Московский экономический журнал 9/2020

DOI 10.24411/2413-046Х-2020-10626

Развитие методики анализа социально-экономического развития сельских территорий на основе индикативного подхода 

Development of a methodology for analyzing the socio-economic development of rural areas based on an indicative approach 

Голова Елена Евгеньевна,  кандидат  экономических  наук,  доцент  кафедры  экономики, бухгалтерского  учета  и финансового контроля, ФГБОУ ВО Омский ГАУ, ee.golova@omgau.org

Шумакова Оксана Викторовна, доктор экономических наук, профессор кафедры  экономики, бухгалтерского  учета  и финансового контроля ФГБОУ ВО «Омский государственный аграрный университет им. П.А. Столыпина», г. Омск

Орлов Артём Александрович, ИП «Орлов А.А.» Одесского района Омской области 

Golova Elena Yevgenyevna,  candidate  of  economic  Sciences,  associate  professor  of  the  Department  of Economics, accounting and financial control, Omsk state agrarian University named after P. A. Stolypin, Omsk, ee.golova@omgau.org

Shumakova Oksana Viktorovna, doctor of Economics, professor of the Department of Economics, accounting and financial control, Omsk state agrarian University named after P. A. Stolypin, Omsk, ov.shumakova@omgau.org

Orlov Artem Alexandrovich, IP “Orlov A. A.” of the Odessa district of the Omsk region, aa.orlov17z37@omgau.org 

Аннотация. В статье рассматриваются вопросы необходимости типизации сельских территорий и разработки системы индикаторов для оценки уровня и качества жизни. Представлена авторская методика, позволяющая оценить текущее положение сельских поселений и на основании полученных данных принимать соответствующие управленские решения относительно их развития.

Summary. The article discusses the need to typify rural areas and develop a system of indicators to assess the level and quality of life. The author’s methodology is presented that allows assessing the current situation of rural settlements and making appropriate management decisions on their development based on the data obtained.

Ключевые слова: сельские территории, анализ, индикатор, типизация, уровень и оценка качества жизни.

Keyword: rural areas, analysis, indicator, typification, level and assessment of quality of life.

Введение. В настоящее время одной из основных целей государства и основой для развития аграрной политики является развитие сельских территорий. В целях реализации поставленной этих задач активно формируется инструментарий, позволяющий добиться устойчивого развития в селе, для чего была утверждена Концепция устойчивого развития сельских территорий РФ на период до 2020 года и федеральная целевая программа «Устойчивого развития сельских территорий на 2014 – 2017 годы и на период до 2020 года» [1] и иные нормативно-правовые акты. Работа над развитием села даст возможность решить существующие проблемы в области социальной и экологической политики, вопросы демографического кризиса в селе при одновременном сохранении природного потенциала, культурного и исторического наследия в сельских территориях.

Изучением вопросов устойчивого развития сельских территорий и их типизации посвящены труды многих отечественных и зарубежных учёных, среди которых: Баутина В.М., Вавилов Н.И., А. Вебер, Гордеева A.B., Докучаев В.В., Колеснев С.Г., А. Маршалл, Меренкова И.Н., Носова В.В., Огаркова А.П., А. Смит, Сапожникова С.А., Струмилин С.Г., Тимирязев К.А.. Шаляпина И.П. и Челинцев А.Н.и другие [2].

Объект исследования – исследование проводилось на примере сельских территорий Одесского района Омской области.

Методы и методика исследования. Осуществлять типизацию возможно различными способами и методами. Выбор метода определяется целью исследования, т.е. набор показателей, по которым совокупность показателей будет определяться.  Проведённый анализ существующих подходов к типологизации сельских территорий позволил предложить авторский подход.

Результаты и обсуждение. Понятие сельских территорий исследуется давно, и многие авторы дают свою трактовку данному определению (табл.1).

Тем не менее, споры относительно данного определения ведутся до сих пор. В настоящее время Министерство сельского хозяйства Российской Федерации, ведет работу по подготовке предложений и выработки согласованных позиций в части законодательного определения понятия «сельские территории» («сельская местность») и внесения изменений в Федеральный закон от 29 декабря 2006 г. № 264-ФЗ «О развитии сельского хозяйства».

Типы сельских территорий формируются за счёт тех функциональных систем, которые находятся в тесной связи с природными условиями, переселением населения сельской местности и представляющие собой производственную и социальную инфраструктуру.   В современной сложилось множество методических подходов к типизации сельских территорий, однако, многие из них не являются универсальными. На западе существуют различные подходы к определению типизации и один из таких подходов выдвинут Организацией по экономическому развитию и сотрудничеству (рис.1).

Так, Евростат делит сельские территории в зависимости от плотности населения и их численности. В России тоже существуют равные подходы к типизации, так, профессор Троцковский А.Я. считает, что типизацию лучше проводить по степени отделённости города либо крупных центров потребления и выделять среди них: ближнюю периферию, среднюю и дальнюю [3].

Правительством РФ была утверждена «Стратегия устойчивого развития сельских территорий до 2030 года» [4], которая ввела типологию по степени освоения сельскохозяйственного производства, их ограничений и потенциала, выделяя при этом четыре типа: 1 тип – территории с развитым сельским хозяйством благоприятными условиями для его развития; 2 тип – территории с полифункциональной экономикой и благоприятными условиями;  3 тип – местность с плохо развитой социальной политикой в селе; 4 тип – слаборазвитые территории в отношении сельского хозяйства, имеющие к тому же непригодные для сельского хозяйства природно-климатические условия.

По нашему мнению, приведённая типизация сельских районов, предложенная организацией по экономическому развитию и сотрудничеству, требует дополнения по части классификации сельских населенных пунктов, и районов для более детального разграничения функциональных типов по видам экономической деятельности [5].

В настоящее время существует множество вариантов типизации. Доказано, что типология может быть объективна, если при ее использовании применяется один показатель, если их несколько, то уровень объективности снижается. Таким образом, правильнее и эффективнее строить типизацию под конкретные задачи в части теоретических и практических разработок.

Известно, что сельские территории – понятие не аграрное, это обобщенный термин, определяющий место, где население работает в сельской местности, однако не только в отрасли АПК.

В ходе разработки индикаторов устойчивого развития на муниципальном уровне можно рассматривать несколько подходов, которые различаются по структуре и принципам построения. Индикаторы лучше отбирать и агрегировать таким образом, чтобы дать количественную характеристику выделенных проблем, опираясь на базу данных официальной российской статистики для муниципалитетов [6].

Предлагаемая система индикаторов устойчивого развития сельских территорий, позволяет оценить устойчивость развития территории, результаты реализации существующих региональных программ, выявлять проблемы сельских территорий, корректировать планы социально-экономического развития. Очевидна необходимость в создание подобной системы индикаторов устойчивого развития в каждом муниципальном образовании, или в регионе в целом.

Первая группа индикаторов – Демографическая;

  • Уровень смертности на 1 тыс.чел.
  • Уровень рождаемости на 1 тыс.чел.
  • Миграционный прирост, чел.

Вторая группа индикаторов – Уровень образования:

  • Количество образовательных учреждений на 1 тыс.чел.
  • Число учащихся на 1 тыс.чел.
  • Количество учащихся в дошкольных учреждениях на 1 тыс.чел.

Третья группа – Уровень здравоохранения:

  • Наличие больниц на 1 тыс.чел.
  • Наличие аптек и аптечных пунктов на 1 тыс.чел.
  • Численность врачей на 1 тыс.чел.

Четвертая группа – Жилищные условия:

  • Средний размер общей площади на 1 чел. м2.
  • Число семей, нуждающихся в жилых помещениях на 1 тыс.чел.
  • Протяжённость уличного водопровода на 1 чел.м.

Пятая группа индикаторов – Уровень развития экономики:

  • Количество субъектов малого и среднего предпринимательства на 10 тыс.чел.
  • Количество безработных на 1 тыс.чел.
  • Расходы бюджета на 1 чел.

Шестая группа – Экология:

  • Количество легковых автомобилей на 1 тыс.чел.
  • Объем использования воды на 1 тыс.чел. в день [7].

Применение результатов. По нашему мнению, при рассмотрении авторской классификации сельских территорий, появится возможность определения и целенаправленного обоснования типов сельской местности, выявление проблем социально-экономического развития сельских территорий муниципальных районов, и сельских поселений, оценки распространения антиобщественного образа жизни, выделения территорий-кластеров, обладающих природными туристическими ресурсами, что позволит определить и выработать соответствующие меры региональной политики, направленные на решение ключевых проблем (развитие инфраструктуры, туризма, обеспечение занятости сельского населения, развитие АПК, снижения острых социальных проблем) в данных муниципальных районах или сельских поселениях.

Предлагаемая оценка состояния, прогнозирования процессов развития сельских территорий состоит в обосновании факторов устойчивого развития сельских территорий и базируется на использовании доступной аналитической базы, позволяющей своевременно идентифицировать изменения социально-экономической, институциональной, экологической, демографической ситуации с целью повышения обоснованности формирования и своевременной актуализации программных документов развития сельских территориальных образований.

Оценка включает расчёт индикаторов состояния и развития сельских территорий, предназначенного для определения вектора их социально-экономического развития и обоснования соответствующих управленческих решений (табл. 1).

На первом этапе отбираются показатели, количественно характеризующие различные группы факторов, определяющих основные компоненты сельских территорий. Такому отбору предшествует теоретический анализ различных факторов, определяющих развитие сельских территорий [8, 10, 11].

Второй этап – связан с общим представлением индикатора оценки состояния и развития сельских территорий и приведение их в табличный вид системы взаимосвязей показателей, определяющих экономический смысл индикатора.

Результатом произведённых расчётов является совокупность индексов для каждого показателя, отражающего определённый фактор, влияющий на устойчивое развитие сельских территорий. Индикаторы изменяются от 2 до 0, где 2 – высокое значение (лучшее), 0 – самое низкое, т.е. худшее. В рамках следующего этапа производится исчисление суммы по каждому из показателей и проводится их суммирование.

Этот процесс включает приведение разнородных показателей, измеряемых в разных единицах к безразмерным величинам, изменяющимся от 0 до 2 [9].

Итоговым значением при оценки устойчивого развития сельских территорий, служит подсчёт количества баллов, выявленных при анализе системы индикаторов, где: 0 – 10 баллов – низкий уровень устойчивости сельских поселений; 10 – 20 баллов – средний уровень устойчивости сельских поселений; 20 – 30 баллов – высокий уровень устойчивости сельских поселений.

Выводы. Необходимо отметить, что авторская типизация и система индикаторов в практике управления процессами развития сельских территорий, так как она позволяет:

  • оценить количественные показатели и их влияние на развитие сельских поселений
  • изучить динамику и уровень влияния каждого из оцениваемых факторов на общую картину развития сельского поселения
  • получать объективные данные и использовать их для принятия соответствующих решений, что можно в дальнейшем использовать для формирования стимулирующих мер как на муниципальном, так и на региональном уровнях власти.

Список литературы

  1. Распоряжение Правительства РФ от 17.11.2008 N 1662-р (ред. от 28.09.2018) «О Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года» URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_82134/28c7f9e359e8af09d7244d8033c66928fa27e527/ (дата обращения: 26.09.2020).
  2. Типологизация сельских территорий на основе диверсификации экономики: монография / Тарасов А.Н., Антонова Н.И.и др. – Ростов н/Д: ФГБНУ ВНИИЭиН, Изд-во «АзовПечать», 2016 – 140 с.
  3. Устойчивое развитие сельских территорий Алтайского края: социально-экономические и пространственные аспекты: коллективная монография/ науч. ред. А.Я. Троцковский. – Барнаул: Изд-во Алт. Ун-та, 2013. – 330 с.
  4. Распоряжение Правительства Российской Федерации от 02.02.2015 №151-р «Об утверждении Стратегии устойчивого развития сельских территорий Российской Федерации на период до 2030 года» (с изм. от 13.01.2017) URL: http://docs.cntd.ru/document/420251273 (дата обращения: 25.09.2020).
  5. Устойчивое развитие сельских территорий. учебное пособие [Текст] / Коллектив. Авторов. Под научн. ред. М. Дитериха, А.В. Мерзлова. М.: Эллис Лак, 2018. – 680 с.
  6. Голова Е.Е. Состояние и перспективы миграционных процессов в Омской области как показатель качества жизни сельского населения // Московский экономический журнал. – -№ 6. – С. 35-37.
  7. Голова Е.Е., Гончаренко Л.Н. Продовольственное обеспечение сельских территорий как фактор, влияющий на качество жизни (по данным Омской области) // Экономические отношения. – 2019. Т. 9. – № 3. – С. 1939-1948.
  8. Golova E., Baetova D., Zaitseva O., Novikov « Modernization of the Social Sphere in Terms of the Development of the System of Preschool Education of Children in Rural Areas» Advances in Social Science, Education and Humanities Research (The Fifth Technological Order: Prospects for the Development and  Modernization of the Russian Agro-Industrial Sector). -2019 – Vol. 393,  – pp.103-108.
  9. Кусакина О.Н., Кривокора Ю.Н. Методические подходы к оценке состояния сельской территории как многофункциональной эколого-социально-экономической системы // Теория и практика общественного развития. – 2014 – №1. URL: http://teoria-practica.ru/rus/files/arhiv_zhurnala/2014/19/economics/kusakina-krivokora.pdf (дата обращения: 25.09.2020).
  10. Новиков Ю.И., Блинов О.А., Шумакова О.В. Направления и опыт развития агротуризма // Вестник Омского государственного аграрного университета. 2015. № 3 (19). С. 83-86.
  11. Голова Е.Е., Гончаренко Л.Н., Блинов О.А. Демография как основной критерий оценки качества и уровня жизни сельского населения (на примере Омской области) // Международный журнал прикладных и фундаментальных исследований. 2018. № 11-2. С. 363-368.




Московский экономический журнал 8/2020

УДК 338.43.01

DOI 10.24411/2413-046Х-2020-10594

ОСНОВНЫЕ ПОДХОДЫ К УПРАВЛЕНИЮ УСТОЙЧИВЫМ РАЗВИТИЕМ СЕЛЬСКИХ ТЕРРИТОРИЙ ДОНА

BASIC APPROACHES TO THE MANAGEMENT OF SUSTAINABLE DEVELOPMENT OF RURAL DON

Федоров Владимир Христофорович, доктор сельскохозяйственных наук, профессор, врио ректора, ФГБОУ ВО Донской государственный аграрный университет, п. Персиановский, Ростовская область, Россия

Сафонова Светлана Геннадиевна, кандидат экономических наук, доцент, доцент кафедры экономики, философии и социальных дисциплин, ФГБОУ ВО Донской государственный аграрный университет, п. Персиановский, Ростовская область, Россия

Шейхова Марина Сергеевна, кандидат экономических наук, доцент, доцент кафедры экономики, философии и социальных дисциплин, ФГБОУ ВО Донской государственный аграрный университет, п. Персиановский, Ростовская область, Россия

Кувичкин Николай Михайлович, кандидат сельскохозяйственных наук, доцент кафедры экономики, философии и социальных дисциплин, ФГБОУ ВО Донской государственный аграрный университет, п. Персиановский, Ростовская область, Россия

Fedorov V. Kh., 92861099752@mail.ru

Safonova S.G., svet_lana2808@rambler.ru

Sheykhova M.S., Sholuhmarina@rambler.ru

Kuvichkin N.M., Nikolay1384@bk.ru

Аннотация: Сельские поселения играют важнейшую роль в развитии каждого региона. Именно развитию сел и деревень государство должно уделять значительное внимание, ведь “вымирание” данных территорий приведет к непоправимым последствиям. На Дону развитие сельских территорий в настоящее время по-прежнему сталкивается с рядом трудностей, основными из которых является массовый отток населения, снижение привлекательности деятельности малых форм предпринимательства в агропромышленном комплексе и низкая социально-транспортная инфраструктура поселений. Решать обозначенные вопросы можно лишь комплексно, что потребует от государства не только значительных финансовых вливаний в данный сектор экономики, но и вложения большого количества сил и времени в развитие указанных территорий.

