс]. – Режим доступа: http://agentstvo-len.ru/perechen-lnopererabatyvayushchikh-predpriyatiy-lnozavodov-lnyanogo-kompleksa-na-01-01-2015-g
  11. Департамент Смоленской области по сельскому хозяйству и продовольствию. [Эл. ресурс]. – Режим доступа: http://selhoz.admin-smolensk.ru/investicionnye-prekty/ (дата обращения: 21.12.2016).
  12. Сайт Администрации Смоленской области. Материалы регионального совещания «День льняного поля». [Эл. ресурс]. – Режим доступа: https://admin-smolensk.ru/news/news_14502.html
  13. Сайт ФГБОУ ВО Смоленской ГСХА [Эл. ресурс]. – Режим доступа: http://www.sgsha.ru/ (дата обращения: 21.12.2016).

Literatura

  1. Vorobeva E.S. Osobennosti formirovaniya dokhodnoy chasti byudzheta Smolenskoy oblasti. Sbornik: Sovremennaya nauka: issledovaniya, tekhnologii, proekty Sbornik V mezhdunarodnoy nauchno-prakticheskoy konferentsii. Nauchnyy tsentr «Olimp». 2015. S. 143-151.
  2. Kuchumov A.V., Vorobeva E.S. Investitsionnaya privlekatel’nost’ munitsipal’nykh obrazovaniy Smolenskoy oblasti. Mezhdunarodnyy zhurnal prikladnykh nauk i tekhnologiy «Integral».2016. №2
  3. Kuchumov A.V., Vorobeva E.S. Effektivnost’ ispol’zovaniya osnovnykh sredstv predpriyatiyami APK Smolenskoy oblasti. V sbornike: Sovremennye nauchnye issledovaniya: aktual’nye teorii i kontseptsii sbornik materialov XIV Mezhdunarodnoy nauchno-prakticheskoy konferentsii. 2016. S. 108-111.
  4. Kuchumov A. V., Vorobeva E. S. Dinamika razvitiya l’nyanogo klastera Smolenskoy oblasti: problemy i perspektivy. Sbornik materialov mezhdunarodnoy nauchno-prakticheskoy konferentsii «Len – strategicheskaya kul’tura XXI veka». FGBOU VO Smolenskaya GSKhA (5-6 dekabrya 2016.)
  5. Nikitina E.S. Sistema vzaimootnosheniy mezhdu postavshchikami i pererabotchikami pri formirovanii molochnogo podkompleksa. Vestnik Rossiyskogo gosudarstvennogo agrarnogo zaochnogo universiteta. 2008. № 4. S. 198.
  6. Nikitina E.S. Upravlenie molochnym pod-kompleksom kak proizvodstvenno-ekonomicheskoy sistemoy (na materialakh Smolenskoy oblasti). Avtoreferat dissertatsii na soiskanie uchenoy stepeni kandidata ekonomicheskikh nauk / Rossiyskiy gosudarstvennyy agrarnyy zaochnyy universitet. Moskva, 2008
  7. Redkin A.M. Organizatsionno-ekonomicheskie osnovy razvitiya l’nyanogo klastera v regione. Avtoreferat dissertatsii na soiskanie uchenoy stepeni kandidata ekonomicheskikh nauk / Novosibirskiy gosudarstvennyy agrarnyy universitet. Novosibirsk, 2009
  8. Rybchenko T.I. O razvitii programmy l’novodstva v regione. [El. resurs]. – Rezhim dostupa: https://smolensk-i.ru/authority/v-smolenskoy-oblasti-posevnyie-ploshhadi-lna-uvelichenyi-do-4-5-tyisyach-gektar_150817 (data obrashcheniya: 21.12.2016).
  9. Tarasova O.B., Goncharova N.Z. Investitsionnye i trudovye resursy kak faktory ustoychivogo razvitiya ekonomiki sel’skogo khozyaystva. V sbornike: Perspektivnye napravleniya ustoychivogo razvitiya ekonomiki sel’skogo khozyaystva Materialy Mezhdunarodnoy zaochnoy nauchno-prakticheskoy konferentsii. 2014. S. 159-164.
  10. Federal’noe gosudarstvennoe byudzhetnoe uchrezhdenie «Agentstvo po proizvodstvu i pervichnoy obrabotke l’na i konopli «Len» [El. resurs]. – Rezhim dostupa: http://agentstvo-len.ru/perechen-lnopererabatyvayushchikh-predpriyatiy-lnozavodov-lnyanogo-kompleksa-na-01-01-2015-g (data obrashcheniya: 21.12.2016).
  11. Departament Smolenskoy oblasti po sel’skomu khozyaystvu i prodovol’stviyu. [El. resurs]. – Rezhim dostupa: http://selhoz.admin-smolensk.ru/investicionnye-prekty/ (data obrashcheniya: 21.12.2016).
  12. Sayt Administratsii Smolenskoy oblasti. Materialy regional’nogo soveshchaniya «Den’ l’nyanogo polya». [El. resurs]. – Rezhim dostupa: https://admin-smolensk.ru/news/news_14502.html (data obrashcheniya: 21.12.2016).
  13. Sayt FGBOU VO Smolenskoy GSHA [El. resurs]. – Rezhim dostupa: http://www.sgsha.ru/ (data obrashcheniya: 21.12.2016).



Московский экономический журнал 4/2016

УДК 336.648.8

bezymyannyj-12

ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ РЕСТРУКТУРИЗАЦИИ СИСТЕМЫ

ФИНАНСОВОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ ВОСПРОИЗВОДСТВЕННОГО ПРОЦЕССА В АПК В УСЛОВИЯХ ЭКОНОМИЧЕСКИХ САНКЦИЙ

1Ж.А. ТЕЛЕГИНА

д.э.н. , доцент, профессор РАН, профессор РГАУ-МСХА
имени К.А. Тимирязева

(127550, г. Москва, ул. Тимирязевская, 49, teleginaz@mail.ru,  89166105324)

Ключевые слова: воспроизводственный процесс, государственная кредитно-денежная политика, реструктуризация производственных систем, инвестиционный процесс.

Аннотация: «Цель и методика исследований». Обоснование поэтапной реализации основных направлений реструктуризации системы финансового обеспечения воспроизводственного процесса в аграрном секторе в условиях глубоких кризисных явлений в экономике страны, обусловленных введением экономических санкций против России. В работе использованы монографический, абстрактно-логический, экономическо-статистический и эмпирический методы научного исследования и соответствующие им научные приемы. «Результаты исследований». Автором статьи уточнено, что в кризисные периоды экономики любой страны, когда речь идет о крупных вложениях в аграрный сектор с отдаленной отдачей во времени, повышается значимость государственной инвестиционной политики, направленной на технологическую модернизацию и повышение конкурентоспособности АПК. Поэтому в условиях экономических санкций, введенных западными странами против России, без повышения объема целевых государственных инвестиций, средств, выделяемых из бюджета на реструктуризацию отраслей АПК, выполнение этой задачи в современных условиях крайне затруднительно. Переломить существующую тенденцию призвана единая государственная инвестиционная политика в комплексе с другими мерами. Такая политика включает управление процессами консолидации крупных финансовых средств, постоянной подпитки их источников, перелива финансов между секторами, отраслями и регионами, эффективного их приложения для целенаправленного проведения структурных сдвигов. В проведении единой инвестиционной политики только государство располагает мощным арсеналом средств экономического воздействия. Налоговой, ценовой, таможенной политикой оно полностью формирует экономическую среду и предопределяет возможности и ориентиры структурно-инвестиционных перемен. Для дотационных регионов, которые в настоящее время практически не имеют финансовых ресурсов на проведение реструктуризации, бюджетные средства являются одним из самых реальных источников остановки процесса деиндустриализации территории. На уровне регионов потребуются дополнительные ассигнования, в которой произошли самые серьезные разрушения за годы современных аграрных реформ, особенно для отрасли животноводства. «Выводы. Рекомендации». Автор полагает, что государственное вмешательство целесообразно выражать через программно-целевой подход путем корректировки и реализации государственной программы развития сельского хозяйства и целевых комплексных программ (с применением механизма софинансирования), реализуемых в регионе. В Уральском федеральном округе предстоит внести соответствующие коррективы в региональные программы, пересмотреть размеры бюджетных ассигнований, выделяемых на развитие сельского хозяйства, провести работу по совершенствованию экономического механизма хозяйствования, настроить хозяйствующие субъекты на поиск внутренних резервов повышения эффективности и конкурентоспособности аграрного производства. Аграрные союзы должны проводить работу, направленную на стабилизацию цен, вести активные переговоры с торговыми сетями и производителями аграрной продукции, лоббировать интересы сельскохозяйственных товаропроизводителей в органах государственного управления АПК и других властных структурах. Они призваны выполнять двоякую роль, – с одной стороны, действовать в интересах своих членов, а с другой стороны – координировать рынок в интересах потребителей и налогоплательщиков.

THE MAIN DIRECTIONS OF RESTRUCTURING

FINANCIAL PROVISION OF REPRODUCTION PRINSA IN AGRICULTURE IN THE CONDITIONS OF ECONOMIC SANCTIONS

A. TELEGINA

Ph. D., associate Professor of RAS, Professor, Russian state agrarian University-MTAA named after K. A. Timiryazev

(127550, Moscow, Timiryazevskaya street, 49,

teleginaz@mail.ru, 89166105324)

Key words: reproduction process, the state monetary policy, the restructuring of production systems, investment process.

Abstract: «The purpose and methodology of the research.» Rationale for a phased implementation of the main directions of the restructuring of the system of financial provision of reproduction process in the agricultural sector in a deep crisis phenomena in the economy, obklopeny the imposition of economic sanctions against Russia. We used monographic, abstract-logic, economic-statistical and empirical methods of scientific research and the corresponding research techniques. «Research results». The author of the article clarified that in times of crisis the economy of any country when it comes to large investments in the agricultural sector with a distant return in time, increases the importance of state investment policy aimed at technological upgrading and competitiveness of agribusiness. Therefore, in the face of economic sanctions imposed by Western countries against Russia, without increasing the volume of targeted public investment funds allocated from the budget for the restructuring of agriculture, the implementation of this task in modern conditions is extremely difficult. To reverse the existing trend is called unified state investment policy in combination with other measures. This policy includes the management of processes of consolidation of the large financial resources of permanent makeup to their sources, the overflow of funds between sectors, industries and regions, their effective application to focus on the structural changes. In the implementation of a unified investment policy, only the government has a powerful Arsenal of tools for economic impact. Tax, price and customs policy of it fully creates an economic environment determines the opportunities and guidelines for structural and investment changes. For subsidized regions, which currently have virtually no financial resources for restructuring, budgetary funds are one of the most real sources stop the process of de-industrialization of the territory. At the regional level will require additional appropriations, in which the Pro-were the most serious destruction over the years of modern agrarian reforms, especially for the livestock industry. «Conclusions. Recommendations.» The author believes that state intervention appropriate in terms of program and target approach by adjusting and implementing the state program of development of agriculture and of target complex programs (using the mechanism of co-financing) implemented in the region. In the Urals Federal district will make appropriate adjustments in regional programmes, to revise the size of the budget allocated to development of agriculture, to work on improving the economic mechanism of management, to configure entities to search for internal reserves of increase of efficiency and competitiveness of agricultural production. Agricultural unions should work towards stabilization of prices, conduct negotiations with retail chains and producers of agricultural products, promote the interests of agricultural producers in the state management of agriculture and other government agencies. They are expected to play a dual role – on the one hand, to act in the interests of its members, and on the other hand, to coordinate the market in the interests of consumers and taxpayers.

Положительная рецензия представлена Р.С. Гайсиным (д.э.н., профессор РГАУ-МСХА имени Тимирязева).

«Цель и методика исследований». Формирование и развитие конкурентоспособного сельскохозяйственного производства в условиях нарастания мирового финансового кризиса возможно лишь на основе внедрения прогрессивных ресурсосберегающих технологий, замены морально и физически изношенной сельскохозяйственной техники на современную высокопроизводительную. Но в силу слабого финансового состояния большинства сельскохозяйственных организаций инвестиционная основа технической и технологической модернизации производства принадлежит частным несельскохозяйственным компаниям, диверсифицирующим свой бизнес в аграрный сектор. Именно они могут обеспечить своевременное и непрерывное финансирование инновационных проектов. Кроме того, в условиях неразвитости инфраструктуры аграрного рынка с помощью крупных инвестиционных компаний расширяются возможности более выгодной реализации сельскохозяйственной продукции и приобретения технических ресурсов, что позволяет снизить трансакционные издержки.

Преодоление дефицита кредитных ресурсов для воспроизводства аграрного сектора экономики России требует мобилизации всех возможных источников, как внутренних, так и внешних. Их сопоставление показывает, что для активного использования внутренних источников потребуется время, необходимое для восстановления финансово-кредитной системы и возможностей государственного бюджета. На современном этапе развития отечественной экономики возрастает роль финансового управления капиталовложениями в сельское хозяйство. Это объективный фактор эффективного воспроизводственного процесса, который обусловлен ограниченностью финансовых ресурсов, направляемых в аграрную сферу и множеством проблем, требующих незамедлительного решения.

Государственная кредитно-денежная политика пока не является адекватной с точки зрения обеспечения оптимальных монетарных условий воспроизводственного процесса в сельском хозяйстве. Либерализация цен в России привела к тому, что их рост значительно обогнал рост денежной массы. Это вызвало резкое сжатие ее реальных объемов. Государство пытается осуществлять борьбу с инфляцией путем разного рода «стерилизаций». Под ними понимается изъятие из обращения части уже эмитированной денежной массы.

«Результаты исследований». Дальнейшее укрепление аграрного сектора экономики связано с инновационным путем развития, намеченным в Государственной программе развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия на 2013-2020 гг. В этой связи в качестве генерального направления регулирования воспроизводственного процесса в аграрном секторе на региональном уровне предлагается считать программное управление социально-экономическим развитием сельских территорий, предусматривающее стимулирование диверсификации экономики, придание ей инновационной направленности, создание конкурентной среды, стратегическое прогнозирование, формирование благоприятной институциональной среды и инвестиционного потенциала, минимизацию внешних рисков (стабильность регионального налогового законодательства, механизмов государственной поддержки, экологических стандартов и т. д.).

Одно из основных направлений адаптации сельскохозяйственных организаций к изменяющимся условиям ведения производства – реструктуризация производственных систем. При этом выход на оптимальные параметры функционирования невозможен без инвестиций, обеспечивающих необходимые структурные изменения. В этой связи особую остроту и актуальность приобретает проблема активизации инвестиционного процесса в сельском хозяйстве.

Ведущим направлением модели реструктуризации является стимулирование роста регионального потенциала отрасли при помощи усиления роли государства в управлении данным процессом. В соответствии с принципом взаимодополняемости будущая деятельность нацелена на интенсификацию регионального компонента в процессе развития и соответствующим образом спланирована органами государственного управления, что должно обеспечить широкий социальный консенсус и иметь финансовую поддержку результатов выбранной модели развития.

Инвестиционный процесс рассматривается нами как механизм сведения воедино намерений и планов практических действий по осуществлению инвестиционных вложений и обеспечению заданных конкретных финансово-экономических, производственных и социальных результатов.

Возможность осуществления инвестиций возникает тогда, когда субъект располагает ресурсами или свойствами, позволяющими оказать в ходе воспроизводства основного капитала нужное воздействие на требуемые свойства объекта. В момент осуществления вложения инвестор устанавливает связь с конкретным объектом и становится его участником. Такое объединение в результате воздействия инвестора приводит к изменению свойств объекта инвестиций, а затем измененные свойства инвестиционного дохода способствует изменению свойств инвестора [9].

Трудно рассчитывать на то, что после глубокого спада инвестиции сразу пойдут в экономику широким потоком. Более того, с учетом низкого уровня использования производственных мощностей можно ожидать, что первоначально экономический рост будет достигаться в значительной мере за счет более полной их загрузки.

Соответственно можно выделить следующие основные ступени взаимозависимости экономического роста и инвестиций.

Во-первых, экстенсивный тип экономического роста, основанный, прежде всего, на повышении загрузки производственных мощностей и слабо связанный с инвестициями.

Во-вторых, инвестиционно зависимый тип роста. Инвестиции начинают оказывать влияние на увеличение производства, однако на первых порах они могут быть недостаточными по объему, некомплектными и, следовательно, малоэффективными.

В-третьих, инвестиционный тип роста. Инвестиции превращаются в основной фактор развития производства. Возрастают комплексность и масштабность инвестиционных проектов, хотя не всегда обеспечивается самый современный высокотехнологичный уровень производства.

В-четвертых, эффективный инвестиционный тип роста. Подразумевается, что он обеспечивает перевооружение производства на основе высоких технологий, гарантирующих конкурентоспособность. Первоначально он носит, так сказать, точечный характер, затем получает все более широкое распространение.

Инвестиционный процесс имеет целью рост национального богатства. Именно его прирост подтверждает системный эффект инвестиций, в конечном счете, определяющий улучшение показателей уровня жизни. Если этого не происходит, спорной представляется экономическая цель инвестиций.

Переход к инвестиционному типу роста создает основу для устойчиво высоких темпов экономического развития, но не гарантирует их. Однако обновление оборудования, рост конкурентоспособности продукции предоставляют возможность укрепить позиции на рынке и быстро реагировать на любые благоприятные изменения конъюнктуры. Кроме того, сам инвестиционный процесс может приводить к временному снижению темпов роста.

