Московский экономический журнал 3/2021

image_pdfimage_print

DOI 10.24411/2413-046Х-2021-10144

РОЛЬ КЛАСТЕРИЗАЦИИ В РАЗВИТИИ РОССИЙСКОЙ ИНДУСТРИИ ТУРИЗМА И ГОСТЕПРИИМСТВА

THE ROLE OF CLUSTERIZATION IN THE DEVELOPMENT OF THE RUSSIAN TOURISM AND HOSPITALITY INDUSTRY

Шматько Л.П., кандидат экономических наук, доцент кафедры «Управление индустрией туризма», гуманитарный факультет, ФГБОУ ВО РГУПС «Ростовский государственный университет путей сообщения», г. Ростов-на-Дону, Россия, e-mail: lorik.vodik@yandex.ru

Shmatko L.P., candidate of economic Sciences, associate Professor, Department of tourism industry   Management, faculty of Humanities, Rostov state University of railway transport, Rostov-on-don, Russia, e-mail: lorik.vodik@yandex.ru

Аннотация. В статье обосновывается необходимость и возможность формирования туристско-рекреационных кластеров на территории Российской Федерации, обладающей богатым природным и историко-культурным наследием, как основу развития внутреннего и въездного туризма, что и явилось целью данного исследования. Актуальность данного исследования заключается в том, что в последние годы понятие кластеризации в туризме все чаще используют, когда говорят о прогрессивных методах развития туризма. В частности, автором были проанализированы экономические, политические, социальные, культурные и природные факторы, оказывающих влияние и стимулирующие формирование туристско-рекреационных кластеров на территории Российской Федерации, а также особенности процесса кластеризации в туризме. В статье описана характеристика кластерной политики, заключающаяся в ликвидации барьеров для инноваций, а также инвестировании в инфраструктуру, поддержке предприятий, функционирующих на территории кластера. Влияние туристско-рекреационных кластеров на развитие индустрии туризма и гостеприимства представлено кластерным анализом туристских дестинаций. Особая роль в статье отведена участию государства в данном процессе, а также распределению туристских потоков по территории страны. На основе статистических показателей о внутренних передвижениях туристов в России исследовано использование туристских кластеров в качестве инструмента трансформации туристских потоков. Также автор уделяет внимание основным методам государственного регулирования туристской деятельности и роли государственно-частного партнёрства в формировании инфраструктуры индустрии туризма.

Summary. The article substantiates the necessity and possibility of forming tourist and recreational clusters on the territory of the Russian Federation, which has a rich natural and historical and cultural heritage, as the basis for the development of domestic and inbound tourism, which was the purpose of this study. The relevance of this study lies in the fact that in recent years the concept of clustering in tourism is increasingly used when talking about progressive methods of tourism development. In particular, the author analyzed the economic, political, social, cultural and natural factors that influence and stimulate the formation of tourist and recreational clusters on the territory of the Russian Federation, as well as the features of the clustering process in tourism. The article describes the characteristics of cluster policy, which consists in eliminating barriers to innovation, as well as investing in infrastructure, supporting enterprises operating in the cluster. The influence of tourist and recreational clusters on the development of the tourism and hospitality industry is presented by the cluster analysis of tourist destinations. A special role in the article is given to the participation of the state in this process, as well as the distribution of tourist flows throughout the country. On the basis of statistical indicators on the internal movements of tourists in Russia, the use of tourist clusters as a tool for the transformation of tourist flows is studied. The author also pays attention to the main methods of state regulation of tourism activities and the role of public-private partnership in the formation of the infrastructure of the tourism industry.

Ключевые слова: туристско-рекреационный кластер, туристский поток, туристская дестинация, туристский бренд, механизм государственного регулирования, государственно-частное партнёрство, кластеризация, инфраструктура, многофункциональный комплекс, провинциальный туризм.