Summary: Rural settlements play a critical role in the development of each region. It is the development of villages and villages that the state should pay significant atten-tion to, because the “extinction” of these territories will lead to irreparable conse-quences. On the Don, the development of rural areas is currently still facing a number of difficulties, the main of which are the massive outflow of the popula-tion, the decline in the attractiveness of small businesses in the agro-industrial complex and the low social and transport infrastructure of settlements. The above issues can be resolved only in a comprehensive manner, which will require from the state not only significant financial injections into this sector of the economy, but also invest a lot of time and effort in the development of these territories.

Ключевые слова: сельские территории, агропромышленный комплекс, Ростовская область, инфраструктура, занятость, государственная программа.

Keywords: rural areas, agro-industrial complex, Rostov region, infrastruc-ture, employment, state program.

В настоящее время агропромышленный комплекс является важной отраслью в национальной экономике России, так как объединяет все отрасли по производству сельскохозяйственной продукции, её переработке и доведению до потребителя, а к тому же предопределяет уровень продовольственной без-опасности страны. [5] В рамках действующей правительственной доктрины Россия должна снизить свою продовольственную зависимость от импорта. [8]

Донской край входит в число крупнейших регионов России по производству сельскохозяйственной продукции, что обусловлено, прежде всего, особенностями природно-ресурсного потенциала. Так, отличительной чертой экономики Ростовской области является внушительный аграрный сектор, на протяжении последних лет его доля составляет более 10% в общем объеме ВРП. [4]

Сельские территории Донского края обладают издавна славятся одним из самых внушительных потенциалом природным, демографическим, экономическим и историко-культурным, который при более полном, рациональном и эффективном использовании может обеспечить устойчивое многоотраслевое развитие, полную занятость, высокий уровень и качество жизни сельского населения [1].

Между тем, ухудшение демографической ситуации на селе, разрушение социальной инфраструктуры повлияли на процессы оттока рабочей силы и обусловили низкий уровень доходов и качества жизни сельских жителей Дона. Указанные проблемы препятствуют переходу сельских территорий к динамичному развитию и их решение невозможно без формирования эффективных механизмов, направленных на повышение устойчивости сельской местности, обеспечение стабильного функционирования агроформирований.

Низкий уровень социально-экономического развития юго-восточных районов Ростовской области. В юго-восточных районах Ростовской области вследствие удаленности от областного центра, низкой плотности населения,

природно-климатических факторов и неразвитости инженерно-транспортной инфраструктуры сложилась непростая социально-экономическая ситуация. По большинству показателей уровень развития данных территорий значительно ниже среднеобластного.

В частности, среднемесячная начисленная заработная плата одного работника в Дубовском районе составила 21 226,3 рублей, в Заветинском районе – 19 678,1 рублей, в Зимовниковском районе – 23 392,9 рублей, в Орловском районе – 22 652,3 рублей, в Ремонтненском районе – 20 782,9 рублей, в то время как значение данного показателя всего по области составило 28 499,6 рублей. Уровень развития промышленного производства в юго-восточных районах Ростовской области также недостаточно высок. Так, в Зимовниковском районе объем отгруженных товаров собственного производства, выполненных работ и услуг собственными силами по виду экономической деятельности «Обрабатывающие производства» составил 749 272 тыс. рублей, в Орловском районе – 666 007 тыс. рублей, а в Дубовском, Заветинском и Ремонтненском районах значения данного показателя не были зафиксированы. [3]

К прочим факторам, характеризующим неблагоприятное социально-экономическое положение юго-восточных районов Ростовской области, можно отнести: отсутствие собственной топливно-энергетической базы; удаленность от крупных областных рынков сбыта продукции; отсутствие подтвержденных крупных промышленных запасов месторождений полезных ископаемых; отсутствие судоходных рек; удаленность от морских портов области. 31 мая 2019 года правительством Российской Федерации была принята государственная программа «Комплексное развитие сельских территорий» которая в свою очередь является правопреемницей подпрограммы «Устойчивое развитие сельских территорий», которая реализовывалась с 2014 года. Срок реализации госпрограммы – 2020–2025 годы. В каждом регионе разработаны и приняты аналогичные программы, реализация которых началась одновременно с федеральной в январе 2020 года. Основные цели государственной программы, прежде всего, направлены на сохранение доли сельского населения посредством повышения уровня и качества жизни на селе. [2]

Во исполнение Стратегии социально-экономического развития Ростовской области на период до 2030 года и для создания благоприятных условий проживания сельского населения, повышения уровня социального и инженерного обустройства сельских территорий, улучшения жилищных условий граждан, проживающих в сельской местности, а также привлечения молодых специалистов на работу в сельскую местность на территории Ростовской области с 2014 по 2019 годы реализовывалась подпрограмма «Устойчивое развитие сельских территорий» государственной программы Ростовской области «Развитие сельского хозяйства и регулирование рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия», утвержденной постановлением Правительства Ростовской области от 17.10.2018 № 652. На реализацию подпрограммы из бюджетов всех уровней направлено 6 994,4 млн рублей. [9]

Подпрограммой предусмотрена реализация направлений по улучшению жилищных условий граждан, проживающих в сельской местности, в том числе молодых семей и молодых специалистов, а также повышение уровня комплексного обустройства объектами социальной, инженерной и транс-портной инфраструктуры сельских территорий Ростовской области. Очередность граждан на улучшение жилищных условий ежегодно увеличивается и к 2019 году составила порядка двух тысяч сельских жителей. Укрепление инфраструктурного потенциала сельских территорий, повышение привлекательности для проживания трудоспособного населения в сельской местности является неотъемлемым фактором повышения уровня и качества жизни сельского населения. Необходим комплексный подход к реализации механизма государственной поддержки сельских территорий, в первую очередь, для решения проблемы обеспечения сельского населения жильем и его современного обустройства как основы для создания конкурентоспособного сельскохозяйственного производства. В рамках данной программы получили гос-поддержку порядка 2 тысяч сельских семей, из них более тысячи − это молодые семьи и молодые специалисты. Введено 158,0 тыс. кв. метров жилой площади. Предоставлено 2 396,0 млн. рублей из федерального и областного бюджетов, 95,0% получателей продолжают проживать и работать в сельской местности (рис.1, 2).

В целом реализация подпрограммы способствовала повышению уровня обеспеченности сельского населения благоустроенным жильем до 40 %. Это выше среднего уровня по стране (32,6 %).

Развитие инженерной инфраструктуры на сельских территориях является одним из главных условий активизации инвестиционных процессов в регионе. Реализованные или планируемые к реализации инвестиционные

проекты на сельских территориях являются одним из преимущественных критериев отбора муниципальных образований в Ростовской области для предоставления государственной поддержки на реализацию мероприятий по комплексному развитию сельских территорий. Так, за период с 2014 по 2019 годы в муниципальных районах области построено и введено в эксплуатацию 502,0 километра распределительных газовых сетей (62 объекта) и 379,2 километра локальных водопроводных сетей (45 объектов), (рис. 3)

Уровень обеспеченности сельского населения централизованным водоснабжением в Ростовской области увеличился с 57,8% в 2014 году до 64,1% в 2018 году, газом – с 56,8% до 61,1% соответственно. Реализовано 9 проектов комплексного обустройства площадок под компактную жилищную застройку, 15 проектов по благоустройству сельских населенных пунктов.

Введено в эксплуатацию 81,9 км автомобильных дорог в сельской местности (35 объектов, 1 204,7 млн рублей). Разработано 93 проекта для строительства:

  • 57 объектов газификации,
  • 28 объектов водоснабжения,
  • 8 объектов комплексного обустройства площадок под компактную жилищную застройку. [3]

В целом реализация подпрограммы способствовала повышению уровня обеспеченности сельского населения Дона благоустроенным жильем до 40 %. Это выше среднего уровня по стране (32,6 %).

В целом, на реализацию мероприятий подпрограммы «Устойчивое развитие сельских территорий»по Ростовской области в 2019 году направлено 1 689,4 млн рублей, в том числе средства федерального бюджета в размере 550,1 млн рублей, средства областного бюджета в размере 1 077, 1 млн руб-лей, привлечены средства местных бюджетов в размере 62,2 млн рублей, а также привлечены средства внебюджетных источников. Что позволило достигнуть следующих показателей:

  • предоставлены социальные выплаты на улучшение жилищных условий 354 сельским семьям, введено 29,5 тыс. кв.м. жилья;
  • введено в эксплуатацию 320,0 км распределительных газовых сетей (25 объектов);
  • введено в эксплуатацию 73,0 км локальных водопроводных сетей (3 объекта);
  • реализован 1 проект комплексного обустройства площадок под компактную жилищную застройку в сельской местности и 1 проект по благо-устройству сельской территории;
  • введено 13,7 км автомобильных дорог (3 объекта).

Продолжать начатые преобразования на Дону призвана новая Государственная программа Ростовской области «Комплексное развитие сельских территорий» включает в себя следующие подпрограммы:

  • создание условий для обеспечения доступным и комфортным жильем сельского населения и развитие рынка труда (кадрового потенциала) на сельских территориях;
  • создание и развитие инфраструктуры на сельских территориях.

Реализация региональной программы предусмотрена с 2020 по 2030 годы, в соответствии со Стратегией социально-экономического развития области до 2030 года. [2]

Цели региональной государственной программы созвучны целям, по-ставленным на федеральном уровне:

  • сохранение доли сельского населения в общей численности населения Ростовской области на уровне 32 процентов в 2030 г.; (в 2018 г. – 32 %);
  • увеличение среднемесячных располагаемых ресурсов сельских домохозяйств по отношению к городским домохозяйствам до 80 процентов в 2030 г. (в 2018 году – 64%);
  • повышение доли общей площади благоустроенных жилых помещений в сельских населенных пунктах до 41 процента в 2030 г. (в 2018 году – 40 %). [1]

Предполагается, что выполнение мероприятий Программы будет оцениваться 15 целевыми показателями:

1) доля сельского населения в общей численности населения Ростовской области;

2) соотношение среднемесячных располагаемых ресурсов сельского и городского домохозяйств Ростовской области;

3) доля общей площади благоустроенных жилых помещений в сельских населенных пунктах Ростовской области;

4) обеспеченность сельского населения питьевой водой;

5) уровень газификации домов (квартир) в сельской местности Ростовской области;

6) ввод в действие распределительных газовых сетей;

7) объем ввода (приобретения) жилья для граждан, проживающих на сельских территориях Ростовской области;

8) объем ввода жилья, предоставленного гражданам по договорам найма жилого помещения;

9) численность работников, обучающихся в федеральных государственных образовательных организациях высшего образования, подведомственных Министерству сельского хозяйства Российской Федерации, по ученическим договорам;

10) численность студентов, обучающихся в федеральных государственных образовательных организациях высшего образования, подведомственных Министерству сельского хозяйства Российской Федерации, привлеченных сельскохозяйственными товаропроизводителями для прохождения производственной практики;

11) ввод в действие локальных водопроводов;

12) количество проектов по обустройству инженерной инфраструктурой и благоустройству площадок, расположенных на сельских территориях, под компактную жилищную застройку;

13) количество реализованных проектов по благоустройству сельских территорий Ростовской области;

14) количество населенных пунктов, в которых реализованы проекты по созданию современного облика сельских территорий Ростовской области;

15) ввод в эксплуатацию автомобильных дорог общего пользования с твердым покрытием, ведущих от сети автомобильных дорог общего пользования к ближайшим общественно значимым объектам сельских населенных пунктов, а также к объектам производства и переработки сельскохозяйственной продукции.

Так как большая часть населения сельских территорий Дона заняты в аграрном секторе, то решение вышеназванных задач будет способствовать стабилизации демографической ситуации, повышению уровня социально-инженерного обустройства и в целом улучшению качества жизни жителей села. Кроме того, действие таких проектов оказывает положительное влияние на социальную сторону жизни населения сельских территорий и служит примером для успешной реализации подобных проектов не только в конкретном регионе, но и по всей России. Таким образом, социальная инфраструктура находится в тесной взаимосвязи с производством, органами государственной власти и самим население и только комплексный охват позволит решать задачи, поставленные перед социальной инфраструктурой.

Литература

1. Государственная программа Российской Федерации «Комплексное развитие сельских территорий» от 31 мая 2019 года № 696. – URL: http://docs.cntd.ru/document/554801411

2. Государственная программа Ростовской области «Развитие сельского хозяйства и регулирование рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия» от 17.10.2018 № 652 – URL: https://www.donland.ru/documents/9751/

3. Официальный портал Правительства Ростовской области : [официаль-ный сайт]. – Ростов-на-Дону. – Обновляется в течение суток. – URL: https://www.donland.ru/ (дата обращения: 19.08.2020). – Текст: электронный.

4. Бунчиков, О.Н. Эффективность инвестиционной поддержки аграрного предпринимательства в Ростовской области / О.Н. Бунчиков, С.Г. Сафонова, Шейхова М.С., Бородина О.Б. // Московский экономический журнал. 2019. № 11. С. 28.

5. Сафонова, С.Г. Развитие агробизнеса Ростовской области в условиях новых возможностей и ограничений / С. Г. Сафонова, М.С. Шейхова // Мос-ковский экономический журнал. 2019. № 12. С. 91.

6. Стрелка, Е.А. Актуализация содержания категорий “стратегическое планирование развития сельских территорий” и “трансформация философии хозяйствования в сельских территориях” / Е.А. Стрелка // Экономика сель-ского хозяйства России. 2019. № 11. С. 101-105.

7. Федотова, М. Ю. Устойчивое развитие сельских территорий как направление стратегии их функционирования: монография /М.Ю. Федотова, А.А. Ломакин. – Пенза: РИО ПГСХА, 2013. – 200 с.

8. Формирование инновационной модели развития предприятий АПК : теоретические основы, приоритеты и инструменты реализации : монография / О. Н. Бунчиков, С. Г. Сафонова, М. А. Холодова, М. С. Шейхова ; Донской ГАУ ; ФГБНУ Федеральный Ростовский аграрный центр (ФРАНЦ). – Перси-ановский : Донской ГАУ, 2020. – 188с.

9. Холодова, М.А. Об обновленных формах государственной поддержки сельского хозяйства региона / М.А. Холодова, С.Г. Сафонова, М.С. Шейхова // Региональные проблемы преобразования экономики. 2019. № 11 (109). С. 42-50.




Московский экономический журнал 8/2020

УДК 316.4. 304.3.636/639. 311.313

DOI 10.24411/2413-046Х-2020-10583

ХОЗЯЙСТВА СЕВЕРА ЯКУТИИ В ДИНАМИКЕ СОВРЕМЕННОГО АГРАРНОГО РАЗВИТИЯ: КРАТКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ТРАДИЦИОННОГО ЖИВОТНОВОДСТВА 

FARMS OF THE NORTH OF YAKUTIA IN THE DYNAMICS OF MODERN AGRICULTURAL DEVELOPMENT: A BRIEF DESCRIPTION OF TRADITIONAL ANIMAL HUSBANDRY

Санникова Яна Михайловна, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник отдела истории и арктических исследований, Институт гуманитарных исследований и проблем малочисленных народов Севера СО РАН, г. Якутск, sannikowa@mail.ru

 Sannikova Yana Mikhailovna, candidate of history, Senior Researcher, Department of History and Arctic research, The Institute of Humanities Research and Indigenous Studies of the North, SB RAS, Yakutsk 

Аннотация. В статье продолжено изучение северного хозяйства на современном этапе аграрного развития, в данном случае статистический анализ произведен за период 2000 – 2018 гг. На основе официальных статистических данных по Республике Саха (Якутия) и итогов Всероссийской сельскохозяйственной переписи 2016 г. представлены результаты анализа  состояния хозяйств 15 арктических и северных районов Якутии, их трудовых и земельных ресурсов,  динамики основных показателей традиционного животноводства – домашнего оленеводства, табунного коневодства, разведения крупного рогатого скота. Также показана структура поголовья и производства основной продукции в сельском хозяйстве всего региона.

Summary. The article presents a statistical analysis of the development of the traditional economy of the North at the present stage for the period 2000-2018. The results of the analysis of the development of farms in 15 Arctic and Northern regions of Yakutia, their labor and land resources, the dynamics of the main indicators of traditional animal husbandry-domestic reindeer, horse and cattle breeding over 18 years based on official data for the Republic of Sakha (Yakutia) and the results of the all – Russian agricultural census of 2016  are presented. The dynamics of the structure of livestock and production of the main types of agricultural products in the region as a whole is presented.