Даже при очевидной необходимости реальных инвестиций в материально-техническую базу сельского хозяйства подавляющее число товаропроизводителей не в состоянии приобретать за счет своих доходов требующиеся ресурсы. В условиях нынешней многоукладности сельского хозяйства, что объясняет наличие сложных мотивационных механизмов накопления, необходимо сформировать общие принципы, позволяющие выявлять товаропроизводителей, способных привлечь внешних инвесторов. В последнее десятилетие прослеживается отрицательная динамика значений коэффициента реновации как в целом по отрасли, так и по отдельным группам основного капитала.

В этой связи более перспективными для реструктуризации системы финансового обеспечения воспроизводственного процесса в АПК являются косвенные формы государственной финансовой поддержки, к которым можно отнести:

  • механизм финансирования государственных заказов в соответствии с приоритетными направлениями развитии экономики как страны в целом, так и отдельно взятых субъектов Федерации;
  • бюджетное финансирование фундаментальной науки, образования (последнее можно заменить выдачей возвратных ссуд (кредитов) с учетом приоритетов программы промышленной политики);
  • налоговые кредиты и инвестиционные налоговые кредиты для долгосрочных инвестиционных проектов;
  • амортизационные и инвестиционные налоговые льготы;
  • способствование государством возможности привлечения финансовых ресурсов с фондового рынка.

Такой подход будет стимулировать расширение платежеспособного спроса хозяйствующих субъектов АПК. Это в свою очередь приведет к росту других финансовых источников проведения реструктуризации экономики [9]. При этом следует иметь в виду, что необходимо селективное стимулирование спроса, обеспечивающее соответственно селективное воздействие на потенциальное предложение с тем, чтобы не воспроизводить структуру экономики нерыночного типа.

Полагаемым необходимым создание механизма гарантированного финансирования, кредитования и взаимных расчетов, который поможет реализовать наиболее перспективные направления частных инвестиций.

Дефицит государственного бюджета является недостаточным аргументом, чтобы в переходный период отводить бюджету второстепенную роль [10]. Восстановление расширенного воспроизводства основного капитала в сельском хозяйстве требует существенного пересмотра системы структурной и инвестиционной политики. Совершенно очевидно, что иными стали межотраслевые связи, межрегиональные материальные потоки и экономические отношения, существенно изменилось соотношение цен на элементы издержек производства. Сложились новые пропорции себестоимости, как по видам продукции, так и в субъектах Федерации.

Системный анализ и обоснование инвестиционной структурной политики на уровне субъекта Федерации предполагают прежде всего оценку межрегиональной ситуации, места и роли аграрного сектора российском и внешнем рынках, учитывая действие экономических санкций. Требуется объективно оценивать экономическую политику западных стран, где происходят заметные изменения, сдерживающие взаимовыгодное сотрудничество с Россией.

Сложная экономическая ситуация в стране, а именно низкий уровень расходов государственного бюджета на поддержание развития нефинансовых предприятий, согласуется с существующей точкой зрения, что проблемы выхода экономики на путь устойчивого, социально ориентированного развития могут быть решены только на базе привлечения частного капитала [6]. Нами не разделяется такая точка зрения. Конечно, реформирование реального сектора экономики должно опираться на рыночные механизмы, но это не предполагает отказа от средств государственного бюджета как одного из финансовых источников ее реализации. В кризисные периоды экономики любой страны, когда речь идет о крупных вложениях с отдаленной отдачей во времени, сильная государственная инвестиционная политика не имеет альтернативы. Поэтому без повышения объема государственных инвестиций, средств, выделяемых из бюджета на реструктуризацию отраслей с более высоким оборотом капитала, таких, как отрасли птицеводства, свиноводства, молочного скотоводства, выполнение этой задачи в современных условиях крайне затруднительно. Для дотационных регионов, которые в настоящее время практически не имеют финансовых ресурсов на проведение реструктуризации, бюджетные средства являются одним из самых реальных источников остановки процесса деиндустриализации территории.

Переломить существующую тенденцию призвана единая государственная инвестиционная политика в комплексе с другими мерами. Такая политика включает управление процессами консолидации крупных финансовых средств, постоянной подпитки их источников, перелива финансов между секторами, отраслями и регионами, эффективного их приложения для целенаправленного проведения структурных сдвигов [8]. В проведении единой инвестиционной политики только государство располагает мощным арсеналом средств экономического воздействия. Налоговой, ценовой, таможенной политикой оно полностью формирует экономическую среду и предопределяет возможности и ориентиры структурно-инвестиционных перемен.

Опыт развития нашего государства показывает, что предоставление юридическим лицам средств из бюджета на безвозмездной основе в виде субсидий и субвенций не способствует их эффективному использованию, а, наоборот, приводит к бесконечному росту потребностей в финансовых дотациях. Поэтому и сегодня, и в ближайшей перспективе в территориальных образованиях будет усиливаться тенденция к постепенному нарастанию количества бюджетных средств, предоставляемых в виде кредитов на срочной, возвратной и возмездной основе[7]. В первую очередь это касается средств для пополнения оборотных фондов и инвестиционной направленности.

Предоставляя бюджетные средства в виде льготных кредитов, территориальные органы управления оказывают предприятиям и организациям финансовую поддержку. В то же время возмездность (платность) и возвратность этих средств заставят заемщика использовать кредитные ресурсы более рационально, а бюджет территории получит определенный доход от временного предоставления заемщикам этих средств. Иностранный опыт показывает, что практика кредитных отношений делает использование финансовых средств более целенаправленным и эффективным [4].

Выводы. Рекомендации.

Полагаем необходимым применять более глубокий дифференцированный подход к организации сельского хозяйства в Уральском федеральном округе. При этом в авангарде развития сельского хозяйства региона акцент целесообразно делать на отрасли, которые наиболее рентабельны в тех или иных районах. Соответственно во взаимосвязи с программными заданиями необходимо формировать и индивидуальные стратегии развития агробизнеса. Тем более, что для существенного ускорения развития сельского хозяйства в Уральском федеральном округе, прежде всего в сфере животноводства присутствуют необходимые условия.

Исследование задач обеспечения ускоренного развития и повышения конкурентоспособности российской аграрной экономики в условиях введения экономических санкции в отношении России позволяет обозначить наиболее актуальные из них. Прежде всего – это разнородность отраслей национальной экономики по технологическим укладам; сложность одновременного осуществления двух типов модернизации: догоняющей и инновационной; краткосрочный горизонт планирования в аграрной сфере экономики, который характеризуется приоритетом тактических целей над стратегическими; недостаточное развитие институтов модернизации как традиционных, так и инновационных; наличие институциональных ловушек и институциональных экстерналий [2].

Исходя из вышеизложенного, можно сформулировать направления модернизации аграрной экономики в условиях экономических санкций: повышение производительности труда за счет выравнивания технологического уровня отраслей с общемировым уровнем; формирование механизмов перераспределения финансового капитала из добывающих отраслей в обрабатывающие; создание точек роста в экономике, соответствующих перспективным направлениям развития аграрных технологий; изменение преобладающего типа поведения стратегических хозяйственных единиц с традиционного на инновационное; развитие институтов стимулирования инновационного поведения хозяйствующих субъектов.

В условиях импортозамещения продовольственных товаров инновационная модернизация в сельском хозяйстве предполагает изменение типа поведения хозяйствующих субъектов, поскольку государство не может подменять экономическую активность сельскохозяйственных товаропроизводителей в силу ограниченности бюджетных ресурсов. Российским правительством после введения США и Европейского союза экономических санкций принимаются меры по активизации инновационной деятельности сельскохозяйственных товаропроизводителей [3]. Результаты политики стимулирования импортозамещения в аграрной сфере экономики рассмотрим на примере Уральского федерального округа. Богатое научно-технологическое наследие аграрников должно определять передовые позиции данного региона в обеспечении ускоренного развития сельского хозяйства, даже с учетом сложных природно-климатических условий.

В текущей экономической и политической ситуации развитие птицеводства и свиноводства может стать для Уральского федерального округа ключевой точкой роста, причем не только на региональном, но и на общероссийском уровне. Важен и мультипликативный эффект, когда одно рабочее место на животноводческой ферме обеспечивает существование нескольких рабочих мест в растениеводстве и других смежных отраслях. А это уже открывает возможности для экономики в целом. В настоящее время у отечественных сельскохозяйственных товаропроизводителей появился реальный шанс занять освободившуюся после введения санкций нишу. При этом интересы потребителя должны быть удовлетворены по целому комплексу факторов: по объему продаж сельскохозяйственной продукции, уровню качества, вариации цен[5].

Таким образом, участие государства в финансировании программ стратегическое обновления основного капитала в сельском хозяйстве должно заключаться в содействии доступа предприятий к рыночным источникам инвестиционного финансирования, а не их замещении ресурсами бюджетной системы. При этом для защиты сельскохозяйственных производителей государство должно взять на себя функцию надежного партнера частного сектора. Мы считаем, что бюджетное инвестирование должно в будущем стать более действенным инструментом инвестиционного оживления, объясняя это рядом причин:

во-первых, главенство государственного бюджета как аккумулятора инвестиционных средств проистекает из его связующей функции перераспределения экономических процессов в народном хозяйстве страны. Бюджетные инвестиции базируются на активах государства и им гарантируются материально;

во-вторых, использование бюджетных инвестиций непосредственно управляется правительством, в ведении которого находится координация наиболее крупных пропорций структурных преобразований. А потому бюджетные инвестиции оказываются более мобильными в оперативном обеспечении и поддержании сбалансированности структурных народнохозяйственных сдвигов и целевом приложении массированных финансовых вложений. В условиях принятия экстренных мер по выходу из кризиса десятилетиями отлаженные каналы бюджетного инвестирования с его банковским механизмом могут быть применены для распределения инвестиций. Инвестиционные потоки сливаются в этом случае воедино и могут быть под эгидой бюджетного инвестирования.

Целесообразно изменение роли государственного бюджета. Опыт показал, что уход бюджета из реального сектора экономики не решает проблемы сокращения дефицита, сужает доходную базу бюджета, резко понижает гарантии надежности финансирования, увеличивает риски частных и зарубежных инвестиций[1]. Подъем экономики станет возможен только при условии повышения роли бюджета в инвестиционном процессе.

Инвестиционные функции госбюджета необходимо повысить прежде всего в производстве доходоемких товаров перерабатывающей промышленности. В этих отраслях высоки оборачиваемость капитала и рентабельность производства, поэтому есть гарантии возврата средств. Такой инвестиционный маневр одновременно позволит повысить занятость населения, сократить валютные расходы на закупку импортных товаров, использовать высвобождаемые валютные средства для создания новых технологий.

Литература

  1. Аварский, Н.Д., Веселовский, М.Я., Измайлова, М.А. Теоретико-методологические подходы к развитию регионального государственно-частного партнерства // Н.Д. Аварский, М.Я. Веселовский, М.А. Измайлова // Экономика сельскохозяйственных и перерабатывающих предприятий. – 2016. – № 11. – С. 11-16.
  2. Амосов, А. Разработка и согласование механизмов реализации долгосрочных стратегий и целевых программ в агропромышленной сфере / А. Амосов // Экономика сельского хозяйства России. – 2016. – №7. – С.11-21.
  3. Беляков, А.А., Туруев, И.Б. Государство и инвестиции / А.А. Беляков, И.Б. Туруев // Экономический анализ: теория и практика. – №7 (406). – 2015. – С. 2-8.
  4. Гончаров, В. Импортозамещение в продовольственном комплексе / В. Гончаров // Экономист. – 2015. – № 3. – С.24-31.
  5. Горбач, Л.А. Формирование новых отраслевых структур как ключевая характеристика инновационной экономики / Л.А. Горбач // Вестник Казанского технологического университета. Т.15. – № 13.- Казань: КНИТУ, 2012. – С. 248-254.
  6. Губанова, Е.В., Полищук, А.П. Эффективность аграрных инвестиционных проектов в современных условиях кредитования и государственной поддержки, возможности ее повышения / Е.В. Губанова, А.П. Полищук // Экономический анализ: теория и практика. – №47 (446). – 2015. – С. 10-19.
  7. Зорков, В.С. Особенности модернизации российского сельскохозяйственного производства в условиях международных экономических санкций / В.С. Зорков // Экономика сельскохозяйственных и перерабатывающих предприятий. – 2016. –№ 9. – С. 34-37.
  8. Мастеров, А.И. Программно-целевое планирование как инструмент повышения эффективности бюджетных расходов / А.И. Мастеров // Финансы и кредит. – 2015. – №48 (672). – С.22-34.
  9. Хоружий, Л.И., Телегина, Ж.А.Инновационный проект как инструмент обеспечения эффективного частно-государственного партнерства в АПК / Л.И. Хоружий, Ж.А. Телегина // Экономика сельскохозяйственных и перерабатывающих предприятий. – 2015. – № 10. – С. 51-55.
  10. Федорова, Е.А., Барихина, Ю.А. Влияние санкций на экономику Российской Федерации/ Е.А. Федорова, Ю.А. Барихина // Экономический анализ: теория и практика. – №37 (436). – 2015. – С. 2-12.

Literature

  1. Avar, N. D., Veselovsky, M. J., Izmailov, M. A. Theoretical and methodological approaches to the development of a regional public-private partnership // N. D. Avar-sky, Veselovsky M. Y., M. A. Izmailov // Economy of agricultural and processing and packaging-equipped enterprises. – 2016. – No. 11. – P. 11-16.
  2. Amosov, A. Development and approval of mechanisms for the implementation of long term strategies and target programs in the agricultural sector / A. Amosov // Economics of agriculture of Russia. – 2016. – No. 7. – S. 11-21.
  3. Belyakov, A. A., Turaev, I. B., the Government and investment / A. A. Belyakov, I. B. Turuev // Economic analysis: theory and practice. – №7 (406). – 2015. – S. 2-8.
  4. Goncharov, V. import Substitution in the food complex / V. Goncharov // the Economist. – 2015. – No. 3. – S. 24-31.
  5. Gorbach, L. A. Formation of new industry structures as a key characteristic of an innovative economy / A. L. Gorbach // Vestnik Kazanskogo tekhnologicheskogo universiteta. T. 15. – № 13.- Kazan: KAZAN state technical University, 2012. – P. 248-254.
  6. Gubanova, E. V. Polishchuk, A. P. Efficiency of agricultural investment projects in modern conditions of lending and government support, the possible for enhancing / E. V. Gubanov, A. P. Polishchuk // Economic analysis: theory and practice. – №47 (446). – 2015. – P. 10-19.
  7. Zorkov, V. S. Peculiarities of modernization of Russian agriculture in the conditions of international economic sanctions / Zorkov V. S. // Economics of agricultural and processing enterprises. – 2016. No. 9. – P. 34-37.
  8. Masters, A. I. Programmno-target planning as the tool of increase of efficiency of budgetary expenses / AI / Wizards/ Finance and credit. – 2015. – №48 (672). – P. 22-34.
  9. Khoruzhii, L. I., Telegin, Zh. a. Innovative project as a tool for ensuring effective public-private partnerships in agriculture / L. I. Khoruzhii, J. A. Cart-on // Economy of agricultural and processing enterprises. – 2015. – No. 10. – P. 51-55.
  10. Fedorova, E. A., Barykina, J. A. the Impact of sanctions on the economy of the Russian Federation/ E. A. Fedorova, Yu. a. Barykina // Economic analysis: theory and practice. – №37 (436). – 2015. – P. 2-12.



Московский экономический журнал 4/2016

УДК: 339.94

bezymyannyj-12

Василий Нилиповский,

кандидат экономических наук, доцент,

проректор по международной деятельности ФГБОУ ВО «Государственный университет по землеустройству», г. Москва

Нина Отварухина,

доктор экономических наук, профессор,

заместитель директора института управления

и стратегического развития организаций

ФГБОУ ВО «Московский технологический университет»,  г. Москва

Анастасия Мыльникова,

кандидат экономических наук, доцент,

заместитель директора института управления

и стратегического развития организаций

ФГБОУ ВО «Московский технологический университет», г. Москва

Vasily Nilipovskiy,

PhD, Associate Professor,

Vice Rector for International Cooperation,

State University of Land Use Planning, Moscow

Nina Otvaruchina,

Doctor of Economics, Professor,

Deputy Director of the Institute of Management and Strategic Development,

Moscow Technological University, Moscow

Anastasia Mylnikova,

PhD, associate professor,

deputy director of the Institute of Management and Strategic Development, Moscow Technological University, Moscow

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ИНТЕРНАЦИОНАЛИЗАЦИИ БИЗНЕСА

THEORETICAL AND METHODOLOGICAL ASPECTS  OF BUSINESS INTERNATIONALIZATION 

Аннотация. Данная  статья развивает теоретические  и методические положения   интернационализации бизнеса.  В статье приведены  результаты наблюдений за  процессом импортозамещения  и экспортной ориентации российских организаций и представления авторов о научно-методических подходах  к  развитию моделей и этапов  интернационализации бизнеса на современном этапе.

В статье обосновывается последовательность  новых переходных этапов на начальной стадии экспансии на внутренних рынках  и выхода на международные рынки.