Keywords: tourist and recreational cluster, tourist flow, tourist destination, tourist brand, mechanism of state regulation, public-private partnership, clusterization.

Появление и распространение кластеров в мире происходит еще с начала ХХ века и тогда затрагивало в основном отрасль тяжелой промышленности. Но затем совокупность взаимовыгодно действующих предприятий, близких по территориальному размещению, показала свою эффективность и в других секторах экономики. началось не так давно. До этого кластеризация в туризме преследовала различные цели, например, усиление экономического роста, консолидации операторов, предприятий гостиничной индустрии, перевозчиков, рекреационных комплексов. В туризме кластеры используются также с середины ХХ века и уже доказали свою эффективность за рубежом [10].

В России кластеризация – это сравнительно новый процесс, однако, уже с широким охватом и мощной поддержкой со стороны государства. Если туризм составляет в экономике государства существенную долю, само государство, в таком случае, всячески старается обеспечить максимально выгодное функционирование индустрии путем различных налоговых рычагов и финансовых инструментов. В обратном случае, когда туризм только набирает обороты в той или иной экономике, то государство на ранних этапах может всесторонне помогать развитию, инвестировать отрасль, ожидая в будущем максимальной отдачи и положительного экономического эффекта. Благодаря высокой конкурентоспособности, которая достигается сосредоточением на определенной ограниченной области большого количества фирм смежных отраслей, кластеры обеспечивают экономию в масштабах производства и относительное многообразие в использовании ресурсов. Поэтому формирование туристско-рекреационных кластеров на территории России при наличии достаточного количества природных и историко-культурных ресурсов является базисным условием создания туристских дестинаций.

Особенности географического положения России определяют многообразие флоры и фауны. Страна полностью находится в северном полушарии, что определяет потенциал организации определенных видов туризма (горнолыжный, сельский, познавательный, паломнический), и составляет трудности для занятия другими видами (например, пляжный – только Краснодарский край и Крым). К примеру, Россия омывается водами Северного Ледовитого и Тихого океана, обладает самой протяженной береговой линией. Однако к теплым водам можно отнести только акватории Черного, Азовского и Каспийского морей. Можно сказать, что подобное положение является, своего рода, специализирующим фактором туристской деятельности. Кроме того, Российская Федерация занимает весь север Азии и большей частью – восток Евразии. Подобное положение, с одной стороны, обеспечивает ей огромное культурное и этническое многообразие, определяя ее многонациональность, полиэтничность и поликультурность, что составляет безусловный плюс. С другой стороны, такой огромный географический «размах» является большой проблемой для туристской деятельности, так как открывает весь спектр транспортных, логистических и других экономических проблем. Если говорить о плюсах подобного географического положения, Россия располагает таким количеством туристских особенностей, объектов культурного и природного наследия, какого не имеет ни одна страна. Многовековая история определила популярность некоторых городов и областей, которые и по сей день являются центрами притяжения туристов. Такая, насыщенная разного рода событиями история страны выводит ее в лидеры среди стран с потенциальным ростом туризма. В России сосредоточено 26 объектов наследия ЮНЕСКО. Тенденциозными являются посещения Москвы и Санкт-Петербурга, курортов и санаториев Краснодарского и Ставропольского края, кавказских горнолыжных курортов, посещения Байкала и вулканов на Камчатке.