Ключевые слова: традиционное хозяйство, Север, Якутия, динамика показателей, животноводство.

Keywords: traditional economy, North, Yakutia, dynamics of indicators, animal husbandry.

На современном этапе социально-экономического развития региона и страны в целом особое место занимает аграрный сектор экономики республики, в котором трудятся традиционно представители коренного населения края. Исконно сложившийся хозяйственный уклад жизни сохраняется в традиционных направлениях животноводства и промыслов: разведении крупного рогатого скота, табунном коневодстве, оленеводстве, охоте и рыболовстве. Исторически развитие получило и земледелие в Якутии: выращивание зерновых и огородничество. В данной статье внимание обращено на динамику современного развития именно традиционного животноводства Севера Якутии – оленеводства, скотоводства, табунного коневодства – как основы традиционного хозяйства коренных народов, встроенного в современную аграрную систему государства. Изучаемые 15 арктических и северных улусов/районов Якутии представлены согласно предложенному и обоснованному ранее природно-хозяйственному разделению на основе природно-географических особенностей и хозяйственной специализации по   3 группам районов [3].

По данным Всероссийской сельскохозяйственной переписи 2016 г. общее число хозяйств и структура по основным категориям хозяйств изучаемых 15 улусов/районов представлена следующим образом. (Общее число хозяйств подсчитаны по основным трем категориям хозяйств: сельскохозяйственные организации (далее – сельхозорганизации/СХО), крестьянские (фермерские) хозяйства и индивидуальные предприниматели  в сельском хозяйстве (далее – крестьянские хозяйства/КФХ и ИП), личные подсобные хозяйства и индивидуальные хозяйства граждан (далее – личные хозяйства (населения)/ЛПХ). Здесь нужно иметь в виду, что такая категория как родовые общины вынуждены учитываться в основном в составе организаций или индивидуальных предпринимателей и официальная статистика в настоящее время их отдельно не учитывает).

Как видно из табл. 1, по данным ВСХП 2016 г. в 15 изучаемых районах было 8,1% всех хозяйств республики: 19,6% всех сельскохозяйственных организаций, 10,7% всех крестьянских (фермерских) хозяйств и индивидуальных предпринимателей в сельском хозяйстве, 8,0% личных подсобных хозяйств и индивидуальных хозяйств граждан.

Среди 10753 хозяйств изучаемых 15 районов удельный вес личных хозяйств составил 94,6%, крестьянских (фермерских) хозяйств и ИП в сельском хозяйстве – 3,8%, сельхозорганизаций – 1,6%. В северо-западно-прибрежной группе находились 18,6% изучаемых хозяйств, в северо-восточной – 56,3%, индигиро-колымской – 25,1%. Из всех сельхозорганизаций изучаемых районов 29,9% находились в северо-западно-прибрежной группе, 46,6% – в северо-восточной, 23,6% – в индигиро-колымской; из крестьянских хозяйств: 8,0% – в северо-западно – прибрежной, 63,7% – в северо-восточной, 28,2% – в индигиро-колымской группах; из личных хозяйств: 18,8% – в северо-западно-прибрежной, 56,2% – в северо-восточной, 25,0% – в индигиро-колымской группах. В структуре категорий хозяйств по всем трем группам районов за личными хозяйствами сохранялось абсолютное преимущество: в северо-западно-прибрежной – 95,7%, северо-восточной – 94,3%, индигиро-колымской – 94,2% от всех хозяйств соответствующей группы. В северо-восточной и индигиро-колымской группах удельный вес крестьянских хозяйств составил по 4,3% от всех хозяйств соответствующей группы, при этом в северо-западно-прибрежной группе – 1,7%, в то же время сельхозорганизаций в данной группе было 2,6%, а в северо-восточной и индигиро-колымской группах – 1,3% и 1,5% от  всех хозяйств соответственно. Наиболее активное развитие сельхозорганизаций в северо-западно-прибрежной группе связано с оленеводческой направленностью хозяйств, которые развивались в форме предприятий и родовых общин. А скотоводческое и коневодческое направления хозяйств, распространенные в северо-восточной и индигиро-колымской группах, развивались больше в крестьянских хозяйствах.  При этом, как видно выше, личные хозяйства населения составляли во всех трех группах абсолютное большинство [1,4].

Что касается количества занятых в сельскохозяйственной сфере, то официальные работники учитываются только по категориям сельхозорганизаций и крестьянских хозяйств.

Как видно, из табл. 2, в изучаемых районах работают 17,6% всех занятых в сфере по республике, в том числе в сельхозорганизациях – 26,8% и в КФХ и ИП – 9,6%. При этом  в  этих 15 районах  70,4% работников заняты  в сельхозорганизациях и 29,4% – в КФХ и ИП. Из 2436  работников в 15 изучаемых районах заняты в северо-западно-прибрежной группе 43,6%, в северо-восточной – 45,9%,  в индигиро-колымской – 10,6%. Из всех 1716 работников сельхозорганизаций  58,7% относятся к северо-западно-прибрежной группе, 34,9% – северо-восточной, 6,4% – индигиро-колымской; из 716 официально занятых в КФХ и ИП  7,3% относятся к северо-западно-прибрежной, 72,5% – северо-восточной, 20,5% – индигиро-колымской. В северо-западно – прибрежной группе 94,9% работников заняты в сельхозорганизациях и 4,9% – в КФХ и ИП, в северо-восточной группе 53,6%  – в сельхозорганизациях и 46,4% – в КФХ и ИП, в индигиро-колымской  42,8% – в сельхозорганизациях и 56,4% – в КФХ и ИП. При этом мы всегда имеем ввиду, что повседневно в своих личных хозяйствах трудятся многие члены семей. В качестве замечания к данным переписи касаемо порайонного количества занятых, некоторые цифровые данные имеют небольшие погрешности [1,4].

Основным ресурсом в деятельности хозяйств являются земельные ресурсы. Здесь мы остановимся непосредственно на наличии сельскохозяйственных угодий  и их структуре  по основным категориям хозяйств.

Как видно из табл. 3, в 15 изучаемых районах расположены 9,9% всех сельскохозяйственных угодий хозяйств всех категорий в республике, в том числе 13,2% всех угодий сельхозорганизаций, 10,3% – КФХ и ИП, 6,6% – личных хозяйств населения. При этом 52,7% сельхозугодий всех категорий хозяйств изучаемых районов приходится на сельхозорганизации, 21,0%, – КФХ и ИП, 26,3% – личные хозяйства. Из 50526,9 га сельскохозяйственных угодий хозяйств изучаемых районов, 11,7% относятся  к северо-западно-прибрежной группе, 61,1% – северо-восточной, 27,2% – индигиро-колымской. Из 26610,2 тыс. га угодий сельхозорганизаций на северо-западно-прибрежную группу приходится 14,9%, северо-восточную – 50,6%, индигиро-колымскую – 34,5%;  из 10598,3 тыс. га угодий КФХ и ИП  на северо-западно-прибрежную – 14,0%,  северо-восточную – 73,1%,  индигиро-колымскую – 12,8%; из 13318,7 тыс. га угодий личных хозяйств на северо-западно-прибрежную – 3,4%, северо-восточную – 72,6%, индигиро-колымскую – 24,0%. В северо-западно-прибрежной группе 67,1% сельхозугодий приходится  на сельхозорганизации, 25,2% – КФХ и ИП, 7,7% – личные хозяйства; в северо-восточной 43,6% угодий – сельхозорганизации, 25,1% – КФХ и ИП, 31,3% – личные хозяйства; в индигиро-колымской 66,8% угодий – сельхозорганизации, 9,9% – КФХ и ИП, 23,3% – личные хозяйства населения[1,4]. Специализация по группам районов подтверждается в структуре  размеров обеспеченности сельхозугодьями. Оленеводческо-промысловый тип хозяйства северо-западно-прибрежной группы предопределяет в основном низкий уровень обеспеченности хозяйств сельхозугодьями. В то же время это выявляет проблему неучета оленьих и конских пастбищ, которые в середине 2000-х гг. в связи с изменениями в земельном законодательстве и перевода их в состав земель лесного фонда. Поэтому данное специфичное распределение угодий для оленеводческо-промыслового типа хозяйств показывает необходимость отдельного учета особенно оленьих пастбищ. Для северо-восточной и индигиро-колымской групп, в которых повсеместно и локально распространено разведение крупного рогатого скота и табунного коневодства свойственно более равномерное распределение различных размеров обеспеченности сельхозугодий, предусматривающих сенокосные и пастбищные земли.

Таким образом, на основе итогов Всероссийской сельскохозяйственной переписи 2016 г. показаны данные по трудовым и земельным ресурсам в деятельности хозяйств изучаемых арктических и северных районов.

Далее рассмотрим поголовье в традиционном животноводстве – основной количественный показатель почти за все последние двадцать лет, в динамике 2000 – 2018 гг. (за 2019-2020 гг. по муниципальным образованиям открытых данных еще нет) по группам изучаемых районов. Как этнообразующее хозяйственное занятие коренных малочисленных народов Севера, и как хозяйственное занятие с преобладающим поголовьем на Севере Якутии, домашнее оленеводство – разведение северных оленей является ведущим направлением в традиционной хозяйственной деятельности арктических и северных улусов/районов региона. Более подробно динамика поголовья оленей в 15 районах показана далее.

Как видно из табл. 4, в 2000 г. в 15 изучаемых районах содержались 76,3% всех оленей республики,  в 2010 г.  – 80,4%, в 2018 г. – 81,9%. За 2000- е гг. в изучаемых  районах поголовье выросло на 26,0%, но за следующие пять лет, к 2015 г. произошло снижение на 21,0%, и с небольшой положительной  динамикой в 2016 г., к концу 2018 г. снижение во второй половине 2010-х гг. составило 5,7%. В результате, за 18 лет  в 15 районах произошло увеличение численности на 842 головы – на 0,7%, в то же время за 2010-е гг. существенное снижение составило 25,5% – на 41111 голов. Соотношение численности оленей по группам районов за рассматриваемые годы сложилось следующим образом: в 2000 г. в северо-западно-прибрежной  – 54,0%,  в северо-восточной – 41,8%, в индигиро-колымской – 4,2% всех оленей изучаемых арктических и северных районов; в 2010 г. в северо-западно-прибрежной  – 51,6%,  в северо-восточной –45,5%, в индигиро-колымской –2,9%; в конце 2018 г. в северо-западно-прибрежной  – 64,2%,  в северо-восточной –33,6%, в индигиро-колымской –2,2%. Таким образом соотношение по группам районов за все рассматриваемые годы изменилось в сторону постепенного увеличения сосредоточения поголовья оленей в северо-западно-прибрежной группе – в специализирующихся в оленеводческо-промысловом хозяйствовании  районах (на 10,2%) за счет практически соответствующего уменьшения доли оленей в северо-восточной группе (на 8,2%). При этом в северо-западно-прибрежной группе всё-таки тенденция положительной динамики за 2000-2018 гг. сохранилась – увеличение поголовья в абсолютных показателях составила 19,8%, хотя общее существенное снижение с 2010 г. по  2015 г. было характерно и для этой группы (на 10,9%). В северо-восточной группе произошло за эти 18 лет снижение численности оленей на 19,1%, в индигиро-колымской – на 47,7%. Таким образом, поголовье оленей имело целенаправленную тенденцию сохранения и некоторого увеличения в специализирующейся на оленеводстве группе –  на 12731 голову, а в северо-восточной, которая специализируется и на других направлениях животноводства и в индигиро-колымской с локальным оленеводством произошло существенное сокращение поголовья, которое  составило в абсолютных величинах 9515 голов и 2374 голов соответственно.

Вторым по численности в этих суровых природных условиях является развитие табунного коневодства.

Как видно из табл.5, всего в 2000 г. разводилось лошадей 20,0 % от общего поголовья республики, в 2010 г. – 15,0%, в 2018 г. – 11,2%. Это снижение удельного веса лошадей в 15 районах происходило на фоне общей положительной и достаточной стабильной динамики численности голов в табунном коневодстве  по республике. В изучаемых районах наибольшее количество лошадей разводится в северо-восточной группе: в 2000 г. – 64,7%, в 2010 г. – 64,8%, в 2018 г. – 79,9%. И в целом в абсолютных показателях за все рассматриваемые годы в группе количество поголовья лошадей сохранялось достаточно стабильно, за 18 лет снижение составило 910 голов – на 5,4%. В северо-западно-прибрежной группе итак небольшой удельный вес поголовья лошадей снизился за эти годы на 673 головы – на 42,2%, в индигиро-колымском – на 4503 головы – на 59,5%. Всего за 18 лет в 15 районах произошло сокращение поголовья в табунном коневодстве в абсолютных показателях на 6068 головы – на 23,4%.

Северное скотоводство в изучаемых районах развивается в последние десятилетия очень сложно, что связано как с изменениями  в климатических условиях, что сказывается негативно на состоянии  сенокосных и пастбищных угодий на Севере, но наш взгляд, и с особенностями аграрной политики, преимущественно неориентированной на всемерную поддержку локальных скотоводческих хозяйств. Хотя в условиях деятельности арктических и северных хозяйств скотоводство имеет очень специфичное организационное устройство даже по сравнению с центральными районами республики.

В табл. 6 отражено, что  в изучаемых районах  в 2000 г. разводили 7,6% голов крупного рогатого скота республики, в 2010 г. – 6,2%, в 2018 г. – 5,1%. При этом в северо-восточной группе содержали  71,0% скота изучаемых районов в 2000 г., 75,9% – в 2010 г., 80,2% – в 2018 г. В северо-западно-прибрежной группе держали по общепринятым меркам мизерное количество поголовья  всех изучаемых районов (в 2000 г. – 3,5%  и в 2018 г. – 3,0%), как показывают материалы полевых исследований, каждая сохраненная голова скота, особенно коровы, это тяжелым трудом производимые молоко и молочные продукты местных хозяйств, поэтому как бы трудно не было с обеспечением кормами и сеном, хозяйства, которые разводят крупный рогатый скота стараются изо всех сил до последней возможности. В индигиро-колымской группе удельный вес скота среди изучаемых районов  снизился с 25,5% в 2000 г. до 16,7% в 2018 г.

Общее снижение в 15 районах за 18 лет составило 12645 голов – на 57,3%. В северо-западно-прибрежной группе сокращение поголовья  крупного рогатого скота за 2000-2018 гг. составило 486 голов – 63,2%, в северо-восточной – 8101 голов, или 51,8%, в индигиро-колымской группе – 4058 голов, или 72,1%. Потеря поголовья крупного рогатого скота на Севере Якутии, сокращение хозяйственных масштабов скотоводческого направления, постоянное снижение количества голов скота – показателя стабильности хозяйств является катастрофическим процессом.

Далее также важным является в традиционном животноводстве показать динамику структуры поголовья по основным категориям хозяйств в целом по республике.

Табл.7 показывает, что в разведении крупного рогатого скота специфика хозяйственной деятельности и на современном этапе позволяет говорить о том, что скот  преимущественно сохраняется за  хозяйствами населения: в 2000 г. – 69,7% голов скота, в 2010 г. – 51,3%, в 2018 г. – 54,0%. Также в частном секторе, у крестьянских хозяйств содержались в 2000 г. – 14,0% голов скота, в 2010 г. – 28,6%,  в 2018 г. – 27,2%. В сельхозорганизациях и подсобных хозяйствах доли поголовья составили: в 2000 г. – 16,3%, 2010 г. –20,1%,  2018 г. –  18,2%. В табунном коневодстве поголовье  сосредоточено в частном секторе: динамика показывает, что в 2000 г. составило 56,1% (40% -за хозяйствами населения, 16,1% – за крестьянскими хозяйствами), в в сельхозорганизациях – 44,0%. К концу рассматриваемого периода тенденция усиливающегося сосредоточения поголовья в частном секторе за счет увеличения доли лошадей в крестьянских хозяйствах выражена следующим образом: в крестьянских хозяйствах – 40,8% голов, в хозяйствах населения – 36,8%, всего 77,6% голов лошадей в частном секторе. За сельхозорганизациями остаются 22,3% голов лошадей. В оленеводстве преимущество численности оленей сохранялось за категорией сельхозорганизаций – в 2000 г. – 80,7% и 2018 г. – 94,1%, но как было сказано выше, сюда включены родовые общины, которые, к сожалению, перестали учитывать официально отдельно, что является препятствием в анализе фактического положения именно в оленеводстве (и в промыслах) и в хозяйствах коренных малочисленных народов Севера.