Abstract. This article develops theoretical and methodical provisions of internationalization of business. The article contains the results of observations of the process of import substitution and export orientation of the Russian organisations and the views of the authors about the scientific and methodological approaches to development of models and stages of business internationalization at the present stage.

The article explains the new sequence of transitional phases at the initial stage of expansion of the domestic markets and entering to international markets.

Ключевые слова: интернационализация бизнеса, экспорт и импорт, импортозамещения, внутренние и международные рынки.

 Keywords: business internationalization, export and import, import substitution, domestic and international markets.

 Деятельность  российских организаций на современном этапе часто связано с решением проблем развития  экспортных отношений. Надо отметить, что возникают эти проблемы из-за обострения международной политической обстановки и экономической ситуации в стране, официального вступления России в ВТО, усиления конкуренции во многих отраслях и, в первую очередь, со стороны иностранных компаний, изменения потребностей и поведения потребителей и т.д. В связи с этим особую актуальность приобретают вопросы, связанные с пошаговыми процедурами интернационализации бизнеса и импортозамещения. В связи с этим, необходимо исследовать содержание основных этапов интернационализации бизнеса вообще, и попытаться адаптировать их к российским условиям.

Изучение научных положений трудов российских и зарубежных ученых в области интернационализации бизнеса позволило нам, остановиться на подходе классической школы И. Ансоффа, приведенной в главе «стратегические аспекты интернационализации» [2,3]. Приведем некоторые пояснения. Проведенное И. Ансоффом исследование в 1980 – х годах и исследования Д. Дэниелса,  М.Портера,  опубликованные в более поздних их работах [6,14] позволили им выделить классические цели интернационализации бизнеса: приобретение новых рынков и рост прибыльности фирм, доступ к эффективным ресурсам и стратегическая сбалансированность деятельности. Надо отметить, что выделенные ими классические цели характерны и для российских организаций.

Кроме того, И. Ансофф, М. Портер, Д. Дэниелс предложили двенадцать стратегических критериев интернационализации бизнеса. В современных условиях для российских организаций из всего критериального набора можно использовать только такие, как передовая технология и конкурентные преимущества, продление жизненного цикла спроса и продление полезной жизни технологии фирмы. Можно отметить, что приобретение ресурсов необходимо организовать совместно с зарубежными партнерами. И все стратегические критерии, в конечном счете, направлены на увеличение прибыли и рост фирмы.

Перейдем к рассмотрению этапов интернационализации. Надо отметить, что последовательность и содержание этапов интернационализации  является одним из интересных тем настоящего обсуждения. От решения этой проблемы зависит успех продвижения организаций в направлении всесторонней интеграции. Но этапность, представленная И. Ансоффом [2,3], относится к делу будущего, а в данной статье предлагается наиболее приемлемый вариант для российских предприятий (таблица 1).

Таблица 1 – Содержание этапности интернационализации: «посильное» импортозамещение – экспортная ориентация «первого цикла»

Безымянный

Рассмотрим кратко первые три этапа интернационализации.

Раскроем содержание перехода от импортозамещения «первого цикла» к экспортной ориентации «первого цикла». Это развитие связано с рядом этапов, позволяющих учесть эволюцию производства, сбыта, финансовой системы и других сторон процесса «производитель – потребитель». Формируя рыночную устойчивость, организация может начинать первые процедуры по развертыванию части своего производства за рубежом. Относительно условий, определяющих необходимость деятельности, они начинаются с платежеспособного спроса внутри территориального образования и смежных территорий, а также на зарубежных рынках. Это важный стратегический момент. Другими словами, второй и третий критерии (отсутствие местного  производства  и готовность иностранного партнера  к сотрудничеству)  на этапе первоначального встраивания связаны между собой.

При переходе к «импортозамещению первого цикла» все производство должно быть устойчивым и соразмерным внутреннему спросу. Его увеличение  дает экономическую основу для экспортной ориентации производства. Развитие связей в коммерческой среде страны пребывания является одновременно условием и результатом деятельности.

В системе критериев должен быть только один значимый критерий, а остальные, если можно так сформулировать, должны быть «поддерживающими» его. Именно это имеет место в приведенной структуре: «приемлемый уровень встраивания» является базовым целевым критерием. Чтобы он был достигнут, необходимо такие критерии, как темпы роста и рентабельности, перевести на второй план, а в некоторых случаях и пожертвовать ими. Тогда критерий – «приемлемый уровень встраивания» будет задействован и даст результаты. А по мере продвижения возникает и момент критериальной динамизации: на этапе «импортозамещения первого цикла» единственно убедительным доказательством является «приемлемая доля внутреннего рынка». Только в достаточно развитом первом цикле экспортной ориентации развитие достигает существенной доли внутреннего рынка при среднем уровне рентабельности.

Подытоживая критериальный анализ, отметим преемственность научных подходов школы интернационализации и построений предлагаемой концепции «посильного» импортозамещения – стратегического встраивания». Но необходимо отметить, что зарубежные научные исследования в области интернационализации бизнеса направлены от организации, у которой  повысится эффективность с выходом на международную арену, а нами предлагается подход от организации, находящейся в тяжелом состоянии, и изменение ее исходного состояния при разработке и реализации стратегии «встраивания». Здесь имеет место иная исходная позиция. В случае принятия этих доводов, вначале необходимо построить концепцию посильного импортозамещения – экспортной ориентации, а затем попытаться выявить «общие элементы» с классическим подходом, основными из которых являются: постепенность интернационализации, «обеспечение неуязвимости в будущем в условиях технолого-экономико-социально-политической цикличности, структурных сдвигов и неожиданных событий»; использование таких базисных критериев как передовая технология, конкурентные преимущества, продление жизненного цикла спроса на продукцию и продление полезной жизни технологии организации, развитие организации и получение прибыли; обеспечение тенденции роста синергического эффекта при реализации концепции «посильного импортозамещения – экспортной ориентации» в условиях, когда первоначальные эффекты связей с российскими и зарубежными партнерами не велики. По нашему мнению, теоретически синергические эффекты требуют достаточной «критической массы».

Мы предлагаем рассмотреть четырехмерное пространство «тактика, синтезирующая стратегию – импортозамещение – экспортная ориентация – стратегическое встраивание» (рисунок 1).

В плоскости построенное  нами четырехмерное пространство можно сравнить с известным ромбом М. Портера [14], главная идея которого в структурном смысле заключается в обеспечении взаимосвязи всех элементов.

Безымянный

Рисунок 1 – Четырехмерное пространство «тактика, синтезирующая стратегию – импортозамещение – экспортная ориентация – стратегическое встраивание»

Попытаемся кратко раскрыть структурный смысл приведенного на рисунке 1 четырехмерного пространства.

На уровне тактики осуществляется ежедневная конкуренция организаций как с продукцией местных производителей, так и с импортными товарами, услугами. Здесь решаются вопросы эффективного импортозамещения. Оно содержит две составляющие: тактическую и стратегическую. Тактическая составляющая занимает больше места. Например, вытеснение с местного рынка дешевой китайской одежды или низкокачественных товаров культурно-бытового назначения – задача, требующая в большей мере тактических решений. Тактика связана с «посильным» импортозамещающем и термин «посильно» указывает на возможности организации. Таким образом, в приведенном выше четырехугольнике связка «тактика – посильное импортозамещение» очевидна. Синтез стратегии начинается в точке, в которой одних тактических решений недостаточно.

Рассмотрим постановку такой задачи, как «обновление 15% технологии», получение качественных комплектующих изделий и полуфабрикатов, обеспечение «конкурентоспособного» сервиса и другие задачи. В каждой из них присутствует момент «стратегического встраивания». Что означает в контексте данного вопроса, получить от иностранного партнера 15% новой технологии? Ответ такой: необходимо «встроиться» в цепочку его интересов. А метод «встраивания» при этом может быть любой, например, заключить договор о разделе продукции, предоставив ему сбытовые сети. Что же означает «получить качественные комплектующие изделия»? Здесь могут быть тоже разные варианты: прямой импорт в обмен на интересующее зарубежного партнера сырье; совместный выпуск комплектующих изделий; лизинг соответствующего оборудования и другие. Обобщая анализ в этой части, можно сделать следующие выводы. Тактика деятельности организации ориентирована на импортозамещение, но при этом имеется стратегическая составляющая, которая формирует цепочку стратегического развития организации.

Наконец, выделим еще один важный момент – формирование стратегических зон встраивания (СЗВ). Соответственно модифицируется и предложенная И. Ансоффом процедура:

  • Определение (СЗВ) «стратегических зон встраивания» (наподобие СЗХ, предложенных И. Ансоффом [1]. Например, это может быть технология (сборка из зарубежных комплектующих) и дистрибьюция (сбыт, в том числе и некоторых модификаций импортируемой техники партнера).
  • Определение стратегической важности каждой СЗВ для организации (экспертная оценка), на базе критериев роста и стратегической неуязвимости, а в перспективе – прибыльности.
  • Разработка стратегии для каждой «зоны встраивания», то есть уже «привязанные» к тем стратегическим целям, которые ставятся перед ними (например, переход на полную собственную комплектацию через три года по цепочке 100÷70÷30 процентов «зарубежных» комплектующих).
  • Оценка затрат, выручки, прибыли и рентабельности отдельно для каждого СЗВ.
  • Определение последовательности «ступеней рентабельности», после достижения которых целесообразно формулировать соответствующую СЗВ как структурно-самостоятельное подразделение.
  • Соединение стратегий для отдельных СЗВ между собою.

   Приведем в заключении достаточно важный момент: «концепция посильного импортозамещения – стратегического встраивания» предполагает, что до определения классических «СЗХ» первостепенное внимание будет уделено формированию «СЗВ», которые представляют те части «цепочек», или «систем» ценности, получение «права участия» в которых и составляет главную задачу всей стратегии организации в начальный период импортозамещения- экспортной ориентации . Классика не рассматривала этот вариант в связи с отсутствием приобретения «технологического опыта» и наличием других особенностей.

Концепция «посильного импортозамещения – стратегического встраивания» была выстроена на базе теоретических зарубежных учений Ансоффа И., Акоффа Р., Карлофа Б., Бенвенисте Л., Кернса К., Саати Т., Кинга У., Клиланда Д, Недлера Д, Питерса Т., Портера М. [1-9,14], а также отечественных исследователей [10-13] по проблемам стратегического менеджмента и аналитических материалов результатов хозяйствования российских предприятий и организаций за десятилетний период вплоть до 2016 г.

Подытоживая анализ теоретической позиции классической школы по проблеме интернационализации бизнеса, хотелось сформулировать следующие выводы:

  1. Анализ, проведенный на основе поэлементного рассмотрения структурного подхода И. Ансоффа [2,3], однозначно показал общность концепции «посильное» импортозамещение – экспортная ориентация «первого цикла» и подходы классической школы в области интернационализации бизнеса и нет сомнений в их общности и непротиворечивости.
  2. Вместе с тем анализ доказывает, что концепция классической школы не во всем отвечает современным российским бизнес-условиям. В этом смысле она должна быть отнесена к «более позднему» этапу развития российских организаций. В связи с тем, что констатировалась общность подходов, то нет сомнений в естественности перехода на определенном этапе эволюции организации от концепции «посильное» импортозамещение – экспортная ориентация «первого цикла» к классической теории интернационализации бизнеса.
  3. Эффективное импортозамещение основывается на оптимизации экспортно-импортных операций на внутренних и международных рынках и не может считаться каком-либо ограничением дальнейшего развития механизма интернационализации бизнеса.

Литература

  1. Акофф Р. Планирование будущего корпорации. – М.: СИРИН, 2002.
  2. Igor Ansoff, G.I. Nakamura. Strategic Management Classic Edition. Published by Palgrave Macmillan, 2007. — 251 р.
  3. Ансофф И. Стратегическое управление. – М.: Экономика, 1989. –520
  4. Бенвенисте, Г. Овладение политикой планирования / Г.Бенвенисте. – М.: Прогресс, 2004. – 214 с.
  5. Виссема Х. Менеджмент в подразделениях фирмы. – М.: Инфра-М, 1996-288с.
  6. Дэниелс Джон Д., Радеба Ли Х. Международный бизнес: внешняя cреда и деловые операции. Пер.с англ., 6-е изд. — М.: “Дело Лтд”, 2006. -784 с.
  7. Карлоф Б. Деловая стратегия. — М.: Экономика, 2004. — с.421.
  8. Кинг У., Клиланд Д. Стратегическое планирование и хозяйственная политика. – М.: Прогресс, 1982 – 398с.
  9. Кернс К., Саати Т. Аналитическое планирование. Организация систем. – М.: Радиосвязь. 1991. – 380с.
  10. Нилиповский В.И. Экономический рост предприятия: стратегия выстраивания интересов // Землеустройство и земельный кадастр: Сборник научных статей посвященный 225-летию Государственного университета по землеустройству / Сост. С.Н.Волков, А.А.Варламов.- М.: ГУЗ, 2004. — С с.353-359
  11. Отварухина Н.С., Самаруха В.И. Планирование бизнеса на основе стратегии встраивания. – Иркутск: ИГЭА, 2001. – 156с.
  12. Отварухина Н.С., Усанов Г.И., Нилиповский В.И. Взаимосвязь концепции «стратегического встраивания» и теории интернационализации бизнеса // Экономика в координатах постиндустриального развития: региональный аспект. Материалы международной научно-практической конференции. Под научной редакцией д.э.н., профессора М.И.Разумовской, к.э.н., доцента Черновой Т.В. – Хабаровск: РИЦ ХГАЭП, 2002.- Ч.2. – С. 95-97.
  13. Отварухина Н.С., Отварухина Ю.Ю., Нилиповский В.И., Шишов С.Г. Стратегический менеджмент: учеб. пособ. – Москва, 2012. – 149с.
  14. Портер М. Международная конкуренция. — М.: Альбина Паблишер, 2016. – 947 с.



Московский экономический журнал 4/2016

УДК 001.18

bezymyannyj-12

Благинин Виктор Андреевич

заведующий лабораторией наукометрии

Уральский государственный экономический университет

Матвеева Алла Ивановна

доктор философских наук, доцент

профессор кафедры философии

Уральский государственный экономический университет

Blaginin V.A. geschenke777@mail.ru

Matveeva A.I. matveevaa2011@yandex.ru

ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЕ ФРОНТЫ: СТРАТЕГИЧЕСКИЙ ИМПЕРАТИВ РАЗВИТИЯ РОССИЙСКОЙ НАУКИ

RESEARCH FRONTS: STRATEGIC IMPERATIVE OF RUSSIAN SCIENCE

Аннотация

Поставленная Президентом РФ задача выхода российской науки на международную арену в современных условиях затруднена в исполнении в связи с рядом факторов, среди которых недостаток финансирования научных исследований и опытно-конструкторских разработок, отсталость технологического развития страны, а также сложность реализации коллаборационных исследований с российскими учеными. В статье в качестве одного из механизмов интеграции российской науки в мировое научное сообщество выделяются исследовательские фронты – тренд современных наукометрических исследований. Дается оценка возможности использования исследовательских фронтов, высказывается гипотеза об императивности их исследования для современной науки.

Summary

Set by the President of the RF output task of Russian science in the international arena in the current conditions it is difficult in the performance due to a number of factors, including a lack of funding for research and development activities, the backwardness of the technological development of the country, as well as the complexity of the implementation collaboration studies with Russian scientists. The article as one of the mechanisms of integration of Russian science in the international scientific community highlighted research fronts — the trend of modern science-metric research. The evaluation of the possibility of using the research front, the hypothesis about the imperative of their research for modern science.

Ключевые слова: наукометрия, исследовательские фронты, коллаборация, РИНЦ, Web of Science, Clarivate Analytics

Keywords: scientometrics, research fronts, collaboration, RSCI, Web of Science, Clarivate Analytics

Указом Президента РФ Владимира Путина «О мерах по реализации государственной политики в области образования и науки» от 7 мая 2012 года [6] сформирована задача по включению российских научных периодических изданий в зарубежные базы цитирования Web of Science и Scopus. Кроме  того наметившийся курс на интеграцию российской науки в международное научное пространство предопределяет необходимость опубликования отечественными учеными результатов своей деятельности именно в журналах, индексируемых в данных наукометрических базах.

На текущий момент исполнение данной задачи находит отражение в аналитических отчетах компании Clarivate Analytics, владельца платформы Web of Science. Сразу же необходимо оговориться, что в статье будут использоваться именно данные из различных надстроек платформы Web of Science, так как именно она обладают наибольшим числом инструментов наукометрического анализа нежели любая другая база цитирования.

По количеству публикаций в Web of Science Core Collection Российская академия наук находится на пятом месте среди всех организаций мира, значительно опережая идущею шестой Китайскую академию наук (рис. 1).

bezymyannyj

Рисунок 1 – Топ 10 организаций по количеству публикаций в Web of Science Core Collection

Источник данных: Аналитическая система InCitesTM

Еще одним примером реализации Указа Президента можно считать создание на платформе Web of Science регионального библиографического указателя Russian Science Citation Index. 652 лучших журнала, выпускаемых на территории Российской Федерации, отобранных по определенной методике [] внедрили в международную научную среду и на данный момент метаданные публикаций всех этих журналов за десятилетний период доступны для просмотра зарубежным ученым. Данный проект позволит ускорить и усилить международную коллаборацию в научных исследованиях.