Федеральная целевая программа «Развитие внутреннего и въездного туризма в Российской Федерации (2019 – 2025 годы)», подготовленная Ростуризмом, пока еще официально не принята и является проектом, но предусматривает на территории России формирование 45 туристских кластеров, так как Правительство делает ставку на развитие внутреннего и въездного туризма как фактор роста ВВП страны, поскольку роль туризма в экономике Российской Федерации достаточно скромна (доля от туристской индустрии в ВВП России составляет примерно 1,5 %). Проект подразумевает выполнение нескольких важнейших задач, одной из которой является создание в различных регионах Российской Федерации целой сети туристско-рекреационных кластеров. Они должны повысить конкурентоспособность регионов и дать начало развитию среднего и малого бизнеса, привлекая и заключая партнерские связи с предприятиями средств размещения, банками и другими агентами. В программе основательно прописан бюджет каждого кластера, источники финансирования и ожидания от кластера. Проекты кластеров постепенно реализуются в Алтайском крае, Ивановской области, республике Татарстан и других субъектах Российской Федерации. На территории нашей страны уже функционируют несколько кластеров. Одним из известных туристско-рекреационных кластеров в Российской Федерации является «Никола-Ленивец» в Калужской области. Данный кластер позиционируется как естественная среда для отдыха, работы, учебы, единения с природой. Он располагается в экологической зоне, которую еще называют «жемчужиной русской природы» и находится на берегу Угры [4].

Кластеризация несет участникам процесса определенные выгоды. В первую очередь, сосредоточение культурно-исторических, природно-климатических объектов, которое повышает туристский потенциал, определенно, является преимуществом и удобством для туристов. Что касается туристских фирм, то создание новых разновидностей туристского продукта стимулирует активность их деятельности, а также ориентирует их на въездной и внутренний туризм. Инвесторы получают от своих вложений в туристский кластер скорую экономическую отдачу. О посещаемости туристских центров в регионах, где сформированы туристско-рекреационные кластеры, может свидетельствовать число ночевок, которое отражено в статистических данных Федерального Агентства по туризму. Однако, при всем своем многообразии средств и форм, при всем географическом, культурно-историческом и этническом многообразии имеется огромный и еще не реализованный потенциал в туристской индустрии. Туристские потоки на сегодняшний день сконцентрированы в основном в Южном, Центральном и Северо-Западном федеральных округах (последние два – благодаря Московской и Ленинградской областям). Неуклонная тенденция к спаду туристской активности и угасанию имеет сугубо восточный вектор, восточноазиатскую направленность [1]. Решением этой проблемы могут быть более низкие, пересмотренные тарифы на внутренние перелеты. Государство должно воспринять использование авиаперевозчиков как основной инструмент в трансформации туристских потоков, учитывая географические особенности нашей страны. Решив фактор географической удаленности путем удешевления авиаперелетов, возможно стимулировать туристов путешествовать по России. Также следует воспользоваться опытом зарубежных успешных коллег на комплектование туристских пакетов, при этом с середины прошлого 2020 года действует Правительственная программа поддержки внутреннего российского туризма, которую продлили до 30 июня 2021 года. В рамках третьего этапа акционного предложения каждый гражданин РФ вправе получить кэшбэк за туры по России (Ростуризм возвращает 20% стоимости каждого тура, максимально с одной транзакции можно получить 20 000 рублей).

Использование железнодорожного транспорта тоже может рассматриваться как возможное средство для трансформации туристских потоков. Данным видом транспорта пользуется огромное количество жителей России. Можно сказать, что у компании «Российские железные дороги» сформировалась репутация безопасного перевозчика, но не обеспечивающего должный комфорт в условиях долгого пребывания пассажиров в вагонах. При наличии изменений в сторону обновления подвижных составов, а также за счёт внедрения инновационных технологий, можно ускорить поездки и увеличить комфорт при соблюдении требований безопасности.

Еще одной проблемой является неудачное брендирование. Многие из уже сложившихся брендов воспринимаются как банальные и требуют ребрендинга. Удачный пример – «Сказочная карта России», который представляет собой успешную попытку использования фольклора в создании новых туристских брендов [6]. Однако, некоторыми учеными- маркетологами эта попытка воспринимается со скепсисом, так как такой бренд вряд ли может привлечь большое количество местных туристов и направлен на иностранцев. Более эффективная технология создания благоприятного имиджа сегодня использует реальные научные, промышленные и культурные достижения, сосредоточенные на территории туристско-рекреационного кластера. Например, в 2018 году был представлен бренд г.Ростова-на-Дону как «Город со вкусом», а всей дестинации Ростовской области – красный конь, символизирующий вольный Дон (в год Чемпионата мира по футболу регион посетило 1,3 млн человек), что придало импульс для дальнейшего развития въездного и внутреннего туризма. Ростовская область с областным центром в г. Ростове-на-Дону имеет хорошую почву для создания туристско-рекреационного кластера [3].