Кратко рассмотрим динамику объемов производства основной продукции животноводства – мяса и молока.

Как видно из табл.8, в производстве основной продукции животноводства динамика представлена в общих  в объемах производства мяса, но отметим, что в изучаемых улусах практически доля производства мяса скороспелых отраслей и птицы отсутствует, в силу особенностей северного животноводства, производство продукции которого осуществляется за счет его традиционных направлений и охотничьего промысла.

При положительной динамике по некоторым периодам, в целом  за 18 лет в 15 районах объемы производства мяса снизились на 664 тонн, или на 18,3%. При том спаде поголовья, который выше показан  по всем направлениям традиционного животноводства, ожидаемый спад производства мяса в изучаемых улусах сдержан за счет охотничьей добычи мяса, в основном диких северных оленей. Основной спад производства мяса произошел  в индигиро-колымской группе – на 66,5% и в северо-западно-прибрежной – на 20,2%, в северо-восточной составил 0,1% и эта же группа районов дает основную долю производства мяса – в 2000 г. – 61,1%  и в 2018 г. – 74,7%.

В целом доля производства мяса  15 районов  в 2000 г. составила 11,3% всего производства мяса хозяйствами республики, в 2018 г. – 8,4%.

В табл. 9 отражена динамика валового надоя молока в 15 изучаемых районах, как было сказано выше, небольшие доля и   объемы производства молока нисколько не умаляют важность и ценность данного вида продукции в арктических  и северных районах.  В 2000 г. относительно объемов производства молока по республике в изучаемых районах они составили 7,7%, в 2018 г. – 5,7%. Спад в абсолютных показателях произошел на 25,5%. Уязвимыми стали северо-западно-прибрежная группа за счет оленеводческо-промысловой хозяйственной деятельности и сокращения имеющихся локальных скотоводческих хозяйств, также и индигиро- колымская группа: на 371 тонн – 70,0% и на 987 тонн – на 33,3% соответственно. В северо-восточной группе сокращение объемов производства молока составило 1938 тонн, или 21,0%. В целом эта же группа являлась основным производителем молока, ее доля в 2000 г. составила 72,5%, в 2018 г. – 77,4%.  В индигиро-колымской группе в 2000 г. было произведено 23.3% молока, в 2018 г. – 20,9%; в северо-западно-прибрежной в 2000 г. – 4,2%, в 2018 г. – 1,7%.

Структура производства основных видов продукции животноводства по категориям хозяйств по РС(Я) распределилась следующим образом.

Как видно из табл. 10, за 2000-2018 гг. основными производителями продукции оставались представители частного сектора, при этом при относительном уменьшении доли хозяйств населения с 61,3-66,3% до 45,0-50,0%, увеличилась доля крестьянских хозяйств и индивидуальных предпринимателей в сельском хозяйстве  с 16,4% до 28,1-29,8%, то есть почти до трети объемов производства. При этом сельхозорганизации тоже несколько увеличили долю в объеме производства – с 17,3 -22,3% до 20,2-26,9%, то есть по мясу до четверти. Таким образом, частный сектор производил в 2000 г. 77,7% объемов мяса и 82,7%  – молока и в 2018 г. – 73,1% – мяса, 79,8% – молока.

Таким образом, краткая характеристика основных показателей традиционного животноводства хозяйств   Севера Якутии в динамике современного аграрного развития позволяет  сделать следующие предварительные выводы:

  • в  традиционном животноводстве изучаемых 15 арктических и северных улусов/районов Якутии в современной аграрной системе экономики развиваются домашнее оленеводство, табунное коневодство, разведение крупного рогатого скота;
  • статистический анализ произведен на основе ранее обоснованного природно-хозяйственного районирования по трем группам районов;
  • по данным Всероссийской сельскохозяйственной переписи 2016 г.  всего осуществляют деятельность 10753 хозяйств всех категорий, из них 94,6% личных хозяйств, 3,8% крестьянских (фермерских) хозяйств и ИП в сельском хозяйстве, 1,6% сельхозорганизаций. В северо-западно-прибрежной группе наиболее активное развитие сельхозорганизаций связано с оленеводческой направленностью хозяйств, которые развивались в форме предприятий и родовых общин, учет последних проводится в составе СХО. А скотоводческое и коневодческое направления хозяйств, распространенные в северо-восточной и индигиро-колымской группах, развивались больше в крестьянских хозяйствах.  При этом, нужно иметь ввиду, что личные хозяйства населения составляют во всех трех группах абсолютное большинство;
  • учет трудовых ресурсов – работников официально занятых в сельскохозяйственной сфере проводится  только в категориях сельхозорганизаций и крестьянских хозяйств. Всего заняты в изучаемых районах 2436 человек, при этом 70,4% работников сельхозорганизаций и 29,4% – в КФХ и ИП. Повседневно в своих личных хозяйствах трудятся многие члены семей, которые не включены в официальную перепись;
  • основной ресурс развития аграрного развития в целом земельный в традиционном хозяйстве Севера Якутии отчетливо показывает сложность учета его достаточности. И связано это с тем, что  стоит  проблема неучета оленьих и конских пастбищ, которые в середине 2000-х гг. в связи с изменениями в земельном законодательстве были переведены в состав земель лесного фонда. Открытые данные доступны только для учета земель сельскохозяйственного назначения, что делает особенно уязвимы северные хозяйства. Сельхозугодья  для северо-западно-прибрежной группы составляют мизерную долю, для северо-восточной и индигиро-колымской групп, в которых повсеместно и локально распространено разведение крупного рогатого скота и табунного коневодства свойственно более равномерное распределение различных размеров обеспеченности сельхозугодий, предусматривающих сенокосные и пастбищные земли;
  • в динамике основного количественного показателя благополучия  северных хозяйств – поголовья в традиционном животноводстве осуществлен анализ за достаточно большой промежуток периода 2000-2018 гг., что является основой для будущего анализа за 20 лет ХХI в., при доступности данных. Сейчас же можно говорить о том, что кризис в численности поголовья в изучаемых арктических и северных районах Якутии был продолжен после первых постсоветских 1990-х гг. В домашнем оленеводстве после некоторого увеличения с 119173 голов в 2000 г. до 161126 голов в 2010 г. произошел спад поголовья дл 120015 голов в 2018 г. В табунном коневодстве в северных хозяйствах произошел спад с 25958 голов в 2000 г. до 19872 голов в 2018 г. Катастрофическим оказался спад поголовья крупного рогатого скота – с 22047 голов в 2000 г. до 9402 голов в 2018 г. Выше в тексте статьи обозначены особенности динамики поголовья по трем группам районов. Здесь же можно подчеркнуть, что относительно стабильным по поголовью является северо-восточная группа районов, в котором в силу особенностей природно-хозяйственных условий развиваются в комплексе все направления традиционного животноводства. Северо-западно-прибрежная группа с оленеводческо-промысловым направлением занимается преимущественно домашним оленеводством, что также отражается на кризисном для них положении. В индигиро-колымской группе критически снизилось поголовье по всем направлениям: и в оленеводстве, и в табунном коневодстве, и в скотоводстве;
  • второй количественный показатель – объемы производства основной продукции – мяса и молока – показывают, что снижение поголовья как следствие вызвало и снижение объемов проивзосдтва. По изучаемым 15 районам с 3629 тонн мяса в 2000 г. до 2965 тонн в 2018 г., относительное удержание спада поддерживается добычей промыслового мяса, в основном диких северных оленей. Вадовой надой молока  уменьшился с 12710 тонн молока в 2000 г. до 9468 голов в 2018 г. Более подробно особенности динамики объемов производства о группам райнов показаны в тексте статьи, но можно говорить, что особенности по ним сохранены также как и в показателях поголовья;
  • по общереспубликанским данным структура поголовья и производства преимущественно остается за частным сектором. В разведении крупного рогатого скота поголовье сохраняется за  хозяйствами населения: в 2000 г. – 69,7% голов скота и  в 2018 г. – 54,0%. У крестьянских хозяйств содержались в 2000 г. – 14,0% голов скота и  в 2018 г. – 27,2%. В табунном коневодстве поголовье  в частном секторе в 2000 г. составило 56,1% (40% -за хозяйствами населения, 16,1% – за крестьянскими хозяйствами), В 2018 г. в крестьянских хозяйствах стало  40,8% голов, в хозяйствах населения – 36,8%, всего 77,6% голов лошадей в частном секторе. В оленеводстве преимущество численности оленей сохранялось за категорией сельхозорганизаций – в 2000 г. – 80,7% и 2018 г. – 94,1%, но как было сказано выше, сюда включены родовые общины, которые не  учитывают официально отдельно, что является, наравне с отсутствием отдельного учета оленьих (и конских)  пастбищ, препятствием в анализе фактического положения именно в оленеводстве (и в промыслах) и в хозяйствах коренных малочисленных народов Севера. Частный сектор аграрной экономики республики производил в 2000 г. 77,7% объемов мяса и 82,7%  молока и в 2018 г. – 73,1% объемов мяса и  79,8% молока.

Список источников и литературы

  1. Итоги Всероссийской сельскохозяйственной переписи 2016 года по Республике Саха (Якутия): В 8т./Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по Республике Саха (Якутия) – Якутск, 2019г. Т.1: Основные итоги Всероссийской сельскохозяйственной переписи 2016 года: кн.2: Основные итоги Всероссийской сельскохозяйственной переписи 2016 года по муниципальным районам и городским округам Республики Саха (Якутия) . – 205с.: с диаг.https://sakha.gks.ru/search?q=всхп+2016+рс+я&date_from=&content=on&date_to=&search_by=all&sort=relevance  (Доступ 20.08.2020)
  2. Статистический ежегодник Республики Саха (Якутия): Стат. сборник /Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по Республике Саха (Якутия). Якутск, 2019. С.339-379.
  3. Cанникова Я.М. Традиционное хозяйство коренных народов Севера Якутии в условиях трансформаций постсоветского периода: некоторые результаты исследования //Арктика и Север. 2017. № 28. С. 92-105.
  4. Санникова Я.М. Основные показатели развития традиционного северного хозяйства по данным Всероссийской сельскохозяйственной переписи 2016 года (на примере Республики Саха (Якутия) //Московский экономический журнал» (QJE.SU). № 12.2019 Доступ: https://qje.su/selskohozyajstvennye-nauki/moskovskijekonomicheskij-zhurnal-12-2019-2/.




Московский экономический журнал 8/2020

УДК 332.2

DOI 10.24411/2413-046Х-2020-10580

Трансформация закона о землеустройстве: проблемы и перспективы 

Тransformation of the law on land management: challenges and prospects

Барсукова Галина  Николаевна, кандидат экономических наук, доцент ВАК, профессор кафедры землеустройства и земельного кадастра, Кубанский государственный аграрный университет имени И. Т. Трубилина, г. Краснодар, E-mail: galinakgau@yandex.ru 

Barsukova Galina Nikolaevna, сandidate of economics, assistant professor VAK, professor of the Department of Land Management and Land Cadastre Kuban State Agrarian University, Krasnodar, E-mail: galinakgau@yandex.ru 

Юрченко Ксения Александровна, кандидат экономических наук, старший преподаватель землеустройства и земельного кадастра, Кубанский государственный аграрный университет имени И. Т. Трубилина, г. Краснодар, E-mail: ivahno-ks@mail.ru

Yurchenko Ksenia Alexandrovna, сandidate of economics, senior lecturer, of the Department of Land Management and Land Cadastre Kuban State Agrarian University, Krasnodar, E-mail: ivahno-ks@mail.ru

Литра Елена Николаевна, Кубанский государственный аграрный университет имени И. Т. Трубилина, г. Краснодар, E-mail: litraen@yandex.ru

Litra Elena Nikolaevna, student in the master’s programme of the Faculty of Land Management Kuban State Agrarian University, Krasnodar E-mail: litraen@yandex.ru 

Пощенко Дмитрий Андреевич, Кубанский государственный аграрный университет имени И. Т. Трубилина, г. Краснодар, E-mail: mitya.poshenko@yandex.ru

Poshchenko Dmitry Andreevich, student in the master’s programme of the Faculty of Land Management Kuban State Agrarian University, Krasnodar E-mail: mitya.poshenko@yandex.ru 

Аннотация. В статье дан экскурс в историю зарождения  и развития землеустройства  в России. Выполнена оценка проекта федерального закона «О землеустройстве», основанного на отмене категорий земель, добровольности осуществления землеустроительных мероприятий. Сделан вывод, что предложенная схема землеустройства не решит существующие проблемы землевладения (землепользования). Авторами предложена уточненная модель современного землеустройства, адаптированная к условиям рыночной экономики с учетом современных проблем использования земельных ресурсов  РФ,  учитывающая мнения ученых и представителей профессионального землеустроительного сообщества.

Summary. The article provides an excursion into the history of the origin and development of land management in Russia. The assessment of the draft federal law “On land management”, based on the abolition of land categories, the voluntariness of the implementation of land management activities, was carried out. It is concluded that the proposed land management scheme will not solve the existing problems of land tenure (land use). The authors proposed a refined model of modern land management, adapted to the conditions of a market economy, taking into account modern problems of the use of land resources in the Russian Federation, taking into account the opinions of scientists and representatives of the professional land management community. 

Ключевые слова: землеустройство, закон, нормативно-правовое обеспечение, территориальное зонирование, землеустроительная документация.

Keywords: land management, legal support, territorial zoning, land management documentation

Введение

Современное землеустройство согласно Земельному кодексу РФ (гл. XI. ст. 68) включает в себя мероприятия по изучению состояния земель, планированию и организации рационального использования земель и их охраны, описанию местоположения и (или) установлению на местности границ объектов землеустройства, организации рационального использования гражданами и юридическими лицами земельных участков для осуществления сельскохозяйственного производства, а также по организации территорий, используемых общинами коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации.

Термин «землеустройство», по данным профессора Ф. Г. Некрасова, появился в русском языке только в 1906 г. Ранее при осуществлении землеустроительных действий употребляли термины «землемерие», «землемерство», «межевание», «поземельное устройство».

В 1907-1910 гг. в России были проведены землеустроительные работы по разверстанию селений с общинным и подворным землепользованием на хутора и отруба и выделу к одному месту отдельных участков из общинных земель для 963194 дворов 49109 сельских обществ. Были выполнены  землемерные работы по единоличному землеустройству на площади 4,5 млн. га и работы по групповому землеустройству (разделу земель между селениями, выделу земель под выселки, разверстанию чересполосности надельных земель, общности землепользования и др.) на территории 364853 дворов, площадью 3,3 млн. га. Содержание землеустройства как главного механизма  реализации Столыпинской земельной реформы стало регулироваться Высочайше утвержденным 29 мая 1911 г. Законом о землеустройстве. Этот закон по своему значению, содержанию, целям, задачам, научной и практической обоснованности, методам и масштабам осуществления выделял Российскую Империю из состава ведущих государств мирового сообщества как Великую державу, способную за счёт глобальных перемен в землепользовании, сделать мощный рывок в развитии экономики и социальной жизни в стране [8].

Несмотря на то, что термин «землеустройство» появился в истории России в начале  XX в., работы по межеванию земель известны с Киевской Руси. Первые масштабные межевые работы в России проводились во время писцовых описаний, когда в целом по государству отсутствовала ясность в количестве и качестве земель поместий и вотчин, дворцовых, государственных, монастырских, церковных, крестьянских земель. Писцовые описания начались в 1551 г. при Иване Грозном и продолжались до конца XVII в. Главной их задачей было установить границы (межи) между землевладельцами и сделать их описание, разрешить земельные споры.