Действительно, такое международное сотрудничество сейчас необходимо современному научному сообществу, тем более российскому. Так специалисты Clarivate Analytics утверждают, что около 2/3 самых высокоцитируемых публикаций оформлены международным составом авторов. Однако авторов из России в таких публикациях не так много. Если снова обратиться к рисунку 1 видно, что, не смотря на то, что 67,6 % публикаций РАН процитированы хотя бы раз, общее количество цитирований в разы меньше, чем у опережающих организаций. Также данный тезис доказывает нормализованная цитируемость публикаций Российской академии наук, которая дотягивает лишь до половины от среднемировой цитируемости.

Все это подтверждает необходимость повышения качества работ российских авторов, повышения их восстребованности. Естественно востребованность публикаций зависит от ряда эндогенных и экзогенных факторов, основными из которых являются уровень технологической оснащенности страны, инвестиции на научную деятельность, приоритетные направления развития науки. Переход от одного технологического уклада к другому процесс длительный и дорогостоящий, эффект от инвестиций достаточно трудно оценить, а также эти инвестиции недостаточно велики. В отчете о НИР для разработки плана развития науки УрФУ по первому этапу, заведующий лабораторией наукометрии УрФУ Акоев М.А. рассчитал стоимость статьи по паритету покупательной способности Университета. (рис. 2) [4]. Она оказалась меньше чем в других странах, что подтверждает невозможность бурного роста инвестиций в науку в России.

bezymyannyj

Рисунок – 2 Число публикаций, доля НИР для промышленности в общем объеме финансирования НИР, число публикаций на одного НПР, стоимость статьи в 2008 – 2011 в долларах по паритету покупательной способности.

Источник данных: отчет НИР для разработки плана развития науки в УрФУ по первому этапу Thomson Reuters 2013 [4]

Однако остается еще один механизм повышения востребованности публикаций – выбор стратегического направления в исследованиях. В наукометрии эта сфера функционирования науки получила название «исследовательских фронтов» (Research Fronts). Исследовательские фронты, их планирование и оценка один из трендов развития мировой наукометрической науки [1,2].

         Исследовательские фронты характеризуются следующими посылами:

  • это группы высокоцитируемых публикаций (публикаций, вошедших в 1% самых цитируемых в своих предметных областях), сделанные за последние 10 лет [5]
  • данные группы кластеризованы на основе семантического анализа с выделением ключевых слов
  • «исследовательский фронт с высокой вероятность представляет собой горячую тему научных исследований (по которой активно публикуются и активно цитируются)» [5]
  • они могут быть рассчитаны статистически
  • позволяет оценить насколько долго продержится данная тематика, как высокоцитируемая

Технология поиска исследовательских фронтов полностью реализована на данных платформы Web of Science, с помощью инструмента Essential Science Indicators. Данная надстройка, является отдельной базой данных, которая помогает сформировать приоритетные (по наукометрическим показателям) направления научной деятельности за определенный промежуток времени, например, на текущий момент. Данная возможность, если не подходить к ней слишком формализовано, должна стать императивом в деятельности научно-исследовательских организаций.

Научная деятельность в рамках текущих исследовательских фронтов является деятельностью прорывного характера, создает большую добавленную стоимость. Проблема заключается в том, что направления, в которых серьезную мировую нишу занимают наши ученые, не входят в состав прорывных, в исследовательские фронты. Так, например, по количеству статей, опубликованными российскими учеными лидируют лидируют химическое и  физическое направления, а также оптика (рис. 3), однако в мире они не являются высокоцитируемыми кластерами публикаций.

bezymyannyj

Рисунок 3 – Топ 5 крупных научных направлений российских авторов по количеству публикаций в Web of Science Core Collection

Источник данных: Аналитическая система InCitesTM

Важность учета для органов контроля за развитием науки в Российской Федерации подтверждает также последний отчет компании Clarivate Analytics об исследовательских фронтах 2016 календарного года [3]. Не смотря на то, что публикационный ландшафт отечественной науки в зарубежных базах нарастает с каждым годом, в данном отчете Россия фигурирует лишь  в двух фронтах: «Люминофоры для белых светодиодов» («“Phosphors for white LEDs») и «Дифференциация, функции и метаболизм

Т-клеток» («Differentiation, function, and metabolism of T cells») с тремя и одной публикацией соответственно (рис. 4).

bezymyannyj

Рисунок 4 – Российское представительство в публикационном массиве исследовательских фронтов

Источник данных: [3]

Формирование политики поддержки научных исследований с учетом мировых исследовательских фронтов для российской науки крайне необходимо. Финансирование должно ранжироваться в зависимости от эффективности функционирования той или иной предметной области. Это позволит сделать рывок в эволюции экономики знаний и вывести страну на новый технологический уровень, сформировать положительный инвестиционный климат. Реализация такой политики может быть основана на внутреннем аудите исследовательских фронтов, на статистических данных Российского индекса научного цитирования. Выделение локальных исследовательских фронтов и их интеграциях во внешнюю среду даст толчок в развитии российской науки и позволит противостоять современным экзогенным вызовам современности.

Литература:

  1. Joost Kosten (2016) A classification of the use of research indicators // Scientometrics (2016) 108:457–464
  2. Lutz Bornmann1, Robin Haunschild (2016) Does evaluative scientometrics lose its main focus on scientific quality by the new orientation towards societal impact? // Scientometrics (2016) 108:465–472
  3. Research Fronts 2016. (2016) Clarivate Analytics, Chinese Academy of Sciences. — p. 104
  4. Акоев М.А. Отчет НИР для разработки плана развития науки в Уральском Федеральном Университете им. первого президента России Б.Н. Ельцина по первому этапу.
  5. Касьянов П. Е. Наукометрия в антикризисном управлении научными исследованиями [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://hdl.handle.net/10995/43145
  6. Указ Президента РФ «О мерах по реализации государственной политики в области образования и науки» от 7 мая 2012 года

References:

  1. Joost Kosten (2016) A classification of the use of research indicators // Scientometrics (2016) 108:457–464
  2. Lutz Bornmann1, Robin Haunschild (2016) Does evaluative scientometrics lose its main focus on scientific quality by the new orientation towards societal impact? // Scientometrics (2016) 108:465–472
  3. Research Fronts 2016. (2016) Clarivate Analytics, Chinese Academy of Sciences. — p. 104
  4. Akoev M.A. Otchet NIR dlya razrabotki plana razvitiya nauki v Ural’skom Federal’nom Universitete im. pervogo prezidenta Rossii B.N. El’cina po pervomu ehtapu.
  5. Kas’yanov P. E. Naukometriya v antikrizisnom upravlenii nauchnymi issledovaniyami [EHlektronnyj resurs]. Rezhim dostupa: http://hdl.handle.net/10995/43145
  6. Ukaz Prezidenta RF «O merah po realizacii gosudarstvennoj politiki v oblasti obrazovaniya i nauki» ot 7 maya 2012 goda

 

 




Московский экономический журнал 4/2016

УДК 338.001.36

bezymyannyj-12

Благинин Виктор Андреевич

заведующий лабораторией наукометрии

Уральский государственный экономический университет

Сулимин Владимир Власович

кандидат экономических наук

профессор кафедры государственного и муниципального управления

Уральский государственный экономический университет

Шведов Владислав Витальевич

кандидат исторических наук

доцент кафедры государственного и муниципального управления

Уральский государственный экономический университет

Blaginin V.A.

Sulimin V.V.

Shvedov V.V.

НАУКОМЕТРИЧЕСКИЕ ПОКАЗАТЕЛИ, КАК МЕХАНИЗМ ОЦЕНКИ РАЗВИТИЯ НАУКИ

SCIENTOMETRIC INDICATORS AS A MECHANISM FOR EVALUATING THE DEVELOPMENT OF SCIENCE

Аннотация

На сегодняшний день основой для оценки эффективности функционирования и развития науки выступает наукометрия, не так давно получившая бурное развитие в отечественной науке. В статье приводится краткая характеристика основных наукометрических (библиометрических) показателей оценки научной деятельности. В качестве основной базы научного цитирования для российской науки выступает РИНЦ, исследуются имеющиеся в нем наукометрические показатели, их проблемы и возможности для развития. Обосновывается необходимость внедрения в практику дополнительных показателей, ввиду использования их в качестве индикаторов в «эффективных контрактах» в учреждениях высшего образования.

Summary

To date, the basis for assessing the effectiveness of the functioning and development of science in favor scientometrics, recently received a rapid development in the domestic science. The article provides a brief description of the main scientometric (bibliometric) indicators to assess the scientific activity. As the main base for the Russian science serves RSCI, researched available therein scientometric indicators, their problems and opportunities for development. The necessity of putting into practice additional indicators, due to their use as indicators of «efficient contracts» in the institutions of higher education.

Ключевые слова: наукометрия, наукометрические показатели, альтметрия, РИНЦ, Web of Science, Scopus

Keywords: scientometrics, scientometric indicators, altmetrics, RSCI, Web of Science, Scopus

Современные экономические тенденции показывают, что развитие экономики знаний в стране является серьезной подушкой экономической безопасности. Инвестиции в научные исследования и опытно-конструкторские разработки растут (таблица 1). Не смотря на то, что данный рост на данный момент является скорее арифметическим, нежели геометрическим, органам власти необходимо формировать собственное представление о влиянии науки на социально-экономическое развитие, на ВВП страны.

Таблица 1 — Внутренние затраты на научные исследования и разработки по Российской Федерации

bezymyannyj

Для удобства и унификации оценки эффективности функционирования общественных институтов, ориентированных на научные исследования и разработки, а также для оценки рентабельности инвестиционной политики в данном направлении используются различные наукометрические инструменты и показатели. Нужно сказать, что в зарубежных странах начало их использования приблизительно совпадает с появлением первого индекса цитирования Science Citation Index, создателем которого является Юджин Гарфилд [1], однако нашей стране пришлось преодолеть долгий путь для принятия наукометрии в качестве самостоятельной науки, главной задачей которой является количественный анализ качественных характеристик научного развития.

Начать стоит с того, что на данный момент существует около 25 известных библиографических указателей, баз научного цитирования, основными из которых являются Web of Science, Scopus, Agris, GeoRef, Chemical Abstracts Service, Springer, PubMed, MathSciNet. Для Российской науки основными средствами размещения результатов своей научной деятельности являются признанные гранды Web of Science (со всеми внутренними региональными указателями), более молодой индекс цитирования Scopus, а также Российский индекс научного цитирования (РИНЦ).

РИНЦ является проектом компании ООО «Научная электронная библиотека» [6], несколько раз поддержанным Министерством образования и науки Российской Федерации. Изначально он задумывался как самая крупная база данных публикаций ученых и разработчиков России, однако получил свое развитие как наукометрический инструмент, аналогов которому в нашей стране больше нет.

На основе данных полученных из РИНЦ производится анализ эффективности функционирования организаций, занимающихся наукой, в первую очередь на основе публикационной активности авторов. В частности, в мониторинге эффективности деятельности организаций высшего образования, который проводит Департамент государственной политики   в сфере высшего образования Минобрнауки России, по направлению «Научно-исследовательская деятельность» шесть первых показателей являются именно наукометрическими (рис. 1), при чем остальные также зависят от них, так, например, без определенного уровня публикационной активности невозможно участвовать в грантах и тендерах [3]. При этом показатели по Российскому индексу научного цитирования рассматриваются наравне с зарубежными базами данных Web of Science и Scopus.

bezymyannyj

Рисунок 1 – Показатели мониторинга организаций высшего образования по направлению «Научно-исследовательская деятельность»

Не смотря на вышеупомянутую необходимость использования наукометрической информации из РИНЦ, существуют различные точки зрения на его состоятельность как объективного механизма оценки научного потенциала территории. Многие ученые заявляют о неправильном использовании многих показателей, с требованием их модифицировать или отказаться от них [4].          Действительно, намеченный путь на переход от количественного анализа к качественному в российском индексе научного цитирования запаздывает, относительно зарубежных баз данных, поэтому контрольные органы достаточно часто критикуются за формализм в подходе к данному анализу.

Однако стоит отметить, что на текущий момент не существует других методов и механизмов оценки научной деятельности, помимо уже упомянутых инвестиций в науку, эффективность от которых трудно рассчитывать статистически. Поэтому обратимся к наукометрическим показателям, которые существуют для анализа в РИНЦ.

Все показатели можно подразделить на три большие группы: показатели авторов, показатели организации, а также показатели журналов [2]. При чем показатели авторов отражаются в двух вариациях: наукометрические показатели в авторском указатели и в «анализе публикационной активности» (рис.2). По мнению авторов, это одна из основных ошибок разработчиков отечественной базы цитирования, ведь в авторском указателе отражаются два основных количественных показателя «число публикаций» и «число цитирований», и один полукачественный «Индекс Хирша». Во-первых, h-index, считается далеко не совершенным, в связи с чего появилось около 15 его модификаций, необходимых для более качественных исследований. А, во-вторых, авторский указатель отражает недостаточное для качественной оценки количество показателей. Необходимо дополнить их основными индикаторами из «анализа публикационной активности».

bezymyannyj

Рисунок 2 — Общие показатели публикационной активности автора в РИНЦ

Что касается показателей организации, в них существенной проблемой видится невозможность анализа колаборации исследований. Дело в том, что по аналитическим данным Clarivate Analytics, настоящим владельцем Web of Science, более 60% самых высокоцитируемых, а значит наиболее востребованных научных работ выполнены в межнациональной колаборации [5]. Плюс ко всему организации не нормализируются по научному направлению и по академической принадлежности, что на современном этапе развития научного сообщества становится фундаментальностью. Сравнение образовательного учреждения, работающего в гуманитарном научном направлении, не целесообразно с академическим химико-физическом институтом ввиду ряда факторов, таких как время полужизни публикаций, время до отклика для новой публикации, публикационная этика в различных направлениях.

Показатели журналов представляются наиболее востребованными, что подтверждает совместный проект Thomson Reuters и ООО «Научная электронная библиотека» по размещению лучших российских журналах в региональном указателе Russian Science Citation Index на платформе Web of Science, что позволит зарубежному научному сообществу быстрее ознакамливаться с результатами научной деятельности отечественных ученых. Однако если в Web of Science и Scopus нормализация показателей по журналу и направлению является нормой, то в РИНЦ можно найти такие индикаторы только у конкретной статьи, что затрудняет обработку больших данных для формирования правильной политики поддержки ученых в организациях и стране в целом. Также затруднительным аспектом является неопределенность в использовании тех или иных показателей. Например, в РИНЦ рассчитывает 10 различных импакт-факторов журнала, однако строго не определяется какой именно использовать. Унификация позволит более точно реагировать на изменения в сфере публикационной активности авторов.

Есть в РИНЦ и опережающие наукометрическое развитие явления. К ним можно отнести недавно введенную группу показателей в статье – альметрики. Альметрики рассчитывают количество просмотров, загрузок публикаций, включение их в различные подборки.  Важной является возможность оценки статей со стороны читателей и написание отзывов. Симбиоз библиометрии и альметрии позволяет усилить качественное направление в анализе путем экспертной оценки, получить которую в большом объеме не представляется возможным. Хоть данные функции пока не пользуются большим спросом у авторов и читателей, они несомненно в будущем найдут отражение в качественном анализе развития науки со стороны наукометристов, библиографов и органов управления научным развитием.

Таким образом, можно констатировать, что наукометрические показатели при их правильном использовании могут выступать определенным механизмом в оценке научно-исследовательской деятельности. Проводить такой анализ позволяет наукометрическая база РИНЦ, которая при правильном реагировании на экспертные замечания может послужить неоценимой базой качественной оценки развития науки страны.