С 2017 года увеличился туристский поток в Республику Крым и достиг своего пика к лету 2019 года, а в связи с закрытием границ к концу лета кризисного для всего мира «ковидного» 2020 года Крым побил рекорды по занятости курортных отелей, и тенденция к росту объемов туристских потоков в Крым после открытия Крымского моста непрерывно наращивает обороты. Кроме того, климат в Крыму сухой, что может быть более приятной особенностью для туристов. Но главный плюс для туризма в Крыму – это его «компактность» и россыпь достопримечательностей. Турагентства предлагают автобусные поездки по всему крымскому побережью через такие города, как Феодосия, Коктебель, Ялта, Гурзуф, Форос, Севастополь, Бахчисарай и другие [5].

Нельзя не заметить рост туристских потоков и в Северо-Кавказском федеральном округе (СКФО). В допандемийный 2019 год количество туристов увеличилось: Кавказские Минеральные Воды, в общем, посетило более миллиона человек. Приблизительно 35 тыс. туристов посетили Ингушетию, что показывает рост на 20 % в том же году. А туристский поток в Карачаево-Черкессию увеличился сразу на 40%, что составляет 800 тыс. туристов. Если в 2014 году в Чечне по итогам года побывали около 7 тысяч человек, то в 2019 году – 150 тысяч. Здесь сказывается не только общее облагораживание республики и инвестиции, но и улучшение имиджа региона и стабилизация политической обстановки [2].

Интересным фактом является также и то, что среднегодовой поток пассажиров аэропорта Минеральные Воды, который является основным транспортным узлов во всем регионе, практически составляет более 2 млн. человек и из них практически 25% – это пассажиры из-за рубежа. Это является хорошим заделом, учитывая то, что инфраструктура способна принимать еще как минимум на 700 тыс. туристов больше, для повышения качества принимающей способности необходимо обеспечить транспортную доступность Минеральных Вод. Самой главной целью программы развития Северного Кавказа является проект импортозамещения, то есть использования этого процесса как экономический двигатель развития региона. То есть для того, чтобы успешно развивать новые санаторно-курортные мощности, нужно создать условия для привлечения финансовых поступлений в направление санаторно-курортного туризма. Причем, окупаемость таких проектов составляет около 10 лет, поэтому государственная поддержка таких проектов осуществляется в рамках создания туристских кластеров. Что касается, непосредственно, Северо-Кавказского федерального округа, то здесь для развития инвестиционных кластерных проектов выделяется многомиллиардное финансирование. Например, рамках реализации проекта автотуристского кластера «Зарагиж» (базируемого около г. Нальчик, Кабардино-Балкария), введены в эксплуатацию и функционируют 7 объектов туристской инфраструктуры. Туристский поток в 2019 году составил 55 тыс. чел. за счет объектов, функционирующих в составе кластера с 2017 года. Весьма важно, что по итогам реализации кластера создано 226 дополнительных рабочих мест. Также создание кластера позволило увеличить количество койко-мест на 500 единиц, объектов общественного питания (кафе, рестораны) на 1051 посадочное место; привлечь инвестиции в основной капитал туристской инфраструктуры в Черекском районе республики. Кластер признан одним из самых перспективных в СКФО, включает зоны активного отдыха, туристско-спортивные кластеры «Верхнее Голубое озеро», «Нижние Голубые озера», лодочную станцию, пляж, дайвинг-центр, санатории, многофункциональные комплексы «Нальчик-Северный» и «Нальчик-Южный». Общая площадь осваиваемых территорий – около 30 гектаров [6]. Данные примеры иллюстрируют не только активное применение туристского кластера, но эффективное действие кластерной политики, под которой подразумевается система общественных, государственных механизмов и мер поддержки.