С первой половины XVIII в. в России из-за сильной запутанности земельных отношений началось генеральное межевание, которое длилось почти 100 лет, до 1861 г.  Инструкция Генерального межевания подтвердила одну из статей Уложения 1649 г., в силу которой отдельные владельцы, в случае желания размежеваться, могли просить о высылке для этого межевщиков. При этом требовалось полюбовное соглашение владельцев относительно развода земель и принятие ими на свой счет расходов по содержанию межевых партий. Так возникло специальное межевание, через землемеров генерального размежевания земель и по его правилам.

Это был 1-й этап специального межевания – межевание через уездных землемеров. Оно длилось около 30 лет (1806–1836). Межевание проводилось при условии добровольного согласия на размежевание.

2-й этап специального межевания – через посредников (1836–1853) был предусмотрен в целях ускорения межевых работ. В уездах была введена должность посредников – выборных из местного дворянства для осуществления посреднических действий при наличии спорных вопросов.

3-й этап специального межевания длился с 1853 г., когда был издан Закон о судебно-межевом разбирательстве, до 1913 г. – окончания работ. Это был этап судебно-межевого разбирательства.

Во многих губерниях специальное межевание не было закончено, но в условиях Первой мировой войны работы продолжаться не могли.

Генеральное и специальное межевание имели признаки землеустройства. Они обеспечили установление порядка в земельных делах, способствовали  развитию капиталистических отношений в России.

После реформы 1861 г. чересполосица в расположении помещичьих и крестьянских земель  оказалась тормозом для перехода к капиталистической системе хозяйства. Поэтому возникла необходимость в размежевании частновладельческих и крестьянских земель, в ходе которой нужно было устранить чересполосицу, свести земли отдельных землевладений к одному месту, предоставить крупным землевладельцам возможность ввести самостоятельные севообороты.

Переход к капиталистической организации производства требовал от землевладельцев более рационального внутреннего земельного устройства хозяйств. В ходе землеустройства крупных имений их территории разбивались на отдельные хозяйственные единицы, внутри которых вводились севообороты, нарезались поля. Эти работы положили начало внутрихозяйственному землеустройству [6].

Следует отметить, что работы по землеустройству образуемых хуторов и отрубов при проведении Столыпинской реформы оплачивало государство. На землеустройство было израсходовано 134,5 млн руб, на переселение – 162 млн руб., плюс на агрономическую помощь земства отдали более 66 млн руб.
Правительственные ссуды крестьянам составили почти 33 млн руб.
Итого в сумме около 400 млн руб. [10].

В начале 1930-х годов термин «внутрихозяйственное землеустройство» появился в специальной и учебной землеустроительной литературе в связи с массовой коллективизацией и необходимостью землеустройства вновь образованных сельскохозяйственных предприятий.

В редакции Земельного кодекса 1970 года, было закреплено, что проект внутрихозяйственного землеустройства, как и все землеустроительные мероприятия, является государственными и выполняется за счет государственных средств. Были закреплены требования, относящиеся к внутрихозяйственному землеустройству: обязательность  проведения внутрихозяйственного землеустройства для каждого колхоза и совхоза.   

С принятием в 1991 году нового Земельного кодекса РСФСР разработка проектов внутрихозяйственного землеустройства была включена в состав самостоятельных землеустроительных действий. В результате объемы работ по составлению проектов внутрихозяйственного землеустройства существенно снизились (рисунок 1).

Такая ситуация отрицательно сказалась на конкурентоспособности российского сельского хозяйства, эффективности сельскохозяйственных организаций.

В Краснодарском крае в конце XX в. институт «Кубаньгипрозем» уделял большое внимание разработке проектов межхозяйственного и внутрихозяйственного землеустройства с введением укрупненных севооборотов, обновлению картографического материала, проведению масштабных почвенных обследований на территории края, составлению почвенных карт на землепользование каждого колхоза и совхоза.

Проекты Института «Кубаньгипрозем» были направлены на эффективное использование сельскохозяйственных угодий в аграрном производстве и реализацию программы по защите и охране земель. В 90-е годы в регионе массовая разработка проектов внутрихозяйственного землеустройства была прекращена. В начале XXI в. Южным филиалом ОАО Госземкадастрсъемка – «ВИСХАГИ» были разработаны проекты внутрихозяйственного землеустройства на эколого-ландшафтной основе только для 17 сельскохозяйственных организаций Краснодарского края, позднее такие работы совсем перестали выполняться по причине отсутствия финансирования.

Землеустройство всегда было основой государственного управления земельными ресурсами и эффективного регулирования земельных отношений. Аморфность земельной политики, непоследовательность правового регулирования земельных отношений полностью разрушили ранее действовавшую в стране систему землеустройства.

18 июня 2001 года был принят Федеральный закон №78-ФЗ «О землеустройстве», который впервые указал на обязательность проведения землеустройства в случаях изменения границ объектов землеустройства, предоставления и изъятия земельных участков, перераспределения используемых гражданами и юридическими лицами земельных участков для осуществления сельскохозяйственного производства. Этот закон с 2001 по 2020 год был переиздан десять раз, и в каждой новой редакции происходили значительные изменения, часто с удалением из закона некоторых абзацев или целых статей [3].

В результате современной земельной реформы изменился земельный строй, изменились цели и задачи землеустройства, которые необходимо связывать с восстановлением свойств земли как незаменимого природного ресурса, с созданием инновационной системы землевладения (землепользования), позволяющей развивать и повышать эффективность производства сельскохозяйственной продукции, с формированием и  обеспечением устойчивости земельно-имущественного комплекса, составляющего основу агропромышленного сектора экономики.

Сегодня можно уже говорить о том, что преобразования, начатые в нашей стране в 90-е годы прошлого столетия, лишь частично достигли своей цели. Фактически перераспределенными оказались только сельскохозяйственные угодья, а большая часть земель сельскохозяйственного назначения так и остались в государственной собственности.

В Краснодарском крае по данным Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии на начало 2020 г. в  государственной и муниципальной собственности находится 3910,5 тыс. га или 51,8 % (рисунок 2).

Четкая государственная земельная политика не выстроена, базовые направления развития земельной отрасли, в том числе основы государственного управления земельными ресурсами не определены. Хаотичное и бессистемное правовое регулирование земельных вопросов органами государственной власти привело к массовым земельным спорам, злоупотреблениям полномочиями со стороны должностных лиц органов власти, коррупционным проявлениям в вопросах предоставления земель, запутанности земельных отношений и социальной напряженности в обществе.

Снижение роли землеустройства и ликвидация его институтов способствовали разрушению сельскохозяйственного землевладения (землепользования) и утрате государством функции управления земельным фондом, устойчивой тенденции снижения плодородия сельскохозяйственных угодий, отсутствию точных данных о количественном и качественном состоянии земельного фонда страны [7, 17].

Для решения перечисленных проблем необходимо построить новую модель системы землеустройства.

Современное землеустроительное сообщество последние два года активно обсуждает Проект федерального закона «О землеустройстве», который был разработан Министерством экономического развития Российской Федерации во исполнение поручения Правительства Российской Федерации от 17 января 2018 года № ДМ-П11-2пр. Разработаны и готовятся к принятию соответствующие изменения в Земельный кодекс РФ, Градостроительный кодекс РФ [1].

Результаты и обсуждение

Трансформация закона «О землеустройстве» основана на переходе от деления земель на категории к территориальному зонированию, последовательному снижению регулирующей функции государства в системе землеустройства, добровольности землеустройства [2].

В проекте закона:

  • утрачено традиционное понятие землеустройства;
  • не раскрыто содержание землеустройства;
  • не дано определение  объектов землеустройства;
  • не конкретен и размыт перечень видов землеустроительных работ;
  • институт землеустройства  применяется только к землям, используемым в сельском хозяйстве;
  • приведены некорректные понятия: «почвенная оценка», «вспомогательные и отсроченные виды разрешенного использования», «недостатки землепользования – это существование», «ненадлежащий севооборот» и т. д.;
  • не отражены в полном объеме критерии «добровольного» и «обязательного» землеустройства;
  • отсутствуют вопросы финансирования разработки землеустроительной документации.

Модель землеустройства, предлагаемая в проекте закона, не предусматривает одну из важнейших функций государственного регулирования организации и комплексного освоения территории страны – пространственное планирование использования земель. В масштабах всей страны землеустройство ограничивается всего тремя направлениями:

  • планирование и обеспечение условий для надлежащего использования земель сельскохозяйственного назначения;
  • изучение состояния земель, предотвращение их порчи;
  • описание границ муниципальных образований, границ субъектов РФ.

Землеустроительные мероприятия предлагается осуществлять только на землях сельскохозяйственного назначения. Они не включают землеустроительное зонирование межселенных территорий, установление границ территориальных зон, образование новых и упорядочение существующих объектов землеустройства, межевание земель, землеустроительное обеспечение  оборота земель. Государственный мониторинг и инвентаризация земель сельскохозяйственного назначения в проекте закона тоже не предусмотрены.

В перечне землеустроительной документации отсутствуют такие важные документы, как схемы отнесения земель к федеральной собственности,  собственности  субъектов Российской Федерации и муниципальных образований; схемы землеустройства территории Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, схемы использования и охраны земель, схемы городского землепользования;  проекты перераспределения земель, установления границ территориальных зон; материалы межевания земель, проекты внутрихозяйственного землеустройства; проекты рекультивации нарушенных земель; материалы топографо-геодезических и картографических работ, почвенных, геоботанических и других обследовательских и изыскательских работ по землеустройству; материалы по инвентаризации земель; тематические карты и атласы состояния и использования земель и другие виды землеустроительной документации [4].

Как и  большинство ученых и специалистов в области землеустройства и регулирования земельных отношений считаем, что объектом землеустройства должен являться весь земельный фонд страны,  невозможно объективно решить проблемы устройства территорий в сельских и муниципальных образованиях, затрагивая только земли сельскохозяйственного назначения [5, 11, 13, 14].

По-нашему мнению, не обоснованным было исключение из закона «О землеустройстве» понятия территориального и внутрихозяйственного землеустройства.

Согласно проекту закона «О землеустройстве» [2] выполнение проектов землеустройства не подлежит контролю со стороны государства, а ограничивается исключительно авторским надзором землеустроителя, то есть лицом, осуществляющим землеустроительные мероприятия. При этом сведения, полученные в ходе авторского надзора, могут являться основанием для внесения изменений в землеустроительные документы, прекращение (возобновление) государственных мер поддержки сельскохозяйственных товаропроизводителей. Такая схема неизбежно приведет к злоупотреблениям и коррупционным проявлениям, увеличению количества судебных споров. По нашему мнению, надзор за проведением землеустройства, осуществлением землеустроительных мероприятий и соблюдением установленных требований нормативно-технических документов при разработке землеустроительной документации должен быть исключительно функцией уполномоченного федерального органа исполнительной власти.   

Система землеустройства не может быть добровольной. Принцип добровольности исключает проведение своевременных массовых работ по землеустройству: оценку качества земель, их инвентаризацию и разграничение, упорядочение использования земель и других работ, в результате выполнения которых  формируется информационная основа для ведения единого государственного реестра недвижимости, для организации эффективного регулирования земельных отношений и комплексного системного управления земельными ресурсами страны [12].

Проект закона не предусматривает создание в  Российской Федерации ведомства, контролирующее и учитывающее использование земель, принимающее стратегические решения в области управления земельными ресурсами, осуществляющее государственную земельную политику, направленную на совершенствование земельных отношений [16].

Модель землеустройства, предложенная в проекте федерального закона «О землеустройстве», который размещен на Федеральном портале проектов нормативных правовых актов под номером ID проекта 02/04/01-19/00087994, не решит существующие проблемы эффективного использования земельных ресурсов, регулирования земельных отношений. В системе регулирования земельных отношений, что особенно важно на современном этапе развития экономики, главную роль должно играть землеустройство (рисунок 3).

Выводы:

  1. Создание в России новой современной модели землеустройства должно основываться на том, что Землеустройство – это система государственных мероприятий, направленных на организацию использования и охрану земельного фонда страны в целом, без разделения на категории земель. Такая система позволит эффективно использовать земельные ресурсы, улучшить экологическую обстановку, увеличить налогооблагаемую базу, защитить права землевладельцев (землепользователей), сократить количество земельных споров, повысить эффективность регулирования земельных отношений. 
  2. Только на основе землеустройства можно успешно реализовать земельную политику государства, обеспечить упорядочение использования земель, рациональное использование сельскохозяйственных угодий, сохранение уровня плодородия почв, эффективное ведение сельскохозяйственного производства.
  3. Развитие современного агропромышленного комплекса, возможно только на основе системного, регулярного, рационального и научно-обоснованного управления земельными ресурсами, основанного на государственном землеустройстве.
  4. Необходимо вернуть в оборот термины «внутрихозяйственное землеустройство» и «территориальное землеустройство», а также виды работ и документацию, связанные с ними: схемы землеустройства всей территории Российской Федерации и ее субъектов, муниципальных образований, схемы использования и охраны земель, противоэрозионной организации территории;  проекты внутрихозяйственного землеустройства; проекты рекультивации нарушенных земель; почвенные и геоботанические обследования; инвентаризацию земель; тематические карты и атласы состояния и использования земель и другие.
  5. Необходимо создать единый земельный орган, наделенный соответствующими полномочиями принятия решений в области использования земель на федеральном и региональном уровне.

 БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

  1. О внесении изменений в Земельный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации (в целях перехода от деления земель ‎на категории к территориальному зонированию) и в связи с принятием Федерального закона «О землеустройстве» : проект федер. закона (ID проекта: 02/04/01-19/00087980, дата создания – 25.01.2019, разработчик – Минэкономразвития России). [Электронный ресурс] Режим доступа: http://regulation.gov.ru.
  2. О землеустройстве: проект федер. закона (ID проекта: 02/04/01-19/00087994, дата создания – 28.01.2019, разработчик – Минэкономразвития России). [Электронный ресурс] : https://regulation.gov.ru/projects#npa=87994.
  3. О землеустройстве: федер. закон от 18.06.2001 N 78-ФЗ [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс. – Режим доступа: http://www.consultant.ru/docu­ment/­cons_doc­_LAW_32132/
  4. О совершенствовании правового регулирования землеустроительной деятельности (в порядке продолжения обсуждения проекта нового федерального закона «О землеустройстве») / С. Н. Волков //Землеустройство, кадастр и мониторинг земель. – 2019. – № 5 (172). – С. 5-18.
  5. Алакоз В. В. Управление системой владения и пользования земельны­ми ресурсами сельскохозяйственного назначения / В. В. Алакоз // Землеустройство, кадастр и мониторинг земель. – 2019. – № 4. – С. 36–42.
  6. Барсукова Г. Н. Арендные земельные отношения / Г. Н. Барсукова, К. А. Юрченко // Труды Кубанского государственного аграрного университета. – 2013. – № 42. – С. 20–24.
  7. Барсукова Г. Н. История земельных отношений и землеустройства: учеб. пособие / Г. Н. Барсукова, К. А. Юрченко, Н. М. Радчевский // Краснодар, 2011. – 463 с.
  8. Барсукова Г. Н. Оптимизация структуры посевных площадей при условии сохранения почвенного плодородия как фактор повышения эффективности аграрного производства / Г. Н. Барсукова, Л. А. Мироненко, К. А. Юрченко // Политематический сетевой электронный научный журнал Кубанского государственного аграрного университета. – 2016. – № 115. – С. 1170-1180.
  9. Волков С. Н. Содержание и значение Закона о землеустройстве от 29 мая 1911 г. в осуществлении земельных преобразований в России. (К 100-летию со дня утверждения). Электронный ресурс. Режим доступа: гузмосква.рф/media/462.doc
  10. Забугин Н. Н. Ведение государственного кадастра недвижимости в муниципальном образовании (районе, городе): учеб.-метод. пособие / Н. Н. Забугин, К. А. Юрченко / Краснодар: КубГАУ, 2010. – 128 с.
  11. Земельная реформа: история и современность / Г. Барсукова, В. Нечаев, Н. Кравченко, К. А. Юрченко // Экономика сельского хозяйства России. – 2011. – № 5. – С. 24–36.
  12. Нечаев В. И. Собственность на землю и земельные отношения: институциональный подход / В. И. Нечаев, Г. Н. Барсукова, С. М. Резниченко // Экономика сельского хозяйства России. – 2012. – № 3. – С. 68–77.
  13. Сулин М. А. Землеустройство как механизм реализации государст­вен­ной земельной политики / М. А. Сулин, В. А. Павлова, Г. А. Ефимова // Землеустройство, кадастр и мониторинг земель. – 2019. – № 4. – С. 42–51.
  14. Хлыстун В. Н. О принципах и содержании проекта нового закона «О землеустройстве» / В. Н. Хлыстун, В. Н. Семочкин, Т. В. Папаскири // Экономика сельскохозяйственных и перерабатывающих предприятий. – 2019. – № 9. – С. 52-56.
  15. Шаповалов Д. А. Некоторые вопросы к проекту новой редакции федерального закона «О землеустройстве» / Д. А. Шаповалов, С. А. Липски // Землеустройство, кадастр и мониторинг земель. – 2019. – № 4 (171). – С. 59-62.
  16. Юрченко К. А. Организационно-экономический механизм регулирования земельных отношений в аграрном секторе экономики (по материалам Краснодарского края): автореферат дис. … канд. экон. наук / Юрченко К. А. // Кубан. гос. аграр. ун-т. Краснодар, 2015. – 22 с.
  17. Юрченко К. А. Регулирование земельных отношений при упорядочении земель, находящихся в долевой собственности (на примере Краснодарского края): дис. … канд. экон. наук / Юрченко К. А. // М.: Гос. ун-т. по землеустройству, 2019. – 186 с.
  18. Yurchenko K. A. Modeling of the planting acreage structure with regard to a maintenance of the soil fertility / G. N. Barsukova, L. A. Mironenko, K. A. Yurchenko // British Journal for Social and Economic Research. – 2016. – Т. 1. – № 2. – С. 39–47.