Литература:

  1. Акоев М.А., Маркусова В.А., Москалева О.В., Писляков В.В. Руководство по наукометрии: индикаторы развития науки и технологии. Thomson Reuters. — Екатеринбург. — 2014. – 250 с.
  2. Благинин В.А., Назаров А.Д. Современные библиометрические показатели как фундамент оценки состояния науки России // В сборнике: Cоциальная инноватика — 2015 2015. С. 126-128.
  3. Информационно-аналитические материалы по результатам проведения мониторинга эффективности деятельности образовательных организаций высшего образования [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://indicators.miccedu.ru/monitoring/?m=vpo
  4. Поляк Б.Т. Наукометрия: кого мы лечим? // Управление большими системами: сборник трудов. 2013. № 44. С. 161-170.
  5. Сайт компании Clarivate Analytics [Электронный ресурс]. Режим http://ipscience.thomsonreuters.com/
  6. Сайт Научной электронной библиотеки Elibrary [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://elibrary.ru/

References:

  1. Akoev M.A., Markusova V.A., Moskaleva O.V., Pislyakov V.V. Rukovodstvo po naukometrii: indikatory razvitiya nauki i tekhnologii. Thomson Reuters. — Ekaterinburg. — 2014. – 250 s.
  2. Blaginin V.A., Nazarov A.D. Sovremennye bibliometricheskie pokazateli kak fundament ocenki sostoyaniya nauki Rossii // V sbornike: Social’naya innovatika — 2015 2015. S. 126-128.
  3. Informacionno-analiticheskie materialy po rezul’tatam provedeniya monitoringa ehffektivnosti deyatel’nosti obrazovatel’nyh organizacij vysshego obrazovaniya [EHlektronnyj resurs]. Rezhim dostupa: http://indicators.miccedu.ru/monitoring/?m=vpo
  4. Polyak B.T. Naukometriya: kogo my lechim? // Upravlenie bol’shimi sistemami: sbornik trudov. 2013. № 44. S. 161-170.
  5. Sajt kompanii Clarivate Analytics [EHlektronnyj resurs]. Rezhim http://ipscience.thomsonreuters.com/
  6. Sajt Nauchnoj ehlektronnoj biblioteki Elibrary [EHlektronnyj resurs]. Rezhim dostupa: http://elibrary.ru/



Московский экономический журнал 4/2016

УДК 338.984

bezymyannyj-12

Василий Нилиповский,

кандидат экономических наук, доцент,

проректор по международной деятельности

ФГБОУ ВО «Государственный университет по землеустройству»,

г. Москва

Нина Отварухина,

доктор экономических наук, профессор,

заместитель директора института управления

и стратегического развития организаций

ФГБОУ ВО «Московский технологический университет», 

г. Москва

Дарья Костычева,

преподаватель института управления

и стратегического развития организаций

ФГБОУ ВО «Московский технологический университет», г. Москва

Vasily Nilipovskiy,

PhD, Associate Professor,

Vice Rector for International Cooperation,

State University of Land Use Planning, Moscow

Nina Otvaruchina,

Doctor of Economics, Professor,

Deputy Director of the Institute of Management and Strategic Development,

Moscow Technological University, Moscow

Darya Kostycheva,

teacher of the Institute of Management

and Strategic Development,

Moscow Technological University,

Moscow

СОВЕРШЕНСТВОВАНИЕ МОДЕЛЕЙ И ПРОЦЕДУР ПОСТРОЕНИЯ СТРАТЕГИИ ОРГАНИЗАЦИИ В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ

IMPROVEMENT OF MODELS AND PROCEDURES OF CREATION OF STRATEGY OF THE ORGANIZATION IN MODERN CONDITIONS

Аннотация. Данная  статья развивает теоретические  и методические положения   стратегического управления. Статья подготовлена на основе  аналитического материала  трудов российских и зарубежных ученых в области стратегического  менеджмента. Этот материал авторы изучали и  систематизировали на протяжении 2000 – 2015 гг., сопоставляя полученные теоретические исследования с практическими результатами  деятельности российских организаций. В статье приведены  результаты наблюдений за процессом стратегического развития российских организаций и представления авторов о методических подходах к построению, разработке и реализации стратегии организации.

   В данной статье раскрывается практико-ориентированный подход  к  разработке и реализации стратегии организации, основанный на выявлении и практическом использовании результатов, процессов и процедур построения стратегии. Предложена  интегральная модель построения стратегии, основанная на использовании качественных и количественных методов, позволяющая  синтезировать стратегические и  оперативные управленческие решения с учетом выявления зависимостей и взаимосвязей  процедур построения стратегии организации. Обосновывается последовательность построения стратегии организации и необходимость включения новых этапов и пошаговых итерационных  процедур.

Abstract. This article develops theoretical and methodical provisions of strategic planning. Article is prepared on the basis of analytical material of works of the Russian and foreign scientists in the field of strategic management and planning. Authors studied this material and systematized for 1996 — 2016, comparing the received theoretical results with practical results of activity of the Russian organizations. Results of supervision over development of the Russian organizations and idea of authors of scientific and methodical approaches to construction, development and realization of strategy of the organization are given in article.

   In this article practice – the focused methodical approach to development and realization of strategy of the organization reveals. The integrated model of sequence of development and realization of strategy based on use of qualitative and quantitative methods, allowing to synthesize strategic and operational administrative decisions on the basis of detection of dependences and interrelations of factors of the external and internal environment of the organization is offered. The sequence of creation of strategy of the organization locates and need of inclusion of new stages and step-by-step procedures speaks.

Ключевые слова: стратегия, практико-ориентированный подход, интегральная модель построения стратегии организации, матрица «степень влияния и практическая  значимость».

 Keywords: strategy, practice-oriented approach, integration model of development and realization of strategy of the organization matrix of extent of influence and practical importance.

Введение

В настоящее время исследования в области стратегического управления выявили возобновившийся интерес к проблеме стратегического развития в организационных процесс­­ах, структурах, подразделениях российских организаций. На современном этапе развития теории и мировой практики стратегического управления раскрыто множество подходов к построению  стратегий, направленных на создание нового, растущего спроса, снижение уровня конкуренции, развитие конкурентных преимуществ уникального продукта/услуги и т.д. Вопросы разработки процессов формирования стратегии постоянно рассматриваются учеными и как показывают результаты их исследований являются достаточно актуальными [2-13].

Изучение исследований, проводимых российскими и зарубежными учеными [1,2,3] в области стратегического управления позволило нам выявить проблему выборочного применения  научно-методических подходов к процессу разработки и реализации стратегии. Мы поддерживаем подход К. Койна и С.Субраманиама [14], которые отмечают отсутствие в научно-методических подходах процедур оценки и анализа взаимозависимых систем и систем отношений, анализа качества операций и исследования причинно-следственных связей, которые, в свою очередь, являются дополнительными источниками конкурентных преимуществ организаций.

Анализ теоретического положения и практического опыта применения научно-методического подхода, проведенный авторами [1-14] показал, что, во-первых, большинство стратегических решений принимается в рамках научно-методического подхода, во-вторых, частичное применение научно-методического подхода к процессам и процедурам разработки и реализации стратегии организации на практике, в большинстве случаев, не позволяет достигать поставленных стратегических целей.

Рассуждая о различных подходах построения стратегии развития, было  отмечено, что те организации,  которые не имеют стратегий, [15]  «могут ждать два неприятных открытия. Первое- что у вашей компании на самом деле отсутствует сильная стратегия. И второе, что вы почти ничего не делаете,  чтобы это изменить».

В процессе исследования были выявлены различные подходы к построению  стратегий: такие как традиционный, комплексный и системный подходы, которые оказывают достаточно сильное влияние  на достижение стратегических целей. Центральной проблемой российских организаций является накопление стратегического потенциала для будущего «прорыва», что станет главным стратегическим вектором развития организации.

По-мнению В. Красновой и А. Матвеевой ситуацию можно объяснить, с одной стороны, переходом от традиционного подхода к комплексному подходу стратегического развития, а по нашему мнению, недостаточно внимания уделяется практико-ориентированному подходу, позволяющему определить вектор стратегического развития, переосмыслить стратегические инициативы и скорректировать стратегические задачи и цели в соответствующих направлениях деятельности.

Однако, в практике имеются успешные подходы, но недостаточно внимания уделено изучению выявления зависимости взаимосвязей  процедур разработки и реализации стратегии развития организации. И для решения вышеуказанных проблем  был разработан практико-ориентированный подход к разработке и реализации стратегии развития организации, который позволил нам разработать  интегральную модель последовательности разработки и реализации стратегии, матрицу практической значимости и степени влияния  процессов на достижение стратегических целей  развития организации.

Предлагаемый нами практико-ориентированный подход к разработке и реализации стратегии развития организации основан на изучении опробованных моделей, алгоритмов, этапов, процедур разработки и реализации стратегии, используемых российскими организациями, и построении схем их взаимосвязей и взаимозависимостей.

Перейдем теперь к краткому рассмотрению основных результатов наших исследований.

Первоначально рассмотрим сущность и содержание понятия «стратегия», далее приведем основные результаты опроса руководителей и ведущих специалистов российских организаций для определения связей различных этапов и пошаговых процедур разработки стратегии организации, раскроем содержание разработанной нами  матрицы степени влияния и практической значимости процедур разработки и реализации стратегии развития организации, рассмотрим интегрированную модель построения стратегии развития организации.

Перейдем к изучению сущности  и содержания понятия «стратегия».

Приведем   кратко основные результаты обзора определений понятия  «стратегия».

Сущность и содержание понятия «стратегия»

Необходимо отметить, что в российских и зарубежных публикациях существует достаточно много научных подходов к раскрытию  сущности и содержания стратегии развития организаций. Уже в течение нескольких десятилетий внимание ученых привлекает вопрос о сущности и содержании понятия «стратегия». Существующий вклад в развитие стратегии, как науки, принадлежит И. Ансоффу, У. Брэддику, Ж.-Ж. Ламбену, Г. Минцбергу, М. Портер, Г. Хамелу и К.К. Прахаладу, А. Томсону и А. Дж. Стрикленду, Н.С. Отварухиной и др.

Согласно мнению И. Ансоффа [11],  «..концепция стратегии – материя тонкая, порой весьма абстрактная. Её формулирование обычно не приводится к каким-либо немедленным результатам. Возникает вопрос: может ли такая абстрактная концепция, как стратегия, быть действительно полезной для деятельности организации? Сделать выводы о существовании стратегии довольно легко, но дать ее четкое описание практически  не удается».

Классик американского стратегического управления в сфере бизнеса

И. Ансофф [11], анализируя современное понимание стратегии бизнеса, приводят несколько отличительных ее характеристик. Одной из отличительных характеристик является то, что процесс формулирования стратегии практически не сводится к немедленным действиям, а устанавливаются общие направления, в соответствии с которой компания будет развиваться.  Далее И. Ансофф отмечает значительную роль стратегии при разработке долгосрочных проектов, выявлении и использовании перспективных возможностей, фокусировании внимания на стратегических направлениях развития. При этом он обращает внимание на отличительные  характеристики стратегии. Первой отличительной характеристикой является эффективная реализация стратегии, которая в свою очередь требует обратной связи [11]. И. Ансофф выделяет еще и такую отличительную характеристику: цели представляют собой результаты, которых пытается достичь компания, а стратегия- это средство достижения этих результатов; стратегии и цели – взаимозаменяемы. Стратегия, по его мнению, — это системная концепция, связывающая и направляющая развитие сложной организации. Когда необходимо обратиться к стратегии, оказавшись в изменяющихся условиях, компания сталкивается с двумя очень важными проблемами: выбор направления развития организации, использование энергии большого количества людей для ускорения движение в новом направлении.

И, по его представлению, именно решение этих проблем составляет сущность стратегии. Стратегия становится важным и чрезвычайно необходимым инструментом управления организацией [11].

Достаточно справедливое высказывание  Г.Б. Клейнера [3] заключается в том, что «…стратегия должна стать «нитью времени», связывающей прошлое и будущее, одновременно обозначившей путь к развитию».

По мнению М. Портера, «…стратегию можно рассматривать как воздействие преград для конкурентных сил или как определение позиции в отрасли, где компания будет наименее уязвима для этих сил». М. Портер даёт ещё такое определение: «Стратегия – это создание уникальной и выгодной позиции, предусматривающий определенный набор видов деятельности. Если бы была только одна идеальная позиция, не было бы никакой нужды в стратегии. Задача всех компаний в этом случае была бы очевидна – каждая из них стремилась бы первой найти эту позицию и занять её. Суть же стратегического позиционирования заключается в выборе видов деятельности, отличных от видов деятельности конкурентов» [8].

Дж. Вествуд описывает «стратегии» как «общие методы, выбираемые для достижения определенных стратегических целей» [2]. Они описывают способы достижения целей в требуемом временном масштабе, но не предполагают подробного описания ежедневных действий или планов на месяц. По его мнению, стратегия есть общее определение путей достижения целей, поэтапные действия – это тактика, а в планах действий содержится информация о конкретных мероприятиях, времени, на них отпущенном, и указания о том, кто их будет выполнять [2].

Таким образом, изучение сущности и содержания стратегии  позволило выделить такие подходы к определению понятия стратегия, как совокупность правил, программ, методов разработки стратегических направлений развития организации; концепция поиска и реализации конкурентных преимуществ; система формирования  приоритетных направлений развития, позволяющих достичь установленные стратегические цели; совокупность ориентиров для достижения поставленных стратегических целей организации.

На основе анализа существующих подходов к сущности и содержанию стратегии авторами предлагается собственное определение данной категории. Стратегия — определение вектора развития организации на основе реализации конкурентных преимуществ, включающего при необходимости такие стадии как: сохранение «статуса-кво», наращивание стратегического потенциала организации  и обеспечение условий для роста  в будущем.

Методический подход к построению стратегии организации

Основным инструментом изучения российского опыта построения стратегии стал специально подготовленный для нашего исследования опросник. Для выявления процедур построения стратегии был проведен опрос руководителей, экспертов и ведущих специалистов более 20 российских организаций в различных отраслях. Данный опрос проводился с целью определения иерархии этапов, подэтапов процесса разработки стратегии. Оценка проводилась по шкале от 0 % до 100%.  Результаты опроса были проанализированы и определены  средние оценки по каждому из предлагаемых вопросов. Кроме того, результаты опроса респондентов структурированы для составления обширного перечня используемых в практике этапов и подэтапов  разработки стратегии, проведения экспертной оценки практической значимости и степени влияния отдельных процедур построения стратегии на достижение стратегических целей (таблица 1), определения зависимостей наиболее значимых процессов  с помощью матрицы практической значимости и степени влияния на достижение стратегической цели (рисунок 1) и построения карты взаимодействия этапов разработки и реализации стратегии развития организации (рисунок 2).

Экспертам было предложено раскрыть свой опыт формирования стратегий, выделить наиболее значимые этапы, подэтапы и процедуры  разработки и реализации стратегии развития  организации.  

Основные результаты обработки  опросников  приведены в таблице 1.

Таблица 1 —  Основные результаты опроса руководителей, экспертов и ведущих специалистов российских организаций

Безымянный

Отметим, что 82 % руководителей организаций выделяют этап формирования команды как наиболее значимый, а ведущие специалисты и эксперты —  74 % и 65 %, соответственно. Ведущие специалисты и эксперты дали высокую оценку значимости этапу стратегического анализа организации, что свидетельствует о лидирующей позиции этого этапа построения стратегии развития российских организаций.

На основе обработки результатов опроса было выявлено и проанализировано 95 этапов и процедур и отобрано 29 наиболее  важных этапов разработки и реализации стратегии развития организации.

Мнения и оценки экспертов были изучены  нами также в целях выявления связей различных этапов и пошаговых процедур разработки стратегии  организации [9] и их влияния  на достижение стратегических целей развития организации (рисунок 1). На рисунке 1 приведена матрица практической значимости и степени влияния на достижение стратегических целей  развития организации

Безымянный

Рисунок 1. Матрица «практическая значимость и степени влияния» на достижение стратегических целей  развития организации

Надо подчеркнуть, выстроенные зависимости в матрице «практическая значимость  и степень  влияния»  позволяют сформировать    группы связей этапов, оказывающих сильное, слабое и нейтральное влияние на достижение стратегических целей.

Практико-ориентированный подход, предложенный авторами, который в отличие от существующих, основан на синтезе теоретических, методических  положений  ученых и практиков в области разработки и реализации стратегии организации позволил разработать интегральную модель построения стратегии развития организации.

Интегральная модель построения стратегии развития организации сконструирована на основе логики формирования стратегических ориентиров и направлений развития организации, логики определения взаимосвязи целеполагания и логики выявления и устранения стратегических разрывов и стратегических несоответствий.

На основе разработанной интегральной модели мы можем провести стратегический  анализ и оценку практически значимых и представляющих  наибольшую сложность этапов, таких как: формирование команды, стратегический анализ организационной среды, формирование стратегических целей развития организации, формирование стратегических направлений развития организации, контроль промежуточных результатов, контроль достижения конечной цели стратегии, реализация стратегии развития организации.

Предложенная авторами в статье интегральная модель позволяет комплексно провести анализ и оценку процесса построения стратегии  и выявить возможный спектр стратегических альтернатив развития организации с учетом возникающих рисков. Авторская  модель отличается совокупностью пошаговых итерационных процессов, позволяющих маневрировать комплектом документов стратегического и тактического характера. Пошаговые итерационные процессы реализуются на  5 этапах, интегральной модели. Для корректного понимания итерационных процессов, рассмотрим значение определения «итерация» .«Итерации» – это организация обработки данных, при которой действия повторяются многократно.

Безымянный

Рисунок 2. Интегральная модель построения стратегии развития организации

Каждый из основных блоков, приведенных на рисунке 2  интегральной модели построения стратегии развития организации, а именно: формирование команды, стратегический анализ организационной среды, формирование стратегических целей развития организации, формирование стратегических направлений развития организации, реализация стратегии развития организации, контроль промежуточных результатов, контроль достижения конечной цели стратегии, отличается совокупностью итерационных взаимодействующих этапов и процедур.

Начинается процесс разработки и реализации стратегии развития организации с формирования команды и стратегического анализа внешней и внутренней среды организации. В ряде публикаций по стратегическому управлению утверждается, что процесс разработки и реализации стратегии необходимо начинать с постановки стратегической цели развития. По нашему мнению, на основе результатов стратегического анализа возможно  определение миссии, формирование  команды, поиск разрывов, обозначение стратегических намерений. А определение стратегических целей развития организации должно быть основано на миссии и стратегических намерениях развития организации. Предлагаемая авторами логика процесса  стратегического анализа организационной среды исходит из того, что выявление конкурентных преимуществ организаций начинается со стратегического анализа и заканчивается стратегическим позиционированием.  Содержание процесса стратегического анализа организационной среды определяется ее целевой функцией – результаты анализа формируют  основу стратегии будущей деятельности организации.