Упадочное положение провинциального туризма является еще одной большой проблемой трансформации туристских потоков. Само существование такой проблемы является большим экономическим упущением, так как большинство жителей мегаполиса рассматривают в качестве отдыха так называемые «глубинки», которые могут стать ядром туристского кластера. Это говорит о смене ценностного подхода: роскошные и пафосные отели все меньше привлекают зажиточных горожан, нежели загородные дома и усадьбы. А ведь живописные российские деревни обладают большим туристским потенциалом. И примером удачной его реализации является село Вятское в Ярославской области. Вследствие грамотного частного инвестирования, оно вошло практически во все путеводители по Золотому кольцу из-за созданных за небольшой срок музеев («Музей вятского торгующего крестьянина»), интерактивных экскурсий («час в богатом сельском доме») и других местных достопримечательностей. Все больше отдыхающих во внутреннем туризме предпочитают отдыхать не по туристским путевкам, а самостоятельно, стараясь максимально сэкономить на проживании и питании. И при наличии этих проблем достаточно сложно говорить о самой трансформации туристских потоков как об отдельной проблеме. Можно сказать, что перераспределение потоков туристов – это комплексный вопрос, который основывается на решении базовых туристских проблем: улучшении инфраструктуры и супраструктуры. В любом случае, при рассмотрении проблем туристской индустрии стоит фокусироваться на конкретном регионе и его особенностях. Огромный перевес в лидерстве внутреннего туристского потока в Москву свидетельствует о централизации туристских потоков вследствие лучшей маркетинговой политики, туристских представлений, инфраструктуры и супраструктуры Москвы. Влияние государства на туристский рынок достаточно велико и обширно. Оно осуществляется в нескольких направлениях. В первую очередь, государство влияет на:

  • емкость туристского рынка, которая определяется величиной платежеспособного спроса (ведущим мотивирующим фактором, в этом случае, является материальное состояние клиента);
  • состояние инфраструктуры и на степень ее безопасности для туристов;
  • поддержание состояния туристских ресурсов и гарантии их привлекательности;
  • курирование финансовых потоков в туристской индустрии;
  • создание условий для неценовой конкуренции;
  • снижает количество посредников;
  • устанавливает финансовые гарантии.

Влияние государства на инфраструктуру зачатую может быть попросту определяющим. Примером тому служит строительство Московского Диснейленда «Остров Мечты» – крупнейшего в Европе крытого всесезонного парка развлечений с захватывающими дух аттракционами и мультипликационными героями, который, безусловно, претендует на звание достопримечательности не только всероссийского, но и мирового масштаба. Кроме того, государство, безусловно, влияет на качество предоставления туристских услуг различными путями. В Российской Федерации применяется основной метод регулирования качества – это разработка требований к туристским фирмам, направленных на выдачу права заниматься туристской деятельностью. Основными методами государственного регулирования туристской деятельности принято считать:

  • административные методы (заключаются в создании нормативно-правовой базы);
  • налоговые рычаги (включают в себя повышение и понижение налоговых процентных ставок, сюда относятся и «налоговые каникулы»);
  • бюджетные инструменты (заключаются в государственном финансировании и инвестировании отдельных видов предприятий туристской индустрии; в отдельных видах программ и поддержке отдельных видов туризма) [8].