Московский экономический журнал 8/2020

УДК 631.86:631.15

DOI 10.24411/2413-046Х-2020-10569

ПОВЫШЕНИЕ ЭФФЕКТИВНОСТИ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИХ ПРОЦЕССОВ ПРОИЗВОДСТВА ОВОЩЕЙ ОТКРЫТОГО ГРУНТА В АГРАРНОМ СЕКТОРЕ ЭКОНОМИКИ

IMPROVING THE EFFICIENCY OF TECHNOLOGICAL PROCESSES OF OPEN FIELD VEGETABLE PRODUCTION IN THE AGRICULTURAL SECTOR OF THE ECONOMY

Бондаренко А.М., Качанова Л.С., доктор экономических наук, кандидат технических наук, доцент, ФГБОУ ВО «Донской государственный технический университет», г. Ростов-на-Дону, Россия

Bondarenko A.M., Doctor of Technical Sciences, professor, Azov Black Sea Engineering Institute of Don State Agricultural University, Zernograd, Russia

Kachanova L.S., Doctor of Economic Sciences, PhD in Technical Sciences, Asociate professor, Don State Technical University, Rostov-on-Don, Russia 

Аннотация. Проведен анализ динамики производства овощей открытого грунта в Российской Федерации, выявлено место Ростовской области в данном производственном направлении. На примере выращивания капусты белокочанной рассмотрена схема технологических процессов, входящих в состав механизированной технологии, изучены три уровня интенсивности машинных технологий производства, представлены технико-технологические решения для возделывания капусты белокочанной в зависимости от применяемой технологии. Обоснованы элементы технологии возделывания капусты белокочанной в ООО «Возрождение» Багаевского района Ростовской области, выявлены основные недостатки. В 2019 году ООО «Возрождение» от реализации капусты белокочанной получило убыток в размере 347 004,48 руб. Рекомендовано в качестве предпосевной подготовки почвы использовать сидерат, рассмотрена технология его возделывания и варианты технических средств. Проведена оптимизация применения технических средств, имеющихся в распоряжении предприятия, по критерию минимизации эксплуатационных затрат. Экономически целесообразным оказался вариант возделывания клевера с помощью кормоуборочного комбайна. Комбайн при выполнении совокупности операций экономит трудо-, энергозатраты, делает процесс технологически современным. Использование комбайна кормоуборочного для возделывания клевера позволит анализируемому предприятию получить 430 115,52 руб. прибыли.

Summary. The analysis of the dynamics of production of vegetables in open ground in the Russian Federation has been carried out. The place of the Rostov region in this production direction has been revealed. On the example of growing white cabbage, the scheme of technological processes included in the mechanized technology has been considered. Three levels of intensity of machine production technologies have been studied, some technical and technological solutions for the cultivation of white cabbage have been presented, depending on the technology used. The elements of the technology for the cultivation of white cabbage in the limited liability company “Vozrozhdenie” of the Bagaevsky district, the Rostov region, have been substantiated, the main disadvantages have been identified. In 2019 the limited liability company “Vozrozhdenie” received a loss of 347,004.48 rubles from the sale of white cabbage. It is recommended to use green manure as a pre-sowing soil preparation. The technology of its cultivation and options for technical means have been considered. The optimization of the use of technical means at the disposal of the enterprise has been carried out, according to the criterion of minimizing operating costs. The option of cultivating clover using a forage harvester turned out to be economically viable. The harvester, when performing a set of operations, saves labor and energy costs, makes the process technologically modern. The use of a forage harvester for the cultivation of clover will allow the analyzed enterprise to receive 430,115.52 rubles in profit.

Ключевые слова: технологический процесс, технология, технические средства, овощи открытого грунта, органические удобрения, сидерат, урожайность, экономическая эффективность, прибыль.

Key words: technological process, technology, technical means, open field vegetables, organic fertilizers, siderate, yield, economic efficiency, profit.

Введение. Аграрный сектор и его ключевая отрасль – растениеводство, являются основополагающими сферами экономики, формирующими продовольственную безопасность, являющуюся составной частью национальной безопасности государства. В структуре растениеводства одной из важнейших отраслей является овощеводство, обеспечивающее потребителей значительным разнообразием овощных культур различных сроков созревания [1].

Ростовская область занимает 5-е место в России по производству овощей. Донская земля считается традиционно овощеводческим краем. К основным овощеводческим районам относятся Багаевский, Семикаракорский, Весeловский и Азовский, которые расположены на юге Ростовской области. Овощи выращиваются на орошаемых землях на площади более 37 тыс. га. Ежегодное производство овощей – около 500 тыс. тонн с перспективой расширения. Возделывание овощей ведётся в защищенном и открытом грунте. В Ростовской области выращивают томаты, огурцы, зелень, бахчевые культуры, лук, капусту, сахарную свёклу [2, 3].

В регионе более 30% всех площадей пашни, занятых для выращивания овощей, отведено капусте белокочанной, которая по валовому урожаю занимает первое место среди других овощных культур. Широкому распространению культуры способствовали ценные хозяйственные ее свойства: высокая урожайность, хорошая транспортабельность, длительное хранение, содержание необходимых для питания человека различных витаминов, минеральных солей и органических кислот [4, 5].

Цель исследования состоит в повышении эффективности технологических процессов производства овощей открытого грунта в сельскохозяйственном предприятии на основе разработки рекомендаций по совершенствованию технологии возделывания и реализации овощной продукции.

Материалы и методы исследования. За последние годы посевная площадь под овощами открытого грунта в хозяйствах всех категорий снижалась. В тоже время в сельскохозяйственных организациях и крестьянско-фермерских хозяйствах этот показатель незначительно увеличился (таблица 1).

Размеры посевных площадей капусты по субъектам РФ резко отличаются. В 2019 году в Московской области посевные площади составили 1,93 тыс. га (7,2% в общих размерах), сократившись на год на 12,4% (на 0,28 тыс. га). В республике Марий Эл доля в общероссийских площадях находится на уровне 4,6% (1,24 тыс. га). По отношению к 2017 году посевы выросли на 12,4% (на 0,14 тыс. га). В Воронежской области количество засеянных площадей составило 1,14 тыс. га (4,2% от общей площади). По отношению к 2018 году размер площадей не изменился. В Приморском крае размер площадей под капустой в 2018 году составил 1,14 тыс. га, что в общих площадях по стране занимает 4,2% [6].

Можем предположить, что на фоне текущей рыночной ситуации, в этом 2020 году площади под культуры борщевого набора не будут увеличены.  Это означает, что в случае природных катаклизмов в течение сезона или в ходе уборки осенью не исключен дефицит овощей и картофеля, что неизбежно приведет  к росту цен. Единственная страховка от сокращения урожайности и ценовых колебаний для сельхозпредприятия — применение перспективных ресурсосберегающих технологий и современных технических средств, а также введение собственной системы планирования, подразумевающей четкое понимание — куда, в каком объеме и по какой цене будет реализовываться полученный урожай.

Из таблицы 2 видно, что урожайность овощей открытого грунта за анализируемый период росла, что положительно отразилось на валовом сборе овощей.

В целом по овощам открытого грунта наблюдается рост урожайности с 22,41 т/га в 2017 году до 23,36 т/га в 2019 году. За анализируемый период по всем видам овощей наблюдается рост урожайности, кроме огурцов, где уровень урожайности с 16,27 т/га в 2018 году сократился до 15,96 т/га в 2019 году [6].

Структурная схема технологических процессов, входящих в состав механизированной технологии производства капусты белокочанной представлена на рисунке 1 [7].

Разный экономический потенциал производителей капусты белокочанной, широкий выбор технических средств, сортов и гибридов, средств защиты растений, минеральных удобрений обуславливает возможность выполнения каждого технологического процесса различными вариантами. Выбор варианта определяется конкретной хозяйственной ситуацией, почвенно-климатическими условиями и рангом технологии. Ранжирование технологий позволяет каждому производителю организовать эффективное производство.

Федеральный регистр предусматривает три уровня интенсивности машинных технологий производства капусты белокочанной: высокая (А), интенсивная (Б), традиционная (В) [8].

В сельскохозяйственных предприятиях Ростовской области применяются все три типа технологий производства капусты белокочанной, отличающихся различной урожайностью, ресурсозатратностью и уровнем механизации.

Высокая технология (А) – система технологических процессов и комплекс технических средств, обеспечивающих получение в конкретных агроландшафтах высокую урожайность культуры, реализацию потенциала сорта (гибрида) более 80%, при использовании достижений науки, на базе интенсивных энергоемких сортов и гибридов, комплексной интегрированной системы защиты растений, применения расчетных доз макро- микро-удобрений, с двойным регулированием режима влажности почвы, с окупаемыми денежными, энергетическими и трудовыми затратами.

Интенсивная технология (Б) – система технологических процессов и агротехнических приемов, комплекса технических средств, обеспечивающих получение урожая высокого качества, реализацию потенциала сорта (гибрида) более 60% с компенсацией выноса питательных веществ с урожаем, с мерами по защите растений от наиболее опасных вредителей, болезней и сорных растений.

Традиционная технология (В) – система технологических и технических мероприятий с использованием биологических ресурсов агроландшафта и потенциала сорта (гибрида) на 40%.

В таблице 3 [7, 9] приведена исходная хозяйственная ситуация, предопределяющая доступные технологические решения и технологий производства капусты белокочанной. Преобладающие почвы в составе центральной орошаемой зоны Ростовской области, куда входит Багаевский район, тёмно-каштановые, имеются чернозёмы южные. Гранулометрический состав преимущественно тяжёлосуглинистый – 76,9 % от общей площади, остальные – средний и легкий суглинок, водной эрозии подвержены 21,8% почв; дефлированных почв – 5,3%.

В таблице 4 представлены технико-технологические решения для возделывания капусты белокочанной в зависимости от применяемой технологии. Базовый комплекс машин для реализации всех технологий основан на технических средствах российских и белорусских производителей [10].

Средний уровень планируемой урожайности капусты белокочанной при реализации традиционной технологии составит 40-50 т/га, интенсивной технологии – 60-70 т/га, при высокой технологии – 80-100 т/га [10].

Багаевский район является лидером Ростовской области по выращиванию овощей. В производственной деятельности ООО «Возрождение» Багаевского района Ростовской области производит среди овощей открытого грунта капусту белокочанную. При этом применяется безрассадная технология выращивания капусты. По данной технологии возделывают средние и поздние сорта, семена капусты белокочанной сеют непосредственно в грунт.

В таблице 5 представлены элементы технологии возделывания капусты белокочанной применяемые в ООО «Возрождение» с указанием технических средств реализующих технологические операции, а также разновидностей применяемых удобрений и препаратов.

При анализе технологии возделывания капусты белокочанной выявили отсутствие применения органических удобрений. Органические удобрения, как основной источник органического вещества, составляющего плодородный слой почвы, крайне необходимы. Нужны они и на площадях под возделывания овощей, овощные культуры требовательны к качеству почвы. Установлено, среднее уменьшение содержания органического вещества в почве составляет 0,2% в год. Чтобы сохранить содержание органического вещества, его необходимо возобновлять. Выращивание капусты белокочанной возвращает в почву около 1300 кг органических веществ на гектар. Для дополнительного возврата в почвы органического вещества рекомендуем выращивать сидерат.

Применение органических удобрений в различных видах более правильный способ восстановления почвенного плодородия, который имеет пролонгированное действие (органические удобрения вносятся один раз в 4-5 лет) [11, 12]. Однако в Багаевском районе отрасль животноводства, являющаяся поставщиком органических отходов для производства удобрений, представлена только личными подсобными хозяйствами, в которых сбор и переработка отходов не производится.

Сидератами, как правило, являются бобовые (клевер) или злаковые культуры. Достоинством клевера является его способность связывать азот из воздуха, таким образом, повышая содержание азота в почве. Корни клевера глубоко проникают в почву, в результате чего улучшают ее структуру. Злаковые культуры также способствуют повышению содержания органического вещества в почве и улучшению ее. Эти характеристики делают сидераты крайне ценными участниками севооборота [13-15].

Технология возделывания сидерата включает вспашку почвы, предпосевную культивацию, погрузку и транспортирование семян сидеральной культуры, посев, прикатывание, скашивание, измельчение, погрузку растительной массы (при необходимости), внесение ее и запашку в почву [10]. Указанные операции выполняются техническими средствами, имеющимися в машинно-тракторном парке ООО «Возрождение». Рассмотрим следующие варианты применения техники в технологии возделывания клевера на сидераты.

  1. Заделка травы клевера плугом. В распоряжении ООО «Возрождение» имеется 3 плуга, которые могут быть использованы для данной технологической операции.
  2. Распределение измельченной травы клевера по полю разбрасывателями удобрений. В ООО «Возрождение» в наличии 2 шт. разбрасывателей, которые можно для этих целей применить.
  3. Заделка травы дисковой бороной. В МТП ООО «Возрождение» есть дисковые бороны, которые можно использовать для заделки клевера.
  4. Применение многофункционального прицепного кормоуборочного комбайна для скашивания, измельчения и погрузки измельченной массы в транспортное средство или для разброса по полю. В МТП ООО «Возрождение» в наличии машины для уборки в количестве 4 шт., в том числе кормоуборочный комбайн.

Результаты исследования и их обсуждение. Вопрос оптимизации параметров применяемых для возделывания сидерата машин решается на основе расчета эксплуатационных затрат. В качестве критерия оптимизации используется минимум эксплуатационных затрат при выполнении технологического процесса возделывания клевера и использования его как сидерата.

При использовании статистических данных предприятия ООО «Возрождение», определили эксплуатационные затраты на возделывание сидерата при различных вариантах использования техники (рисунок 2).

Анализ расчетных данных показал аналогию в эксплуатационных затратах при использовании плуга для заделки травостоя клевера и внесение измельченного сидерата на поле (кривые 1 и 2 рисунок 2). Эти затраты незначительно повышаются при увеличении расстояния перемещения технических средств.

На втором месте по величине затрат вариант с заделкой растительной массы дисковой бороной (кривая 3 рисунок 2). Самым дешевым оказался вариант применения кормоуборочного комбайна. В ООО «Возрождение» применяется комбайн марки Sterh 2000, производство КО «Россельмаш», г. Ростов-на-Дону. Объяснить данный расчет следует совокупностью выполнения комбайном сразу нескольких операций, что экономит трудо-, энергозатраты, делает процесс более технологически современным.