Показано, что стратегический анализ потенциала организации на различных уровнях, стратегический анализ продукта/услуги, стратегический анализ состояния рынка, стратегический анализ интересов конкурентов, стратегический анализ интересов клиентов, стратегический анализ ценности заинтересованных сторон позволяет определять разрывы между стратегическими целями организации на различных уровнях, стратегическими целями конкурентностного продукта/услуги, стратегическими целями рынка, стратегическими целями конкурентов, стратегическими целями, удовлетворяющими потребности клиентов, стратегическими целями заинтересованных сторон. На завершающем этапе реализации стратегии развития организации применяется «контрольный фильтр», который позволяет осуществлять отбор желаемых результатов и  изолирует нежелательные результаты применения стратегии развития организации. Контроль промежуточных результатов анализа, контроль достижения конечной цели стратегии позволяет провести проверку на соответствии их заданным стратегическим значениям. В случае появления непредвиденных изменений во внешней среде, контроль промежуточных результатов позволит выявить их и возвратиться к этапу стратегического анализа организационно среды.

Заключение

На основе проведенного исследования были получены ряд теоретических и практических результатов, характеризующиеся определенной научной значимостью: 

  1. Дано новое толкование понятия «стратегия», суть которого заключается в определении долгосрочного вектора развития организации на основе реализации конкурентных преимуществ, включающего (при необходимости) такие стадии как сохранение «статуса-кво», наращивание стратегического потенциала организации и обеспечение условий для роста в будущем.
  2. Разработана интегральная модель построения стратегии развития организации в системе интересов всех участников процесса достижения стратегических целей. По мнению авторов, предлагаемый практико- ориентированный методический подход к построению стратегии организации позволяет включить в интегральную модель разработки и реализации стратегии практически известные, новые, опробованные  процедуры, оказывающие существенное влияние на достижение стратегических целей  организации, использование матрицы практической значимости и степени влияния на достижение стратегических целей  развития организации, что делает предложенную модель доступной к использованию, позволяет оценить  не только степень  влияния, но и определить последствия стратегических и оперативных управленческих решений, риски не только на каждом этапе, но и, в целом, по всей цепочке построения и реализации стратегии  организации. 
  3. Предлагаемая интегральная модель построения стратегии развития организации следует использовать как в интеграции с другими элементами и инструментами и стратегического управления организацией.

Литература

  1. Брэддик У. Менеджмент в организации. / У.Брэддик. – Москва: Издательство Инфра-М, 1997. — 344с.
  2. Вествуд Дж. Маркетинговый план: пер. с англ. / Дж. Вествуд. – Санкт-Петербург: Издательство Питер, 2001. — 256с.
  3. Клейнер Г.Б. Стратегия предприятия.  / Г.Б. Клейнер.  – Москва: Издательство: Дело, 2008. — 568с.
  4. Нилиповский В.И. Экономический рост предприятия: стратегия выстраивания интересов // Землеустройство и земельный кадастр: Сборник научных статей посвященный 225-летию Государственного университета по землеустройству / Сост. С.Н.Волков, А.А.Варламов.- М.: ГУЗ, 2004. — С с.353-359
  5. Отварухина Н.С., Усанов Г.И., Нилиповский В.И. Взаимосвязь концепции «стратегического встраивания» и теории интернационализации бизнеса // Экономика в координатах постиндустриального развития: региональный аспект. Материалы международной научно-практической конференции. Под научной редакцией д.э.н., профессора М.И.Разумовской, к.э.н., доцента Черновой Т.В. – Хабаровск: РИЦ ХГАЭП, 2002.- Ч.2. – С. 95-97.
  6. Отварухина Н.С., Отварухина Ю.Ю., Нилиповский В.И., Шишов С.Г. Стратегический менеджмент: учеб. пособ. – Москва, 2012. – 149с.
  7. Отварухина  Н.С., Отварухина Ю.Ю., Шишов С.Г. Стратегическое планирование развития промышленных предприятий: модели и методы. – Москва: Издательство РИЦСГУ, 2013. — 107с.
  8. Отварухина  Н.С., Костычева Д.А. Структурирование процессов регионально-ориентированного стратегического планирования развития организации. Журнал-книга «Предпринимательство», №8. – Москва: Издательство НП «ИБК», 2014. — 204 с.
  9. Отварухина  Н.С., Костычева Д.А. Методический подход к построению стратегии организации в современных условиях. Научный журнал «Экономические системы» № 4. – Москва: Издатель ФГБОУ ВО «Московский Технологический Университет» 2015. — 60 с.
  10. Портер М. Конкуренция: учеб. пособие / М. Портер. – Москва: Издательский дом «Вильямс», 2005. — 608 с.
  11. Томпсон А., Стрикленд А. Дж. Стратегический менеджмент: пер. с англ. Москва: Издательский дом «Вильямс», 2006. — 928с.
  12. B.Karlof,  F.H. Levingsson. The A-Z of Management: Concepts and Models. Published by Thorogood, 2005. —  442 p.
  13. 13. H. Igor Ansoff,  G.I. Nakamura.  Strategic Management Classic Edition.  Published by Palgrave Macmillan, 2007. —  251 р.
  14. К.Койн, С.Субраманиам. Вестник McKinsey: теория и практика управления, № 1, 2002 . Электронный доступ: http://www.vestnikmckinsey.ru/.
  15. М.Биршан, М.Херт, К. Стровник. Три совета по улучшению стратегии по методу McKinsey. Harvard Business Review, 2014. Электронный доступ:http://www.hbr-russia.ru/.
  16. Краснова В., Матвеева А. Стратегии: русский бизнес.
  17. Журнал «Эксперт», 3 (971) 2016. Электронный доступ:http://expert.ru/.



Московский экономический журнал 4/2016

УДК 338.2

bezymyannyj-12

Товмасян Наталья Дмитриевна,

директор Института государственного и муниципального управления советник государственной гражданской службы РФ I класса

Уральский государственный экономический университет

Шведов Владислав Витальевич

кандидат исторических наук

доцент кафедры государственного и муниципального управления

Уральский государственный экономический университет

Благинин Виктор Андреевич

заведующий лабораторией наукометрии

Уральский государственный экономический университет

Tovmasyan N.D.

Shvedov V.V.

Blaginin V.A.

РЕАЛИЗАЦИЯ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ ПРОГРАММ ПОВЫШЕНИЯ КВАЛИФИКАЦИИ В СФЕРЕ ПРЕДОСТАВЛЕНИЯ ГОСУДАРСТВЕННЫХ И МУНИЦИПАЛЬНЫХ УСЛУГ НАСЕЛЕНИЮ (НА ПРИМЕРЕ УРАЛЬСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ЭКОНОМИЧЕСКОГО УНИВЕРСИТЕТА)

EDUCATIONAL PROGRAMS OF EXCELLENCE IN THE PROVISION OF PUBLIC AND MUNICIPAL SERVICES TO THE POPULATION (ON THE EXAMPLE OF URAL STATE ECONOMIC UNIVERSITY)

Аннотация

В статье рассматривается роль повышения квалификации кадров для государственного и муниципального управления. Особым механизмов в формировании компетенций государственных и муниципальных служащих выделяется заслушивание программ повышения квалификации. На основании анализа нормотворческой литературы выносится гипотеза о необходимости формирования институтов повышения квалификации при государственных образовательных учреждениях. Анализируются результаты реализации образовательных программ повышения квалификации данной профессиональной группы на примере университета.

Summary

The article discusses the role of skills development for the state and municipal government. Special mechanisms in the formation of competence of state and municipal employees stands hearing training programs. Based on the analysis of the normative literature hypothesis imposed the need to create training institutes at state educational institutions. The results of the implementation of educational programs, training of this professional group at the University of example.

Ключевые слова: повышение квалификации, образовательные программы, государственная служба, муниципальная служба

Keywords: training, educational programs, public service, community service

Ключевая роль в повышении квалификации кадров для государственного и муниципального управления отводится дополнительному профессиональному образованию.  Не случайно одной из приоритетных задач государственной политики в сфере образования выступает создание современной системы подготовки и переподготовки кадров, в том числе в системе дополнительного профессионального образования государственных и муниципальных служащих (далее — ДПО) [3].

Это, с одной стороны, призвано компенсировать пробелы базового высшего образования, полученного чиновниками. С другой стороны, своевременно обеспечить их знаниями и навыками использования новых   управленческих технологий в соответствующей предметной области. Соответственно, и повышение квалификации государственных и муниципальных служащих, как разновидность ДПО, должна быть адаптивной, ориентированной на удовлетворение возникающих потребностей общества и готовой оперативно ответить на любые изменения управленческой среды системой. 

Одной из основополагающих задач проводимой в России административной реформы выступает формирование в России сервисного государства [1, 2]. Эта задача подразумевает под собой снижение административного давления на бизнес и повышение качества предоставляемых гражданам и бизнесу услуг [8], что требует постоянной актуализации и систематизации профессиональных знаний и навыков государственных и муниципальных служащих в области предоставления государственных и муниципальных услуг. В результате, вопрос повышения квалификации в рассматриваемой сфере приобретает чрезвычайно актуальный характер.

Министерство труда и социальной защиты России в ежегодных перечнях приоритетных направлений дополнительного профессионального образования государственных гражданских служащих рекомендует уделять особое внимание вопросам оказания услуг населению [4, 5, 6].

Помимо реализации образовательных программ ДПО по данной тематике, вопросы организации предоставления государственных и муниципальных услуг включаются в состав базового компонента технических заданий конкурсной документации на повышение квалификации по другим актуальным направлениям подготовки государственных и муниципальных служащих [7].

В структуре Уральского государственного экономического университета (далее – УрГЭУ) повышение квалификации государственных и муниципальных служащих осуществляет Институт государственного и муниципального управления (далее – ИГМУ). Государственными заказчиками образовательных программ повышения квалификации (далее —  Заказчиками) по организации предоставления государственных и муниципальных услуг населению выступают органы государственной власти Уральского федерального округа: Правительство Свердловской области, Правительство Курганской области, Администрация Ямало-Ненецкого автономного округа.

Программы по тематике предоставления государственных и муниципальных услуг реализуются в ИГМУ УрГЭУ с 2013 года (Таблица 1).

Таблица 1 — Тематика программ по организациям предоставления государственных и муниципальных услуг, реализованных за период 2013-2016 гг.

bezymyannyj

Приводимые в Таблице 1 данные свидетельствуют о заинтересованности Заказчика в обучении специалистов по данному направлению. Численность слушателей в разные периоды обучения представлена статистическими данными:

Таблица 2 — Количественные показатели участия слушателей в образовательных программах повышения квалификации

bezymyannyj

Иллюстрацией табличных данных ежегодного участия государственных и муниципальных служащих УрФО в образовательных программах по организации услуг может служить диаграмма (рис.1).

Соотношение количества слушателей курсов повышения квалификации по программам ДПО «Организация предоставления государственных и муниципальных услуг» к общей численности государственных и муниципальных служащих, прошедших обучение по различным направлениям ДПО, реализуемым ИГМУ УрГЭУ за четырёхлетний период составляет 12 %, что наглядно демонстрирует диаграмма 2. 

bezymyannyj

Рисунок 1 — Численность слушателей программ ДПО по организации предоставления государственных и муниципальных услуг

bezymyannyj

Рисунок 2 — Количество слушателей программ ДПО за период 2013-2016 гг.

Представленные данные свидетельствуют о востребованности актуализации знаний чиновников по данному направлению профессиональной подготовки. Но в этой связи, совершенно очевидно, возникают вопросы оценки эффективности обучения чиновников в системе ДПО и оценки качества самих образовательных программ.

Для ответа на данные вопросы обратимся к оценке самих слушателей эффективности программ повышения квалификации «Организация предоставления государственных и муниципальных услуг», реализованных ИГМУ УрГЭУ за период 2013-2016 гг.

По анкетам, разработанным одним из Заказчиков — ГАУ ДПО Свердловской области «Региональный кадровый центр государственного и муниципального управления», за период 2014-2016 гг. был проведён опрос 333 слушателей, повысивших свою квалификацию по этим программам[1].

Одной из целей опроса являлось выявление уровня удовлетворённости слушателями содержанием курса повышения квалификации по пятибалльной шкале. Графическая интерпретация ответов респондентов представлена на рисунке 3.

[1] При участии авторов был проведен сплошной опрос 333 государственных и муниципальных служащих Свердловской области, прошедших обучение в ИГМУ УрГЭУ в 2014-2016 гг.

bezymyannyj

Рисунок 3 — Уровень удовлетворённости слушателями содержанием программ по организации предоставления услуг

Основным инструментом оценки эффективности образовательных программ и качества обучения в группах повышения квалификации государственных и муниципальных служащих, прошедших подготовку в ИГМУ УрГЭУ, является «Анкета качества обучения», разработанная специалистами Института, которую заполняют в течение нескольких лет    все слушатели после прохождения курсов повышения квалификации[1].

[1]  Анкетирование проведено методом сплошного опроса: в 2013-2016 гг. при участии авторов были опрошены 519 государственных и муниципальных служащих Свердловской и Курганской областей, Ямало-Ненецкого автономного округа, прошедших обучение на курсах повышения квалификации по организации предоставления государственных и муниципальных услуг в ИГМУ УрГЭУ

Большинство слушателей, прошедших повышение квалификации на курсах ИГМУ УрГЭУ по программам организации предоставления государственных и муниципальных услуг в 2013-2016 гг., оценивают качество проводимых теоретических занятий довольно высоко (92 % хороших и отличных оценок). 25% прошедших повышение квалификации служащих считают, что в ходе обучения они в полной мере освоили актуальные изменения в отдельных сферах профессиональной деятельности. По мнению 18% респондентов им удалось получить практические рекомендации по решению конкретных вопросов. 19% слушателей курсов обменялись опытом работы с коллегами.

В настоящее время трудно говорить о критериях оценки эффективности образовательных программ, реализуемых в сфере дополнительного профессионального образования. Одной из причин, объясняющих сложившуюся ситуацию, является различный уровень компетенции слушателей, входящих в состав скомплектованных групп курсов повышения квалификации. Подразделения государственных органов и органов местного самоуправления, отвечающие за профессиональную подготовку и повышение квалификации государственных гражданских и муниципальных служащих, формируют группы слушателей без учёта категорий должностей государственной и муниципальной службы (руководители, помощники (советники), специалисты, обеспечивающие специалисты), хотя требования  и  профессионально-квалификационные характеристики, предъявляемые к  должностям различны и чётко регламентированы действующим законодательством.

Думается, что опыт, полученный ИГМУ УрГЭУ в ходе реализации программ повышения квалификации государственных и муниципальных служащих по вопросам реализации положений Федерального закона от 27.07.2010 N 210-ФЗ «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг», делает возможным сформулировать следующие предложения в контексте оценки эффективности образовательных программ и качества обучения государственных и муниципальных служащих в системе ДПО.

  1. Программы ДПО, реализуемые образовательными учреждениями, должны быть дифференцированы в зависимости от состава проходящих повышение квалификации групп государственных гражданских и муниципальных служащих и ориентированы на формирование профильных компетенций слушателей конкретного направления подготовки.
  2. Подразделениям, отвечающим за профессиональную переподготовку и повышение квалификации в органах государственной власти и органах местного самоуправления необходимо формировать группы слушателей с учётом классификации должностей государственной и муниципальной службы.
  3. Заказчикам целесообразно включать в технические задания конкурсной документации на оказание образовательных услуг повышения квалификации государственных и муниципальных служащих перечень профессиональных компетенций, подлежащих совершенствованию в процессе обучения по конкретному виду подготовки.

Полагаем, что данные рекомендации будут способствовать совершенствованию системы ДПО, играющей важную роль   в подготовке специалистов для динамично формирующейся новой модели государственного и муниципального управления.