Правительства государств, министерства, безусловно, влияют на перемещения своих граждан путем различных инструментов экономики и рычагов власти. Кроме того, как уже было сказано, различные исторические события по-своему преобразуют туристскую активность. Однако, природные катаклизмы и явления, в свою очередь, оказывают разностороннее влияние на сознание туристов, и соответственно, на их желания путешествовать. Примером влияния политического фактора на трансформацию туристских потоков могут служить войны в Персидском заливе в 90х годах ХХ века, которые практически остановили потоки туристов в страны этого региона, а также восточной части Средиземноморья и Северной Африки. Безусловно, в связи с этими событиями был нанесен огромный урон экономике этих стран, туризму в частности (авиакомпаниям, предприятиям размещения и питания и т.д.) [7]. Туристский поток понимается как общее число туристов, которые направляются в определенную страну, место временного пребывания, выраженное в количественном расчете туристских выездов и въездов за четко ограниченный временной промежуток. Также туристский поток часто трактуется как постоянное прибытие в страну туристов. Однако, его понятие является более глубоким и имеющим четкое определение и показатели. Нужно сказать, что интерес к этому экономическому понятию возник не так давно. Это является основной причиной того, что данное понятие имеет достаточное количество уточняющих и нечетких определений, так как имеет много трактовок. Попытки расчета и анализа туристского потока требовали также установления норм к его регулированию между различными странами. Крупнейшим примером анализа и систематизации теории туристских потоков является исследование в разное время американских ученых-экономистов Джона Вильямса и Эрни Зелински. Ученые в 1970 году отобрали 14 стран со стабильным туристским потоком на протяжении многих лет. Такие страны на тот момент являлись лидерами в мировом туризме, поэтому безусловно, такая стабильность является ориентиром формирования туристского кластера в определённой дестинации. Результаты анализа туристских потоков, предоставленные миграционными службами, банками, ведущими учет обмена валюты, могут спрогнозировать общие тенденции развития туристской индустрии, а также учесть опыт предыдущих поколений, пробы и ошибки. Причём, объем туристского потока оценивается не только по сведениям иммиграционных служб (количество въездов/выездов), но и применяя определенные экономико-математические вычисления. Такие данные относятся не только к выездному, но и к въездному и внутреннему туризму. В пунктах размещения туристов, а также в коллективных средствах размещения регистрируются все возможные посещения. [1] Благодаря высокой конкурентоспособности, которая достигается сосредоточением на определенной ограниченной области большого количества фирм смежных отраслей, кластеры обеспечивают экономию в масштабах производства и относительное многообразие в использовании ресурсов. Нужно также учесть то, что наибольший положительный эффект от кластеризации достигается путем альянса государства и индивидуального предпринимательства. Так, при создании туристского кластера Зарагиж государственно-частное партнерство привело к успешному созданию бренда региона и непосредственной его реализации на туристском рынке. Местное самоуправление и органы государственной власти взаимодействовали в проведении кластерной политики в индустрии туризма по нескольким основным пунктам:

  • создание руководящей группы по специализации стратегических направлений и планов действий по направлению развития кластеров;
  • поддержка специального образования и обеспечение безопасности при создании благоприятных условий для функционирования и развития кластера;
  • усовершенствование туристских продуктов путем развития новых проектов их улучшения.

Таким образом, туристские потоки, как основной параметр измерения туристской активности территории, подвержены множеству факторов общественной и природной среды, которые, не являясь в своем роде чем-то разрушительным и отрицательным, оказывают негативное опосредованное воздействие на величины этого параметра. В этом случае, кластерообразование становится одним из самых эффективных способов трансформации распределения туристских потоков.

Кластерная политика представляет собой систему социальных, экономических и государственных мер и механизмов, которые обеспечивают помощь и поддержку туристско-рекреационных кластеров, обеспечивающих, в свою очередь, конкурентоспособность регионов, предприятий, входящих в данный кластер, а также развитие организаций, стимулирующих создание туристских кластеров и осуществление инновационной политики [9].