Результаты расчета показали, что эксплуатационные затраты при использовании плуга для заделки клевера (1 вариант) и процесса внесения измельченного клевера разбрасывателем (2 вариант) аналогичны, варьируются в пределах от 1205 руб./га до 1220 руб./га в зависимости от расстояния перевозки.

При заделке клевера дисковой бороной (3 вариант) эксплуатационные затраты составляют от 1005 руб./га до 1050 руб./га. Самым дешевым оказался вариант применения кормоуборочного комбайна (4 вариант), который при проходе срезает травостой клевера, измельчает его и оставляет на поле. Эксплуатационные затраты находятся в интервале от 910 до 980 руб./га.

Результаты расчета свидетельствуют об увеличении затрат на производство 1 га и в целом всего объема продукции овощеводства на величину возделывания сидеральной культуры (клевера) (таблица 6). Однако ученые-агрономы обосновывают увеличение урожайности овощеводческой продукции на 30% при использовании сидератов [16, 17]. Экономическая состоятельность предлагаемого проектного мероприятия заключается в том, что стоимость полученной прибавки урожая должна быть больше, чем затраты на возделывание клевера.

Как ожидалось, поскольку величина затрат у первого и второго вариантов аналогичные, прибыль от реализации капусты белокочанной одинакова, составляет 429 275,52 руб. При использовании дисковой бороны при заделке клевера, капуста белокочанная, выращенная на сидерате, реализуется с прибылью в размере 429 695,52 руб. По четвертому варианту, использование комбайна кормоуборочного для возделывания клевера, наблюдается максимальная величина прибыли составляющая 430 115,52 руб.

По сравнению с убытком, полученным ООО «Возрождение» в 2019 году от реализации капусты белокочанной в размере 347 004,48 руб., рекомендуемое мероприятие значительно повысит эффективность производства капусты белокочанной в анализируемом предприятии (таблица 6).

Выводы. Согласно расчетным данным, проектное мероприятие в рамках предпосевной подготовки почвы с использованием сидеральной культуры, позволит: улучшить структуру почвы, обеспечить ее питательными веществами; повысить урожайность выращиваемых культур; сформировать предпосылки прибыльности производства овощей открытого грунта в деятельности аграрных предприятий.

Применение сидеральных культур совместно с органическими удобрениями при выращивании овощей открытого грунта позволит повысить уровень использования земель сельскохозяйственного назначения, увеличить валовый выход овощеводческой продукции, повысить экономическую эффективность технологических процессов производства овощей в аграрном секторе.

Библиографический список

  1. Распоряжение Правительства Российской Федерации от 5.09.2011 г. № 1538-р «Стратегия социально-экономического развития Южного федерального округа до 2020 года» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.consultant.ru. Дата обращения: 25.05.2020.
  2. Постановление Законодательного Собрания Ростовской области от 24.11.2011 г. № 1752 «Стратегия социально-экономического развития Ростовской области на период до 2020 года» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.donland.ru. Дата обращения: 25.05.2020.
  3. Ростовская область в цифрах: Крат.стат.сб./ Ростовстат. – Ростов-на-Дону, 2020. [Электронный ресурс] – Режим доступа: https://rostov.gks.ru/storage/mediabank/%D0%A0%D0%9E_2019.pdf/.
  4. Калашников, И.Б. Российская экономика на пути становления нового технологического уклада / И.Б. Калашников, Н.В. Уколова, В.И. Афанасьев, Р.Н. Муртазаева// Научное обозрение: теория и практика. – 2018. – № 3. – С. 52-60.
  5. Стадник, А.Т. Повышение эффективности и использования ресурсного потенциала в сельском хозяйстве региона: монография/ А.Т. Стадник, С.А. Шелковников, А.Б. Волков, Д.А. Денисов, Л.А. Якимова, Ю.В. Шеншинов. – Новосибирск: Изд-во: Печатное изд-во «Агро-Сибирь», 2018. – 143 с.
  6. Федеральная служба  государственной  статистики  [Электронный ресурс] – Режим доступа: https://www.gks.ru/, свободный.
  7. Романовский Н. В., Шамонин В. И. Механизированная технология уборки капусты белокочанной / Н. В. Романовский, В. И. Шамонин // Технологии и технические средства механизированного производства продукции растениеводства и животноводства: Сб. науч. тр. – 2007 – Вып. 79. – Санкт-Петербург: ГНУ СЗНИИМЭСХ Россельхозакадемии. – с. 40-47.
  8. Федеральный регистр технологий производства продукции растениеводства. Система технологий. / МСХ РФ РАСХН. – Москва: Информагротех, 1999. – 517 с.
  9. Колчина, Л. М. Опыт внедрения перспективных технологий возделывания и уборки кочанной капусты: науч. ан. обзор / Л.М. Колчина, Н.В. Романовский, В.И. Шамонин, Е. А. Еоголев. – Москва: ФЕНУ «Росинформагротех», 2010. – 92 с.
  10. Белов, О.В. Структурная схема проектирования технологий производства капусты белокочанной // Технологии и технические средства механизированного производства продукции растениеводства и животноводства. / О.В. Белов – 2012. – №83.- С. 37-42.
  11. Головко, А.Н., Бондаренко А.М. К вопросу глубокой переработки жидких органических отходов животноводства и птицеводства / А.Н. Головко, А.М. Бондаренко // Вестник аграрной науки Дона – 2018. – №4 (48). – С. 62-68.
  12. Gulyaeva, T.I., Savkin, V.I., Kalinicheva, E.Y., Sidorenko, O.V., Buraeva E.V. Modern Organizational and Economic Aspects and Staffing Issues in Breeding and Seed Production/T.I. Gulyaeva, V.I. Savkin, E.Y. Kalinicheva, O.V. Sidorenko, E.V. Buraeva//Journal of Environmental Management and Tourism. – Vol. 9 No 8. – P. 1789-1798.
  13. Андреев Ю.М. Овощеводство: учебное изд., стер. / Ю.М. Андреев. – Москва: Академия, 2003. – 256 с.
  14. Разин А.Ф. Современное состояние овощеводства России /А. Ф. Разин // Экономика сельского хозяйства. – 2016. – № 7. – С. 49-54.
  15. Тараканов Г.И., Мухин В.Д. Овощеводство / под ред. Г.И. Тараканова и В.Д. Мухина.- Москва: КолосС, 2003. 472 с.
  16. Чупров, А., Пронин С. Методические подходы к оценке эффективности селекции и семеноводства овощных / А. Чупров, С. Пронин // АПК: экономика, управление. – 2008. – № 10. – С. 54-56.
  17. Коржов, С.И. Сидераты и их роль в воспроизводстве плодородия черноземов: монография/С.И. Коржов, В.В. Верзилин, Н. Н. Королев; Воронеж, гос. аграр. ун-т. – Воронеж: ВГАУ, 2011. – 98 с.




Московский экономический журнал 8/2020

УДК 338.439.4

DOI 10.24411/2413-046Х-2020-10564

ФОРМИРОВАНИЕ И РАЗВИТИЕ РЫНКА ОРГАНИЧЕСКОЙ ПРОДУКЦИИ

FORMATION AND DEVELOPMENT OF THE MARKET OF ORGANIC PRODUCTS

    Кострова Юлия Борисовна, кандидат экономических наук, доцент, заведующий кафедрой, Филиал Московского университета имени С.Ю. Витте, г. Рязань 

Kostrova Yu.B., ubkostr@mail.ru

Аннотация. Исследование посвящено анализу формирования и тенденций развития рынка органической продукции, обоснованию перехода сельскохозяйственных товаропроизводителей на органические методы хозяйствования. Определено значение органического сельского хозяйства, выявлены проблемы его функционирования. Представлены данные по развитию рынка органических продуктов в России и зарубежных странах. Автор приходит к выводу о том, что ускоренному росту данного рыночного сегмента мешает отсутствие четких требований, законодательной базы. Вместе с тем, подчеркивается, что  производство органической продукции может стать одним из основных источников доходов для многих российских регионов при условии формирования должной законодательной базы, инвестиций, в том числе и со стороны государства.

Summary. The study analyzes the formation and development trends of the organic market, substantiates the transition of agricultural producers to organic methods of management. The significance of organic agriculture is determined, and the problems of its functioning are identified. Data on the development of the organic products market in Russia and foreign countries are presented. The author concludes that the accelerated growth of this market segment is hindered by the lack of clear requirements and legal framework. At the same time, it is emphasized that the production of organic products can become one of the main sources of income for many Russian regions, provided that the proper legislative framework and investment, including from the state, are formed.

Ключевые слова: здоровый образ жизни, органическая продукция, органическое сельское хозяйство, рынок органических продуктов, сертификация, международный стандарт.

Keywords: healthy lifestyle, organic products, organic agriculture, organic products market, certification, international standard. 

Введение

В современном мире среди жителей многих развитых стран становится все более популярным придерживаться «здорового образа жизни», направленного на укрепление здоровья, поддерживание организма и качества тела в целом. Связано это с увеличением экологических, психологических рисков, вызванных настоящим ритмом жизни. Подобные факторы оказывают сильное воздействие на состояние здоровья человека, следовательно, растет необходимость в профилактике и укреплении иммунитета, а также развитии физического состояния тела. Достигнуть вышеперечисленных целей можно с помощью избавления от вредных привычек, занятий спортом и соответствующего питания.

Именно поэтому все большую популярность набирает органическая продукция, при производстве которой не используются химические удобрения, искусственные добавки и другие подобные методы, которые могут оказывать на здоровье и безопасность человека, в том числе, и неблагополучие окружающей среды, негативное воздействие.

Несмотря на более высокую цену по сравнению с традиционными продуктами, спрос на органические продукты растет, привлекая все больше потребителей. Резко поднявшийся интерес к здоровому образу жизни и органическим продуктам, популярным в США и в Западной Европе, с большой скоростью распространяется по всему миру [1].

Повсеместно пропагандируется польза органической продукции, как для здоровья отдельного человека, так и для экологии в целом, привлекая тем самым все больше потребителей, и, следовательно, производителей полезной и натуральной продукции [2].

Сам термин «органическая продукция» («био», «эко») происходит от английского слова «organic», которое переводится как «органический, живой, принадлежащий к животному или растительному миру» [10].

Современные ученые утверждают, что потребление экологически чистой и натуральной пищи может предотвратить многие распространенные болезни: от пищевого расстройства до онкологии. По данным Всемирной Организации Здравоохранения каждый год почти каждый десятый житель планеты (около 600 млн. человек) заболевает по причине неправильного питания.

Производители органики уверяют, что их продукт наделяет энергией, продлевает молодость, укрепляет организм, способствует здоровью тела, ногтей, волос и кожи, что дает дополнительную мотивацию приобретать органическую продукцию людям, заботящимся о своем внешнем виде.

Рынок органических продуктов не ограничивается одним производством и продажей пищевых продукции [6]. Помимо этого он предлагает потребителю натуральные детские продукты и игрушки, что с каждым днем привлекает заботящихся о здоровье своих детей родителей, корма для животных, удобрения и семена для садоводов, медикаменты, бытовые средства и косметику, по словам производителя не вредящей состоянию и здоровью кожи, натуральную по составу одежду и т.д.

Несмотря на стоимость этих продуктов в мире, которая может превышать стоимость на аналогичные продукты на 20-40%, рынок органической продукции с большой скоростью развивается из-за постоянно ухудшающейся экологии, следовательно, повышения риска заболеваний. Все большую огласку получают исследования генетически модифицированной продукции и трансгенных продуктов, доказывающие наносимый ими вред здоровью человека, окружающей среде и экологии.

С каждым днем становится все больше покупателей, готовых заплатить большую сумму ради сохранения собственного здоровья и здоровья своих близких, в особенности детей [8]. Люди начинают задумываться о том, что и в каком виде они потребляют и чем кормят свою семью.

Таким образом, можно сделать вывод, что потребление органической продукции, и во многом, определяет как состояние отдельных людей, так и общества в целом. Несмотря на завышенную стоимость, с каждым годом все больше людей делает выбор в пользу проверенных натуральных продуктов, что помогает им сохранить и восстановить здоровье, уменьшить расходы на здравоохранение в целом. Решение перейти на органическую продукцию также затрагивает такую глобальную проблему, как загрязнение окружающей среды, что немаловажно в современном мире.

Методы проведения исследования

Для решения поставленных задач в исследовании применялись методы экономического исследования: абстрактно-логический, монографический, аналитический, экономико-статистический. Исследование проводилось с позиций системного подхода оценки представленных количественных характеристик, что позволяет достоверно оценить их эффективность во времени и в пространстве.

Ход исследования

В ходе данного научного исследования:

  • систематизированы и уточнены различные подходы к определению понятий «органическое сельское хозяйство» и «органическая продукция»;
  • обобщен и систематизирован зарубежный опыт развития рынка органической сельскохозяйственной продукции;
  • выявлены основные проблемы развития органического сельского хозяйства в регионах России, определены главные направления развития органического сектора сельского хозяйства;
  • установлено, что органическое сельское хозяйство является одним из элементов системы устойчивого развития территорий, который в сочетании с другими элементами системы позволит создать условия для развития высокоэффективной, конкурентоспособной отрасли местной экономики;
  • предложены направления государственной поддержки производства органической сельскохозяйственной продукции в условиях ограниченности использования бюджетных средств в соответствии с правилами ВТО.

Результаты и обсуждение

Центральное место на рынке органических продуктов занимает сельское хозяйство. Только с 2000 по 2016 год рынок органического сельского хозяйства вырос в 5 раз (с 18 до 90 млрд. долларов), а по прогнозам к 2025 году он  должен составить от 15 до 20% от мирового рынка сельхоз продукции. В настоящее время оно продолжает стремительно набирать популярность и практикуется уже более чем в 130 странах мира [4].

Существует несколько принципов, принятых Международной Федерацией движения за органическое сельское хозяйство (IFOAM),которым должен следовать органический пищевой продукт:

  • принцип экологичности – органическое сельское хозяйство должно следовать законам и сохранять целостность экосистемы и природных циклов;
  • принцип здоровья – органическое сельское хозяйство не должно вредить здоровью человека и почвы, а наоборот должно укреплять и поддерживать его;
  • принцип справедливости – органическое сельское хозяйство должно сохранять справедливость по отношению к окружающей среде и людям;
  • принцип заботы – органическое сельское хозяйство должно заботиться о будущем поколений и благополучии окружающей среды.

Концепция органического сельского хозяйства вызывает к себе еще больше доверия со стороны потребителей и мотивирует его на покупку натурально выращенных продуктов, максимально чистых от любых химических воздействий [7].

Но были времена, когда польза органического производства не была настолько очевидной и доказанной, как на сегодняшний день.

Сложно определить момент, когда именно возникла идея органических продуктов: известно то, что концепция имело место еще до того, как были изобретены агрохимикаты.

Предпосылки к введению органического сельского хозяйства имели место еще в начала ХХ века в Японии, где японский фермер Масанобу Фукуока практиковал выращивание на своей ферме урожая без применения химикатов, пестицидов и прочего воздействия на естественный процесс роста. Впоследствии он выпустил книги «Естественный подход в сельском хозяйстве» и «Революция одной соломинки».

Концепция органического сельского хозяйства начала набирать популярность только ближе к середине ХХ века, когда ею заинтересовались и начали изучать в Европе и в США. Существует несколько версий насчет того, кто стал основоположником этого направления. Первая говорит о том, что само понятие органического сельского хозяйства впервые было предложено к использованию специалистом по сельскому хозяйству Оксфордского Университета Лордом Нортборном в изданной им в 1940-м году книге «Заботьтесь о земле». Вторая версия упоминает книгу Уолтера Джеймса, выпущенную в 40-х годах XX века, в которой высказывалась идея об органическом сельском хозяйстве и говорилось об его преимуществах перед химическим.

Также одним из основателей по некоторым данным считается Альберт Говард, чья книга 1940-го года «Сельскохозяйственный завет» оказала сильное воздействие на проживающих в то время фермеров. В ней он описывал негативное воздействие, оказываемое химическими добавками на урожай, почву, животных.

Под влиянием трудов Альберта Говарада в Великобритании Эвой Бальфур был поставлен первый в мире научный эксперимент, сопоставляющий пользу и вред обычного и органического сельского хозяйства, подтвердивший преимущества второго.