Литература

  1. Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг [Электронный ресурс]: Федеральный закон от 27 июля 2010 г. № 210-ФЗ (с изменениями и дополнениями) // ЭПС «Система ГАРАНТ». URL: http://base.garant.ru/12177515/#ixzz4RYJPV5WL (дата обращения 27.11.2016)
  2. О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля [Электронный ресурс]: Федеральный закон от 26 декабря 2008 г. № 294-ФЗ (с изменениями и дополнениями) // ЭПС «Система ГАРАНТ». URL: http://base.garant.ru/12164247/#ixzz4RYIxe792 (дата обращения 27.11.2016)
  3. Концепция долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года [Электронный ресурс]: Распоряжение Правительства России от 17 ноября 2008 г. № 1662-р. // ЭПС «Система ГАРАНТ». URL:
    http://base.garant.ru/194365/#ixzz4PiO1bNwU (дата обращения 27.11.2016)
  4. Приоритетные направления дополнительного профессионального образования федеральных государственных гражданских служащих на 2014 год [Электронный ресурс]: согласованы Администрацией Президента Российской Федерации письмом от 22 апреля 2013 г. № А71-7475 // Официальный сайт Министерства труда и социальной защиты РФ. URL: http://www.rosmintrud.ru/ministry/programms/gossluzhba/16/3/1/Prioritetnye_napravleniya_na_2014_god.doc (дата обращения 29.11.2016)
  5. Приоритетные направления дополнительного профессионального образования федеральных государственных гражданских служащих на 2015 год [Электронный ресурс]: согласованы Администрацией Президента Российской Федерации письмом от 28 апреля 2014 г. № А71-6997 // Официальный сайт Министерства труда и социальной защиты РФ. URL:
    http://www.rosmintrud.ru/ministry/programms/gossluzhba/16/3/1/Prioritetnye_2015.doc (дата обращения 27.11.2016)
  6. Приоритетные направления дополнительного профессионального образования федеральных государственных гражданских служащих на 2016 год [Электронный ресурс]: согласованы Администрацией Президента Российской Федерации письмом от 21 апреля 2015 г. № А71-5591 // Официальный сайт Министерства труда и социальной защиты РФ. URL:
    http://www.rosmintrud.ru/ministry/programms/gossluzhba/16/3/1/Prioritety_na_2016_god.doc (дата обращения 29.11.2016)
  7. О рекомендациях по организации дополнительного профессионального образования государственных гражданских служащих субъектов Российской Федерации в 2015 году [Электронный ресурс]: Письмо Минтруда РФ от 16.02.2015 N 18-3/10/В-1033 // Справочно-правовой сервис «Контур.Норматив».  URL:
    https://normativ.kontur.ru/document?moduleId=1&documentId=252279 (дата обращения 27.11.2016)
  8. Тезисы выступления Министра экономического развития РФ Э.С. Набиуллиной на международной конференции «Развитие государственного управления в России», 22 март 2012 года [Электронный ресурс]. Официальный сайт Министерства экономического развития РФ. URL:
    http://economy.gov.ru/minec/press/news/doc20120322_19 (дата обращения 28.11.2016)



Московский экономический журнал 4/2016

УДК 334.716:330.44

bezymyannyj-12

Макарова Людмила Михайловна

кандидат экономических наук,

доцент кафедры бухгалтерского учета, анализа и аудита

Национальный исследовательский Мордовский государственный университет

lm_makarova@mail.ru

Родина Елена Евгеньевна

кандидат экономических наук,

доцент кафедры бухгалтерского учета, анализа и аудита

Национальный исследовательский Мордовский государственный университет

erodina@mail.ru

Makarova Lyudmila Mihaylovna

National Research Mordovia State University

lm_makarova@mail.ru

Rodina Elena Evgenevna

National Research Mordovia State University

erodina@mail.ru

Интегрированные системы управления затратами в энергоменеждменте

Integrated cost management system in energomanagement

Аннотация:

Современная экономка демонстрирует устойчивый рост потребления разных видов энергетических ресурсов. Поэтому с особой актуальностью встает вопрос организации эффективного управления энергопотреблением. Применение энергоменеждмента предполагает применение инновационных решений в практической работе компании, а также изменения психологии энергопотребления. На национальных и международном уровнях разрабатываются стандарты энергоменеджмента, стимулирующие снижение уровня энергозатрат через разработку новых технологий энергосбережения и повышения энергоэффективности. Выявление и сокращение энергетических расходов основывается на интеграции плановых, контрольных и аналитических процедур в информационном и технологическом пространстве компании. Стандартизация энергоменеджмента позволяет определить приоритеты внедрения энергосберегающих технологий. Интеграция в энергоменеджменте предполагает циклический процесс планирования, выполнения, проверки, управления и корректировки энергополитики. Система энергоменеджмента развивает квалификацию персонала и творческую оценку использования энергетических ресурсов на каждом рабочем месте. Информационная система энергоменеджмента может функционировать обособленно или как подсистема корпоративной системы управления, поэтому важным является рассмотрение этапов  ее создания и функционирования, а также факторы оптимизации и снижения затрат на энергоресурсы. Управление затратами в энергоменеджменте требует интеграции процессов сбора и обработки информации для целей планирования, контроля, учета и анализа в процессе использования разных видов энергетических ресурсов для получения конкурентных преимуществ.

Abstract:

The modern economy has demonstrated a steady increase in the consumption of different types of energy resources. Therefore, the question arises for effective management of power consumption. The use of energomanagement involves the use of innovative solutions in the practical work of the company, changes in the psychology of consumption. At the national and international levels are developed energy management standards, stimulating the reduction of energy consumption through the development of new technologies of energy saving and energy efficiency. Detection and reduction of energy costs is based on the integration of planning, control and analytical procedures in the information and technological space of the company. Standardization of energy management enables you to prioritize the implementation of energy saving technologies. Integration in the energy management involves a cyclical process of planning, implementation, verification, control and adjust energy policy. Energy management system develops the skills of the staff and creative evaluation of the use of energy resources at each workplace. The information management system can function separately or as a subsystem of enterprise management system, so it is important to examine the stages of its creation and functioning, as well as factors of optimization and reduction of energy costs. Cost management in energy management requires the integration of the processes of collecting and processing information for planning, control, accounting and analysis in the process of using different types of energy resources to obtain competitive advantages.

Ключевые слова:

Энергетические ресурсы, эффективность, энергоменеждмент, стандарты, управление затратами, контроль, планирование, энергозатраты, интеграция, информационная система, оптимизация.

Keywords:

Energy resources, efficiency, energomanagement, standards, cost management, control, planning, energy consumption, integration, information system, optimization

Развитие экономических реалий показывает необходимость выявления и максимально полного использования резервов разных видов применяемых энергетических ресурсов для получения дополнительных конкретных преимуществ на рынке. Указанная цель позволяет развернуть работы по организации управления энергопотреблением как самостоятельной управленческой задачи и сформировать концептуальные подходы к энергоменеджменту компании.

Энергоменеджмент концентрирует усилия по разработке мероприятий по снижению потребления энергетических ресурсов в процессе планирования, контроля и анализа существующей системы энергопотребления, а также формировании энергетической политики и внедрения энергосберегающих мероприятий для конкретного предприятия.

Применение энергоменеждмента предполагает разработку и принятие инновационных решений, основанных на модернизации методов управления, а также психологии в организации энергопотребления для снижения размера энергозатрат. Решение локальной энергетической задачи на уровне конкретного предприятия позволяет на общенациональном уровне снизить уровень энергозатрат через разработку новых технологий в области энергосбережения и повышения энергоэффективности экономики России.

Подобная задача актуальна для всей мировой экономики из-за роста объема потребления энергоресурсов при осуществлении своей деятельности. Поэтому на межнациональном и национальном уровне принимается ряд мер по обобщению, систематизации и популяризации методологии энергоменеджмента. Разработкой стандартов энергоменеджмента занимается Технический комитет ИСО/ТК 242 «Энергоменеджмент», который в 2011 г. принял стандарт ISO 50001:2011 «Energy management systems – Requirements with guidance for use».

Управленческие технологии увязывают выявление и сокращение энергетических расходов в виде комплекса взаимодополняющих процедур на интегрированной основе, включающей плановые, контрольные и аналитические процедуры не только в информационном, но и технологическом пространстве компании.

В информационном пространстве прослеживается динамика внедрения комплексных программных продуктов, способных рассматривать предприятие как единую информационную систему, позволяющую осуществлять мониторинг выпуска продуктов, использования всех видов ресурсов в натуральных и стоимостных измерителях. При этом происходит унификация подходов к управлению потреблением энергоресурсов как общего использования ресурсов с одной стороны, а с другой создание системы оценки эффективности расхода электро-, тепло- и других видов энергетических ресурсов предприятия на систематической основе.

Современные подходы к интеграции процессов энергоменеджмента

В технологическом пространстве выявляется стремление организовать сбор, контроль и анализ состояния и осуществления технологических процедур использования входящих энергоресурсов в целях выпуска эффективных видов продукции.

Системный подход к использованию энергоресурсов предполагает выстраивание процессов энергоменеджмента с учетом положений стандарта ISO 50001. Не только крупные, но и средние и малые предприятия разрабатывают программы реализации программ снижения энергетических затрат с соответствующей методологической основой.

Энергосбережение основано на инвестициях и на организационных мероприятиях. Но половину возможностей по сохранению энергии может быть потеряно в случае проведения только технологических мероприятий. Стандарт позволяет достичь прозрачности в сфере управления энергетическими ресурсами, а также оценки приоритетов внедрения энергосберегающих технологий посредством развития информационного пространства компании и тщательной проработки механизмов координации методических и практических аспектов управленческого документооборота, увязанного с плановыми, учетными, контрольными и аналитическими процедурами.

Плановые процедуры включают в себя экономическое обоснование и координацию технических, технологических и организационных вопросов развития энергоменеджмента компании.

Учетные процедуры рассматривают вопросы обработки внутренних данных оперативного, финансового, управленческого, налогового и статистического учета для подготовки информационной базы управленческого обоснования принимаемых решений на оперативном, тактическом и стратегическом уровнях в энергоменеджменте.

Контрольные процедуры налаживают обратную информационную связь в процессе оценки исполнения заданий на техническом и организационном уровне для выявления всех видов энергетических потерь.

Аналитические процедуры позволяют провести оценку тенденций развития процессов на предприятии с использованием специальных приемов обработки данных на основе целеориентированного подхода в энергоменеджменте.

Стандарт энергоменеждмента ISO 50001/ЕN 16001 основан на концепции постоянного улучшения и подходе PDCA: Plan-Do-Check-Act (цикл Деминга). Универсальная методология PDCA реализует алгоритм действий руководителя по управлению процессом и достижению поставленных целей :

  • планирование (Plan) заключается в постановке целей и определению процессов их достижения, планирование работ и распределение необходимых ресурсов;
  • выполнение (Do) запланированных работ;
  • проверка (Check) реализуется через сбор информации и контроль результата на основе показателей эффективности, выявление и анализ отклонений и их причин;
  • управление и корректировка (Act) через принятие мер по учету влияния отклонений на запланированный результат, внесение корректировок в процесс в планировании и использовании энегргоресурсов.

В процессе развития системы энергоменеджмента важное значение имеет развитие квалификации персонала и его нацеленность на творческую оценку использования энергетических ресурсов на каждом рабочем месте.

Ключевыми процессами, требующимися для успешной реализации задач энергоменеджмента являются процессы формирования энергополитики, этапов планирования, внедрения и функционирования, оценки эффективности системы.

Принципиальным является детальная проработка:

  1. целей, индикаторов и показателей энергоэффективности;
  2. определения энергопрофиля организации и существенных факторов использования энергии разного вида;
  3. формирования планов действий в области энергоменеджмента;
  4. организацию системы оперативного мониторинга и измерения эффективности системы;
  5. создание комплекта регламентирующих документов по функционированию энергоменеджмента;
  6. анализ функционирования системы со стороны высшего руководства.

Формирование энергополитики с особой актуальностью ставит задачу разработки конкретного перечня работ по достижению эффективности энергоменеждмента через формализацию критериальных показателей использования всех видов энергетических ресурсов предприятия. Повышение энергоэффективности невозможно без мониторинга показателей энергосбережения и повышения энергоэффективности всех видов энергоресурсов (электроэнергия, теплоэнергия, газ, топливо), так и ресурсов, полученных в результате преобразования энергоресурсов (холодная, горячая вода, техническая вода, сжатый воздух, воздух на обогрев, вентиляцию, кондиционирование и др.). 

Существенным моментом при организации проведения мониторинга энергосберегающих мероприятий является оценка эффективности энергоиспользования по ряду количественных характеристик, называемых показателями (индикаторами) энергоэффективности:

  • удельный расход энергоресурсов на единицу выпускаемой продукции, работ, услуг;
  • энергетическая составляющая себестоимости продукции, работ, услуг;
  • потери электро- и теплоэнергии;
  • загрузка, коэффициент полезного действия и мощность оборудования;
  • превышение фактического потребления реактивной энергии, ее экономического значения, установленного в договоре;
  • показатели качества электрической энергии;
  • уровень средств автоматического регулирования режимов энергопотребления и их технического состояния;
  • постоянная составляющая энергопотребления, независящая от объемов производство предприятия;
  • количество видов продукции и услуг, сертифицированных по энергоэффективности;
  • доля энергетических расходов в бюджете компании;
  • удельный расход энергоресурсов на одного сотрудника компании.

Абсолютные значения потребления энергоресурсов позволяют сравнить эффективность расходов в динамике для одного и того же объекта, относительные показатели – дают возможность оценки эффективности потребления энергоресурсов на единицу итогового результата.

Создание и развитие интегрированных информационных систем в процессе внедрения энергоменеджмента

Внедрение автоматизированных систем мониторинга расхода энергоресурсов и показателей энергоэффективности ведет к повышению уровня планирования, управления и отчетности по потреблению энергоресурсов.

Информационная система энергоменеджмента может функционировать обособленно или являться подсистемой информационно-аналитической системы предприятия, но в любом варианте важное значение имеет разработка способов сбора и обработки информации о понесённых энергозатратах специализированными программными продуктами, используемыми предприятиями.

На российском рынке представлено большое количество промышленных систем управления затратами в целом как западных, так и отечественных производителей. Пока функциональные возможности реализуют стандартные функции управления, однако, возможности информационного объединения поддерживаемых управленческих функций, унификация процесса анализа информации, целеоринтированное соответствие управленческим стандартам и концепциям готовит объективную базу управления энергетическими ресурсами в интеграции с другими системами компании.

Создание корпоративной информационной системы управления энергоресурсами соответствуют следующим критериям выбора:

  1. требованиям стандартов управления производством, по которым осуществляется планирование и контроль энергопотребления на различных стадиях производственного процесса.
  2. наличие возможности отражения отраслевой специализации;
  3. наличие в системе стандартизованных средств разработки, дающих возможность добавлять новую функциональность или изменять существующую быстро и с минимальными усилиями.
  4. возможность интеграции с другими приложениями, используемыми на производстве.

Рассмотрим этапы создания и функционирования информационной системы управления энергоресурсами подробнее.

  1. Выбор системы. На данном этапе необходимо проведение документирования и анализа требований к внедряемой автоматизированной системе, построение модели существующих энергетических бизнес-процессов.
  2. Приобретение системы. На этом этапе должна быть проведена экспертиза оборудования, участвующих в реализации информационной системы управления энергопотребления:

а) оборудование:

  • первичные средства учета и контроля затрат – счетчики;
  • оборудование для мониторинга – терминалы;
  • компьютерное оборудование (серверы баз данных и приложений);
  • коммуникационное оборудование для поддержки требуемой инфраструктуры и требований к безопасности передачи данных;
  • рабочие станции пользователей;
  • прочее вспомогательное компьютерное обеспечение, включая средства резервирования данных, принтеры, факс-модемы и т.п.

б) системное программное обеспечение:

  • операционная система для серверов;
  • операционная система для рабочих станций;
  • система управления базами данных;
  • специальное программное обеспечение.

в) прикладное программное обеспечение, представляющее собой различные лицензии на использование отдельных программ.

  1. Внедрение системы – весь комплекс работ по запуску системы в эксплуатацию, включая моделирование будущих процессов, дизайн системы, обучение пользователей, тестирование системы, подготовку и загрузку данных, поддержку пользователей в процессе перехода на работу в новой системе.
  2. Эксплуатация системы. В процессе эксплуатации системы появляется необходимость расширять организационные рамки применения системы, что требует дополнительных затрат на оборудование, системное и прикладное программное обеспечение. Основными направлениями работ на данном этапе являются:
  • выверка данных;
  • разработка новых форм отчетов;
  • внедрение новых функций системы, связанных с появлением новых направлений использования;
  • поддержка работоспособности инфраструктуры, окружающей систему, включая оборудование, операционные системы, сервера;
  • поддержка средств интеграции системы с другими приложениями;
  • регулярное резервирование данных.
  1. Улучшения системы. Со временем требуется расширять систему не только территориально, то есть увеличивать количество работающего в ней персонала, но и расширять функциональные области применения системы, что требует дополнительных затрат.

Результатом реализации перечисленных этапов станет система, выявляющая возможности снижения энергозатрат, которая охватит все производственные переделы и в конечном итоге позволит снижать уровень затрат на системной основе.

Основным элементом системы энергоменеджмента является формирование системы коммерческого и технического учета расхода электроэнергии, природного газа, тепловых ресурсов и др. видов потребляемой энергии.

Организация автоматизированного сбора данных узлов учета энергоресурсов для отечественных компаний является насущной необходимостью, как для упорядочивания технологического процесса, так и взаимоотношений с поставщиками энергоресурсов.

В настоящее время существуют два способа интеграции учета потребления энергоресурсов в информационную систему:

  • установка на объекте потребления энергоресурсов дополнительного электронно-вычислительного оборудования (контроллера), отвечающего за накопление и передачу данных;
  • использование коммуникационных возможностей корректора объема потребления энергоресурсов дополнительной установкой коммуникационного оборудования.

Первый вариант позволяет расширить возможности по анализу и обработке данных на месте, сделать доступными для дистанционного доступа информацию не только о количестве потребленного объема энергоресурсов, но и других измерительно-сигнальных устройств, задействовать резервные каналы передачи данных, инициировать сеанс связи со стороны объекта потребления энергоресурсов. Основным достоинством этого варианта является унификация протокола передачи данных в центр сбора информации.

Второй вариант наиболее прост и доступен в реализации, но, в свою очередь, накладывает дополнительные требования к коммуникационным возможностям датчиков потребления энергоресурсов.

Принципиальная схема коммерческого и технического учета энергоресурсов представлена на рисунке 1.

bezymyannyj

Рисунок 1 – Система коммерческого и технического учета потребления энергоресурсов.