Согласованные меры по поддержке туристского кластера образуют портфели кластерных инициатив, создаваемые на основе анализа рисков и эффектов от реализации деятельности кластеров. Портфель кластерных инициатив подразумевает совместный проект функционирования, развития в рамках туристской отрасли. Кроме того, четко выделяются уровни кластерной политики: государственный (федеральный и региональный) и муниципальный. В первую очередь, к созданию кластера привлекаются федеральные, региональные и местные власти, каждая из которых наделена достаточными правовыми, административными и финансовыми полномочиями и способны влиять на процесс кластеризации. Помимо этого, к самому процессу кластеризации необходимо привлечь представителей общественности, предпринимательства, различных организаций.

Итак, кластерная политика предполагает использование инструментов, направленных, главным образом, на развитие сотрудничества, а также повышение инновационного потенциала всех задействованных предприятий при помощи различных методик (например, структурных, которые заключаются в создании дочернего предприятия, специализирующегося на инновационной деятельности), что является эффективным стимулом развития въездного и внутреннего туризма на территории России.

Список литературы

  1. Андреева Е.В. Анализ передового опыта российских регионов в контексте актуальных задач оптимизации турпотока / Е.В. Андреева // Сборник научных трудов «Транспорт: наука, образование, производство», Том 4. Технические и гуманитарные науки. Рост. Гос. Ун-т. путей сообщения. Ростов-н/Д, 2020. – 484с. – С.97-101.
  2. Большаков А.И. Формирование и развитие приграничных туристских кластеров [Текст]: автореф. дис. канд. экон. наук: 00.05 / А.И. Большаков. – Москва. – 2014. – 30 с.
  3. Бровко С. Б. Комплексная оценка и приоритеты создания гостиничного кластера в Ростовской области / С.Б. Бровко // Сборник трудов Второй Международной научно-практической конференции(16-17 мая 2019 г.) / редкол: А.Н. Гуда (пред.) [и др.]; ФГБОУ ВО РГУПС. – Ростов н/Д, 2019. – С.184-189.
  4. Бубнов А.В. Инновационное развитие российского туризма на основе кластерного подхода [Текст]: автореф. дис. канд. экон. наук: 00.05 / А.В. Бубнов. – Йошкар-Ола. – 2019. – 32 с.
  5. Гармидер А.А. Организационно-экономическое обеспечение развития туристских кластеров (на примере Республики Крым) [Текст]: автореф. дис. канд. экон. наук: 00.05 / А.А. Гармидер. – Спб. – 2017. – 37 с.
  6. Ежак Е.В. Бренд территории как нематериальный актив развития въездного и внутреннего туризма / Е. В. Ежак, Л. П. Шматько // Перспективы развития индустрии туризма и гостеприимства: теория и практика. Cборник трудов Второй Международной научно-практической конференции 16-17 мая 2019 г., Ростов-на-Дону, 2019.– С.121-126.
  7. Кицис В.М. Опыт зарубежных стран развития туристских кластеров [Текст] /В.М. Кицис, А.В. Елисеева // Экономические исследования и разработки: научно-исследовательский электронный журнал. Нижний Новгород: НОО «Профессиональная наука» – №6 – 2020. – С.68-73.
  8. Маргиева Н.Т. Сфера туризма в России: состояние и перспективы развития / Н.Т. Маргиева // Экономика и предпринимательство. – 2020. – № 10-1 (63-1). – С. 141-145.
  9. Мингалева, Ж.А. Кластеры инновационной деятельности как элемент инновационного развития территории / Ж.А. Мингалева //Новое слово в науке и практике: гипотезы и апробация результатов исследований: сборник материалов XXI Международной научно-практической конференции / Под общ. ред. С.С. Чернова. – Новосибирск. – 2015. – 300 с. – С.251-256.
  10. Саакян, М.А. Зарубежный опыт формирования и управления туристскими кластерами / М.А. Саакян // Экономика знаний: стратегические проблемы и системно-когнитивные решения / Материалы VIII международной научно-практической конференции КубГУ Краснодар. – 2016. – 261с. – С.155-164