При разработке проекта существуют конкретные требования к системе потребления энергоресурсов:

а) достоверно и постоянно определять потребление и обеспечить соответствующие точные расчеты со снабжающей организацией;

б) эффективно контролировать и регулировать потребления для минимизации затрат энергоресурсов и тарифных платежей;

в) осуществлять контроль, фиксацию и сигнализацию отклонений величин потребления энергоресурсов относительно заданных внешних и внутренних лимитов, режимных и технологических ограничений мощности, расхода и других параметров потребляемого ресурсов с целью принятия оперативных решений, предотвращения аварийных ситуаций и минимизации ущерба;

г) оперативно прогнозировать и планировать потребление энергоресурсов предприятия для достижения его устойчивой работы;

д) обеспечить трансфертное ценообразование между подразделениями с целью экономии энергоресурсов и их рационального расходования на рабочих местах;

е) выявить потери энергоресурсов от нарушения технологических режимов, несанкционированного их использования или неконтролируемых утечек;

ж) контролировать в реальном времени удельные нормы расхода энергоресурсов на выпуск продукции и снижать за счет оперативных организационно-технических мероприятий их долю в себестоимости продукции;

з) автоматически управлять потреблением энергоресурсов на основе заданных критериев;

и) эффективно контролировать работоспособность и исправность всех средств учета.

Функция визуализации информации о потребленных энергоресурсах, получаемой от узлов учета, осуществляется на мониторах диспетчера и является фоновой. Это значит, что отображение поступающей от контролируемых объектов информации ведется непрерывно, вне зависимости от действий оператора по управлению оборудованием и вне зависимости от работы системы в режиме архивирования и протоколирования информации.

Таким образом, любая компания, заинтересованная в снижении затрат на энергоресурсы должна разработать комплексную систему планирования, контроля, учета и анализа потребления отдельных видов энергоресурсов.

Основными направлениями формирования такой системы являются следующие факторы оптимизации и снижения затрат на энергоресурсы. Их можно объединить в семь блоков:

  1. Уменьшение затрат за счет:
  • соблюдения технологической дисциплины и оптимизации режимов работы оборудования;
  • возможности в диспетчерском режиме оперативно выявлять непроизводственные потери энергоресурсов;
  • точности расчетов с ресурсоснабжающими организациями;
  • возможности оперативно контролировать и соблюдать режимы потребления энергоресурсов.
  1. Повышение устойчивости бизнеса за счет снижения рисков, связанных с:
  • подорожанием энергоресурсов;
  • отключением или вводом ограничений на потребление энергоресурсов;
  • «человеческим фактором» в учете ресурсов и контроле потребления энергоресурсов.
  1. Использование сэкономленных денежных средств для решения проблем предприятия.
  2. Определение фактических затрат на энергоресурсы раздельно по производственным заказам, структурным подразделениям, технологическим линиям и оборудованию.
  3. Повышение экологичности предприятия.
  4. Повышение инвестиционной привлекательности предприятия вследствие роста фактора «прозрачности» для потенциального инвестора о доле энергоресурсов в себестоимости производимой продукции.
  5. Рост «имиджевой» составляющей в оценке бизнеса в связи с использованием новейших технологий и современного оборудования.

Таким образом, современные подходы к управлению затратами в энергоменеджменте требуют интеграции процессов сбора и обработки информации для целей планирования, контроля, учета и анализа в процессе выявления и использования разных видов энергетических ресурсов для получения конкурентных преимуществ.

Список использованных источников

  1. Зарубежный опыт менеджмента качества / Фомичева Е.И., Калабкина М.А. // Системное управление.- 2015. — № 1 (26). — С. 2.
  2. Мамаев Д.Е. Автоматизированные системы стратегического управления // Актуальные вопросы экономических наук, 2008. — № 2. — С. 82-86.
  3. Направления применения современных информационных технологий в менеджменте качества организации / Федоськина Л.А., Леонова М.Н. // Инновации, качество и сервис в технике и технологиях. Сборник научных трудов 4-ой Международной научно-практической конференции.- Курск, 2014. — С. 329-331.
  4. Необходимые и достаточные условия построения результативной системы энергетического менеджмента / Лозенко В.К., Агеев М.К., Михеев Д.В. // Вестник Южно-Российского государственного технического университета (Новочеркасского политехнического института). Серия: Социально-экономические науки, — № 6. — С. 5-19.
  5. Подходы к управлению затратами в контексте концепции устойчивого развития организации / Макарова Л.М., Родина Е.Е. // Современные проблемы науки и образования, 2014. — № 6. — С. 531.
  6. Развитие международных стандартов исо серии 9000 и систем менеджмента качества в контексте современных тенденций социально-экономического развития / Салимова Т.А., Маколов В.И. // Вестник Самарского государственного экономического университета, 2015. — № 12. — С. 42-46.
  7. Разработка организационной структуры системы энергоменеджмента промышленного предприятия / Абрамов Е.И., Федоськина Л.А. // Фундаментальные исследования, 2016. — № 4-3. — С. 545-549.
  8. Скарлыгина Д.А. Энергоменеджмент как элемент системы энергосбережения на предприятии // Научный альманах, 2016.- № 2-1(16). — С. 340-343.
  9. Тенденция развития автоматизированного учёта / Макарова Л.М., Мялина Е.М. // Системное управление, 2012.- № 1 (14). — С. 31.
  10. Управление затратами как основа устойчивого развития организации / Родина Л.М., Макарова Л.М. // Горизонты экономики, 2014. — № 6-2 (19). — С. 98-100.



Московский экономический журнал 4/2016

УДК 303.16

bezymyannyj-12

Sergey Bazhenov,

Ph.D. (Philosophy), President

Science Horizons Foundation, Rostov-on-Don, sbazhenov@mail.ru

Elena Bazhenova,

Ph.D. (Economy), Associate Professor

Southern Federal University, Rostov-on-Don, ebazhenova@mail.ru

THE INTERRELATION BETWEEN THE ECONOMIC IDENTITY  OF THE REGION AND ITS BRANDS

Summary. The article is devoted to actual problems of phenomena of economic identity of the region and the brand of region. We present some results of the interdisciplinary expert survey «Bottom-Up: How the Economic Identity of the Region is Manifested in the Socio-Economic Behavior of the Individual-2016». The main purpose was to detect and record the effects of an economic identity of the region in socio-economic behavior of individuals in various regions of six Federal Districts of the Russian Federation. Also, we discuss the situation on the creating the brand of the territory.

Keywords: economic identity of region, expert interview, interdisciplinary approach, brand of territory, regional branding.

Funding. This article was prepared with the financial support of the Russian Foundation for Humanities, the project № 15-02-00441/15 «Economic identity of the Russian regions: Conceptualizing the notion, development of tools for measuring and comparison, and inclusion in regional brand management».

Nowadays, globalization has seriously aggravated the problem of identity on different levels (personality, region, country) in different fields (culture, politics, etc.) of society. In the face of fierce global competition in a consumer society the issue of identity is very serious. In the global competition, actively involved countries, regions, other territorial formations. All this actualizes the problem of «regional identities» through the identity of the regional society.

Another important direction of research is the «economic identity» of society. This direction relates to the development of interdisciplinary relations and the emergence of new areas in the economy such as economic sociology, economic psychology, institutional Economics. Identity get economic content, for example, embodied in the regional brands and the brands of the regions.

In early studies (Bazhenova & Bazhenov, 2015) on an interdisciplinary basis, we formulated the basis for the formation of the scientific concept of «economic identity of the region» (EIR). This socio-cultural phenomenon is of synthetic nature. It has been shown that the economic identity of the region is formed because of the economic identity of the individual from the regional community in the cognitive, value and emotional spheres and manifested in the economic behavior of regional actors and their social wellbeing (Kleiner, 2015b).

Next, we show the interrelation between the economic identity of the region and the brand of this region. For this, we consider the brand from several points of view. First, as an object of cultural heritage and history, as well as a complex of impressions, opinions and judgments, causing the associative lines. Secondly, as the style, way, meaning of life, having social value, an example to follow. Finally, as a means of communication and interaction in a consumer society.

According to Bazhenov (2015), economic identity of the region (EIR) is the result of aggregation of mutually superimposed field generated by economic and regional identities of the individual. Also, EIR is formed at a cognitive level of socio-economic system of the region. It is manifested in the economic behavior of regional actors and their social wellbeing» (Bazhenov & Bazhenova, 2015).

The methodological basis for the development of the EIR’s construct is a systemic economic theory (Kleiner, 2015a).

According to Anderson (1991), we define the regional identity (RI) as the perception of the individual himself as a representative of a certain «imagined community». This perception is based on the unity of the territory of residence of the representative, history and traditions, social and cultural experiences, values and attitudes, as well as a certain lifestyle.

Economic identity (EI), considered as part of the economic backbone of identity, is a psychological category that reflects the result of the determination of man’s position in the system of economic relations, relations of ownership, and the basic relationship of the individual in the economic sphere (James, 2011). Economic identification is a prerequisite of social behavior personality, and the basis of the formation of her personal identity in the context of economic and social self-representation of the individual as an economic entity.

The basic structure of the EIR consists of four components. The Cognitive Component of the EIR contains a formed on the basis of the identifying signs of knowledge about the regional and economic communities. Value Component reflects the presence of positive or negative attitudes to the fact of regional economic facilities, the resulting Emotional Component is expressed in the acceptance or rejection by the subject of a defined community as a group of its membership. Activity-Regulatory Component reflects the ways socio-economic behavior, the specific practice of economic orientation of the individual in the regional space.

We have examined the system structure of a region allocated to sub-system layers which form the mental-institutional and functional framework of the region. We can assume that as the formation and manifestation of the EIR occurs in all the layers, each layer performs this process function, solves its task. For example, in the mental layer, the interpretation by individuals of various socioeconomic phenomena occurring in the region and formed the so-called «regional economic mentality». In the cultural layer, there is a formation of economic culture of the region. The institutional layer forms the institutional environment, the institutional environment, a «landscape» for the implementation of economic relations, the implementation of production-economic and other regional social activity. The cognitive layer is responsible for the direct formation of the EIR, with the result of its functioning is the cognitive basis of the socio-economic knowledge of the regional individuals and also the formation of the cognitive mechanisms underlying individual-group peculiarities of economic thinking individuals formed certain regional cultural and institutional environments of the region.

The brand is a collection of utilitarian and symbolic values, designed to meet the functional, social, psychological, economic and other needs of the consumer (Arens & Bovée, 1994). The concept of the brand can and should be viewed as a phenomenon of social space, approaches to the interpretation which lie in various planes of the ontological field of branding.

The brand is “the sum of people’s perceptions about a country based on an unique, multi-dimensional blend of elements about the different competences of a country such as the cultural, political, commercial, tourist appeal, investment potential and human assets” (Anholt, 2007; Melewar, Gupta, & Dinnie, 2013).

At the same time, the brand is a collection of utilitarian symbolic values, designed to meet the social, psychological and economic needs of the consumer. It reduces the risk and complexity associated with making a decision about his choice and generates expectations of consumers, who are confirmed by time and reuse practices. The main features of the brand identity is branded signature attribute (complex visual, verbally, tactile elements). They are built into the associative array of personality, as an intermediary between the actual product and the properties of the individual consciousness, giving a special specific content.

The brand also serves as an object of cultural heritage and values of the person. In the first case, it communicates to the environment all the values and aspirations of life that are relevant to the present moment and society. The brand’s value gets into the thinking of the person on an unconscious level and is manifested in the form of conscious as preferences, attitudes and aspirations.

Thus, under the brand in the economic sense we mean an identifiable image of a material object or service in the minds of consumers with the associativity and integrity that allows us to distinguish and select a particular product and/or service.

According to de Chernatony & Cottam (2009) «a successful brand is an identifiable product, service, person or place, augmented in such a way that the buyer or user perceives relevant unique added values which match their needs most closely. Furthermore, its success results from being able to sustain these added values in the face of competition

Thus, we define a brand as an abstract representation of anything or anyone (product/ company/ personality/ belief/ idea/ territory) based on the aggregated mental image of the individual, group of people or a social institution that organizes the relationship of actors in society and actively influences on formation of objective reality.

From the perspective of Modern Psychology, the category of «brand» is regarded on two basic levels: (1) the level of individual mental processes and personality (Cognitive and General Psychology), and (2) the level of large and small groups (Social Psychology) (Groshev & Krasnoslobodtsev, 2013).

Contemporary sociology includes the consumption to a socio-cultural phenomenon. People use branded items for identification and differentiation of themselves and others. In this regard, in modern society, the process of branding is of particular importance. outside of goods, the brand becomes a separate object of social cognition, for humans as consumers, and for sociology in General.

In the second and third quarters of 2016, we made the interdisciplinary complex study «Bottom-up: How the economic identity of the region is manifested in the socio-economic behavior of the individual«. This study was based on an expert survey of scientists in six Federal Districts of the Russian Federation, such as «Volga Region» (Volga Federal District), «North of Russia» (Northwestern Federal District), «South of Russia» (North-Caucasian Federal District, Southern Federal District), “Ural Region” (Urals

The main goal of this expert survey was the fixing of the manifestations of the economic identity of the region in socio-economic behavior of individuals in the regions of Russia. The object of the expert survey in the direction of «South of Russia» were four main groups: (1) “The Slavs/Orthodox» (Russians), divided into three subgroups: «North», «Central», and «South»; (2) «The Turks/Muslims» (Tatars, Bashkirs, etc.); (3) «The Caucasians/Muslims» (Dagestanis, Chechens, etc.); and (4) «The Finno-Ugric peoples/Orthodox» (Mordvins, Komi, etc.). The subject of the expert survey was the relationship between the phenomenon of economic identity and models of economic behavior with social and cultural factors in these groups.

So, some brief conclusions could be made about the results of the empirical evaluation of the economic identity of the region in six regions of the Russian Federation.

The positive or negative direction of cognitive, value, emotional components in the structure of the EIR is naturally manifested in the activity component, in certain behavioral patterns of the members of the regional community in relation to its region. In our opinion, this trend affects the growth of human capital of the territory and the effectiveness of impact, as well as on the competitiveness and sustainability of the region.

Active promotion of the values of the positive economic identity of the region, in our opinion, provides consolidation of the population and territories of the Russian Federation. Thus, the economic identity of the region increases the level of regional and national competitiveness.

We have got a powerful acknowledgment of the importance and relevance of the research of the economic identity of the region at the present stage, and a more detailed analysis of the results will be the basis for further research.

References

  1. Anholt, S. (2007). Competitive identity: The new brand management for nations, cities and regions. Journal of Brand Management (Vol. 14). L.: Palgrave Macmillan. https://doi.org/10.1057/palgrave.bm.2550086
  2. Arens, W. F., & Bovée, C. L. (1994). Contemporary Advertising. McGraw-Hill Education.
  3. Bazhenov, S. V. (2015). Metodologicheskie podhody k izucheniyu ehkonomicheskoj identichnosti regiona. In Identichnost’ rossijskih regionov i eyo ehkonomicheskoe izmerenie: Sbornik dokladov i vystuplenij uchastnikov kruglogo stola (pp. 10–19). [In Russian]
  4. Bazhenov, S. V., & Bazhenova, E. YU. (2015). Podhody k izucheniyu koncepta «ehkonomicheskaya identichnost’ regiona» (po rezul’tatam ehkspertnogo oprosa). Fundamental’nye issledovaniya, (11–7), 1387–1390. [In Russian]
  5. Bazhenov, S. V., Bazhenova, E. YU., Belousov, V. M., Gubnelova, N. Z., Dajker, A. O., CHernobrovkina, N. I., & CHernov, S. A. (2015). EHkonomicheskaya identichnost’ regiona: koncepciya, podhody, ocenki. Izdatel’stvo Fond nauki i obrazovaniya. [In Russian]
  6. Bazhenova, E. YU., & Bazhenov, S. V. (2015). Formirovanie nauchnogo koncepta «ehkonomicheskaya identichnost’ regiona»: mezhdisciplinarnyj podhod. Krymskij nauchnyj vestnik, (6), 151–168. Retrieved from http://krvestnik.ru/pub/2015/12/Bazhenova-Bazhenov.pdf [In Russian]
  7. de Chernatony, L., & Cottam, S. L. (2009). Creating and launching a challenger brand: a case study. The Service Industries Journal, 29(1), 75–89. https://doi.org/10.1080/02642060802100234
  8. Dzhejms, U. (2011). Psihologiya. M.: Akademicheskij Proekt, Gaudeamus.
  9. Groshev, I. V., & Krasnoslobodcev, A. A. (2013). Analitika sovremennyh definicij i podhodov k ponimaniyu sushchnosti brenda. Vestnik Rossijskogo Universiteta Druzhby Narodov. Seriya: EHkonomika, 4, 94–104. [In Russian]
  10. Klejner, G. B. (2015a). Issledovatel’skie perspektivy i upravlencheskie gorizonty sistemnoj ehkonomiki. Upravlencheskie Nauki, 4, 7–21. [In Russian]
  11. Klejner, G. B. (Ed.). (2015b). Perspektivy razvitiya mezhdisciplinarnyh social’no-ehkonomicheskih i gumanitarnyh issledovanij. Doklady i vyctupleniya uchastnikov kruglogo stola (24 iyunya 2015, Rostov-na-Donu). Rostov-na-Donu: Izd-vo SFedU. [In Russian]
  12. Anderson, B. (1991). Imagined Communities: Reflection on the Origin and Spread of Nationalism. L., NY: Verso.
  13. Melewar, T. C., Gupta, S., & Dinnie, K. (2013). Nation Branding: Issues, Insights and Impacts. Corporate Reputation Review, 16(1), 5–6. https://doi.org/10.1057/crr.2012.21