И все же самым популярным мнением является то, что человеком, внедрившим и популяризовавшим органическое сельское хозяйство, был гражданин США Жероми Ирвин Родэйл. В 1942-м году он стал основателем журнала «Органическое земледелие и садоводство», а в 1950-м представил миру еще одно творение под названием «Предотврати», в котором в философской форме излагалась идея органического сельского хозяйства.

Возглавивший в 1954-м году издание отца Роберт Родэйл слега изменил концепцию и акцентировал внимание не только на пользе для здоровья, но и на экологических преимуществах органической продукции. Позже, в 1971-м году, Роберт Родэйл основал Исследовательский Центр Родэйла. В наше время он носит название «Институт Экспериментального Фермерства Родэйла».

Концепция органического сельского хозяйства, заключающаяся в отказе от компонентов, вредящих как человеку, так и окружающей его среде, включая состояние почвы и вод, дошла и до нашего времени, раскрыв в себе еще больше достоинств. Органическое сельское хозяйство и по сей день стремится к следованию биологическим и экологическим природным циклам и улучшению экосистемы в целом. Его цель – достичь благоприятного взаимодействия между человеком и остальными существующими формами жизни.

Учитывая то, как остро стоит проблема ухудшения экологической ситуации в современном мире, распространение органического сельского хозяйства с каждым годом становится все более необходимым. Его повсеместное внедрение сможет помочь человечеству с такими глобальными проблемами, как загрязнение водоемов, земли, почв, воздуха и общего состояния атмосферы, роста бытовых не перерабатываемых отходов.

Таким образом, можно сделать вывод, что спустя десятки лет само понятие органического сельского хозяйства и органической продукции не изменилось. Несмотря на то, что такой вид ведения сельского хозяйства требует больше времени, затрат и усилий, он, по сравнению с традиционным хозяйством, значительно меньше воздействует на экологию, улучшает качество жизни, о чем задумывались еще в прошлом веке. Уже тогда люди понимали, как оно важно и необходимо для полноценного и долгого существования, и всячески доказывали это, самостоятельно проводя опыты и исследования.

На сегодняшний день органическая продукция занимает лишь около 1- 2% мирового товарооборота продовольствия, однако при этом данное направление стремительно развивается, а интерес к нему растет с каждым днем. Покупателей не смущает стоимость, так как благодаря непрерывающимся исследованиям они уверены, что это помогает их организму.

Количество потребляющих органические продукты людей за последние 15 лет выросло более, чем в 5 раз, и составило около 700 млн. чел. Основные потребители – люди с высоким или средним достатком, проживающие в благополучных, развитых странах.

На сегодня 90% продаж органических продуктов приходятся на Северную Америку и Европу (рисунок 1). Спрос постепенно растет и в странах Азии, Латинской Америки и Африки, но в основном в этих регионах производство пока ориентировано на экспорт.

Несмотря на то, что в странах Европы и Северной Америки существует большой спрос на органические продукты, только малая часть населения приобретает их на регулярной основе. К примеру, согласно исследованию AgenceBio, во Франции экологически чистые продукты покупает 89% населения, но всего лишь 37% из них делают это постоянно.

Жители разных стран называют разные причины того, зачем они приобретают органические продукты. Большую часть ответов составляет забота о здоровье [3]. Именно это мотивирует большинство людей покупать продукт более дорогой по сравнению с традиционным.

Во Франции большинство населения (63%) называет в качестве своего основного мотива именно поддержание собственного здоровья и здоровья близких.

В Германии же, например, потребитель больше заинтересован в заботе об окружающей среде и ее состоянием, и их мотивом к приобретению является то, что производство органической продукции наносит наименьший вред экологии и оставляет после себя намного меньше загрязнений.

Жители Дании озабочены благополучием и состоянием животных, а главной причиной покупки натуральных продуктов для людей, проживающих в США, является отсутствие в них генетически модифицированных организмов [3].

На рисунке 2 представлено, сколько жители разных стран каждый год тратят на приобретение органических продуктов.

Объем российского рынка пока остается низким и составляет около 7 млрд. рублей, а потребление органических продуктов на душу населения в год – около 48 рублей. Тем не менее, тенденция к росту прослеживается и у нас. В 2015 году в РФ более 385 тыс. гектаров сельхозземель были задействованы в производстве органической продукции. Страна вошла в десятку государств с самым большим ростом этого сектора, обогнав Филиппины, Италию и Мадагаскар.

Структура производства органических продуктов в РФ представлена на рисунке 3. В целом она очень схожа со структурой рынков Европы и США.

Высокой скорости развития этого сегмента рынка в России мешает отсутствие в первую очередь централизованных механизмов сертификации органических продуктов, а также законов, защищающих недостаточно осведомленного российского потребителя.

Несмотря на то, что в соответствии с санитарно-эпидемиологическими нормативами использовать термин “экологически чистый” на упаковке продукта без оснований нельзя, существуют многочисленные маркировки и сертификаты, заявляющие о том, что данный продукт изготовлен без использования пищевых добавок, синтетических удобрений и ГМО [4].

Жители России пока не имеют достаточных знаний в области органической продукции, которая является для него чем-то новым и с которой он только начинает свое знакомство. Такое незнание потребителей позволяет недобросовестным рекламодателям обманывать своих покупателей с помощью такого явления, как greenwashing (буквально – «зеленое отмывание»).

Сам термин greenwashing («зеленый камуфляж») подразумевает под собой уловки и трюки производителей с целью введения потребителя в замешательство, чтобы представить ему свой продукт, бренд как органический, экологически чистый, когда он таковым не является. Делается это с целью увеличения интереса и спроса, так как мода на органические продукты растет с каждым днем.

Такой «зеленый камуфляж» подрывает репутацию органической продукции, прошедшей сертификацию, и производство которой действительно соответствует всем нормативам, что еще больше усложняет ей задачу твердо основаться на рынке [9].

Америка с Европой пережили эту форму маркетинга еще в 90-х годах, и на данный момент успешно борются с ним. На постсоветском пространстве же greenwashing только набирает обороты.

Для борьбы с таким методом, как greenwashing, необходимо как минимум повысить осведомленность потребителей, а также установить обязательное прохождение независимой сертификации. Принятие необходимой законодательной базы в России в данном случае станет некой защитой для потребителя и должно исключить из практики этот распространенный в стране метод.

Важность качества продукции для потребителя заключается по большей части в том, что наибольший его процент в России составляют заботящиеся о здоровье семьи, в особенности детей, домохозяйки. Так покупателей, мотивированных поддержанием здоровья родных и близких, насчитывается около 40% [3]. Второе место делят люди, вынужденные следовать определенному типу питания, прописанному им медиками, и те, кто приобретает органическую продукцию из-за продиктованного рекламодателями «престижного статуса», которым обладают такие продукты. Далее идет сегмент потребителей, практикующих здоровый образ жизни ради себя и по собственному желанию.

Следует заметить, что именно здоровье семьи мотивирует тратить больше денег на органический продукт. Во многих других случаях российский потребитель не готов платить ту цену, что установлена на подобную продукцию. При этом более половины россиян хотели бы приобретать ее на постоянной основе.

Уровень дохода населения России является одной из главных причин того, что рынок плохо развивается. Также к этому относится неосведомленность потребителя и отсутствие сдерживающей недобросовестных производителей законодательной базы [3].

Несмотря на значительные проблемы на российском рынке органической продукции, он все же имеет положительную тенденцию. Для еще более стремительного развития рынка необходимо выходить на новые торговые связи с европейскими трейдерами. Потенциал повышения экспорта из страны высок, так как за границей многие страны заинтересованы торговлей с Россией без посредников.

Потенциал экспорта из России на данный момент составляет 10-15% от рынка органической продукции в ЕС (30-45 млн. евро). В Европе растет спрос на органику и ее начинает не хватать, в то время как в России земель, пригодных для органического выращивания, более чем 20 га. Страна обладает огромными территориями с экологически чистой почвой, в отличие от зарубежных стран. Именно поэтому данный сегмент имеет прекрасную возможность при должных усилиях занять почти четверть от мирового рынка органической продукции, ведь все эти земли в любой момент могут быть введены в оборот под производство.

Над изучением своих территорий под соответствие производству органической продукции на данный момент активно работают в большинстве регионов РФ [5].

Выводы

Таким образом, можно сделать вывод, что интерес к органическим продуктам в мире стабильно растет. Несмотря на это, даже в развитых странах с высоким доходом пока лишь малая часть потребителей приобретает исключительно натуральную продукцию.

Формирование рынка в Российской Федерации находится на начальной стадии, и на данный момент он неразвит и не имеет четкой концепции. Ускоренному росту мешает отсутствие четких требований, законодательной базы, чем успешно пользуются нечестивые производители, тем самым еще больше подрывая доверие со стороны потребителей.

В Российской Федерации производство органической продукции может стать одним из основных источников доходов для многих регионов. Благодаря неотъемлемой важности качества самой продукции малые предприятия имеют возможность успешно конкурировать с крупными производствами и развиваться в этой сфере.

Российский рынок органической продукции растет, пускай пока и недостаточно быстро для того, чтобы догнать европейские показатели. При наличии должной законодательной базы, инвестиций в сектор, в том числе и со стороны государства, рынок органической продукции в России может значительно расшириться за счет наличия огромного количества пригодной под натуральное выращивание земли в стране. У российского органического сельского хозяйства есть все шансы занять весомое место на мировом рынке в будущем.

Литература

  1. Бердиев А.Х., Расулов Х.К. Эффективность производства органических продуктов в сельском хозяйстве // Economics. 2020. № 2 (45). С. 19-22.
  2. Владимир Ш., Деян Л., Крстинич Д. Развитие органического сельского хозяйства Сербии в целях расширения возможностей выхода на рынок стран ЕС // Сборник научных трудов II Международной научной конференции «Современное состояние экономических систем: экономика и управление». – Тверь: ООО “СФК-офис”, 2020. С. 50-56.
  3. Кострова Ю.Б. Мотивы потребления органических продуктов питания в Российской Федерации // Сборник трудов III Международного научно-технического форума «Современные технологии в науке и образовании – СТНО-2020» – Рязань: ФГБОУ ВО РГРТУ им В.Ф. Уткина, 2020. С. 13-16.
  4. Кострова, Ю.Б., Мартынушкин А.Б. Проблема развития рынка органической продукции в РФ //Вестник Мичуринского государственного аграрного университета. 2020. № 1(60). С. 252-255.
  5. Кострова Ю.Б., Лящук Ю.О., Шибаршина О.Ю. Социально-экономические аспекты повышения региональной продовольственной безопасности (на материалах Рязанской области) – М.: ЧОУВО МУ им. С.Ю. Витте, 2018. – 174 с.
  6. Лящук Ю.О. Специфические сельскохозяйственные риски, характеризующие кризисное состояние российского АПК // Материалы Международной научно-практической конференции «Актуальные вопросы экономики и управления АПК». – Рязань: ФГБОУ ВО РГАТУ имени П.А. Костычева, 2013. С. 308-317.
  7. Лящук Ю.О. Государственное регулирование рынка экологически чистой и органической продукции // Материалы IV Международной научной конференции «Донецкие чтения 2019: образование, наука, инновации, культура и вызовы современности» – Донецк: ДНУ, 2019. С. 300-303.
  8. Шибаршина О.Ю. Развитие рынка экологически чистых продуктов питания в РФ // Материалы всероссийской научно-практической конференции «Современные аспекты биобезопасности продукции животноводства». – Орел: ФГБОУ ВО ОГАУ им. Н.В. Парахина, 2018. С. 154-158.
  9. Шибаршина О.Ю. К вопросу об экономической эффективности эко-маркетинга // сборник научных статей 2-й Международной научно-практической конференции «Проблемы конкурентоспособности потребительских товаров и продуктов питания». – Курск: ФГБОУ ВО ЮЗГУ, 2020. С. 444-446.
  10. Шибаршина О.Ю. Анализ российского рынка органических продуктов и перспективы его развития // Материалы Национальной научно-практической конференции «Научно-инновационные технологии как фактор устойчивого развития отечественного агропромышленного комплекса» – Рязань: ФГБОУ ВО РГАТУ имени П.А. Костычева, 2019. С. 385-392.




Московский экономический журнал 8/2020

DOI 10.24411/2413-046Х-2020-10551

СОСТОЯНИЕ ЖИВОТНОВОДЧЕСКОГО ПОДКОМПЛЕКСА РОССИИ С УЧЕТОМ ЭФФЕКТИВНОСТИ РЕАЛИЗАЦИИ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПРОГРАММЫ РАЗВИТИЯ ОТРАСЛИ

THE STATE OF THE LIVESTOCK SUBCOMPLEX OF RUSSIA TAKING INTO ACCOUNT THE EFFICIENCY OF IMPLEMENTATION OF THE STATE PROGRAM OF THE INDUSTRY DEVELOPMENT

Панышев А.И., к.с.-х.н., доцент, Пермский государственный аграрно-технологический университет им. АК. Д.Н. Прянишникова

Panyshev A.I., Candidate of Agricultural Sciences, Associate Professor, Perm State Technical University 

Аннотация. В статье проанализировано развитие животноводческого подкомплекса через призму фактического выполнения целевых программных индикаторов данной отрасли, утвержденных Государственной программой развития сельского хозяйства Российской Федерации. В рамках исследования проанализированы темпы роста стоимости (индексы) производства  продукции животноводства, выполнение планов по продовольственной независимости России по мясной и молочной продукции, а также достижение производственных отчетных индикаторов по подотраслям. Проведенный анализ выявил не полное достижение плановых индикаторов дорожной карты по обеспечению продовольственной безопасности по молоку и молочной продукции, а также валовому производству молока. Также выявлены отдельные проблемы в структуре производства мяса. По результатам анализа выработаны соответствующие предложения.

Summary. The article analyzes the development of the livestock sub-complex through the prism of the actual implementation of the target program indicators of this industry, approved by the State Program for the Development of Agriculture of the Russian Federation. As part of the study, the rate of growth in the value (indices) of livestock production, the implementation of plans for food independence of Russia for meat and dairy products, as well as the achievement of production reporting indicators by sub-sectors were analyzed. The analysis revealed incomplete achievement of the planned indicators of the roadmap for ensuring food security in milk and dairy products, as well as in gross milk production. Also, some problems were identified in the structure of meat production. Based on the results of the analysis, appropriate proposals were developed.

Ключевые слова: индикаторы развития отрасли животноводства, производство молока, производство мяса.

Key words: indicators of the development of the livestock industry, milk production, meat production.

Животноводческий подкомплекс имеет исключительно важное значение для обеспечения внутреннего потребительского рынка страны качественной, натуральной и свежей отечественной молочной и мясной продукцией. Животноводческий кластер является ключевой сферой сельского хозяйства, обеспечивающей львиную долю стоимости произведенной продукции сельскохозяйственной отрасли. Более того, животноводство в рамках производственно-логистических цепочек обеспечивает заказами отрасли растениеводства, значительная часть   продукции которого не имеет самостоятельной роли на потребительском рынке, являясь, по сути, кормовой базой для развития животноводства [1, стр. 50]. Дополнительную актуальность настоящей публикации по анализу развития животноводческой отрасли Российской Федерации через мониторинг выполнения целевых индикаторов по отраслям животноводства придают положения Доктрины продовольственной безопасности [2] нашей страны по молоку и молокопродуктам, по мясу и мясным видам продукции, а также включением данных укрупненных товарных категорий в паспорт федерального проекта по развитию экспорта  продукции АПК [3].

Методика. Целью статьи явилось изучение уровня эффективности развития животноводческого подкомплекса с учетом текущих итогов его развития. В качестве гипотезы исследования было заявлено предположение об эффективности работы изучаемой отрасли с точки зрения динамики производственных показателей и достижения индикативных показателей Госпрограммы. Для выполнения поставленной настоящим научным исследованием цели использована совокупность научных и общеэкономических методов исследований, в том числе сравнительный, статистический и анализа [4, стр. 962].

Результаты. Векторы развития отраслей животноводства определяются программно-целевым методом Государственной программой развития сельского хозяйства, предусматривающей как отчетные нормативы, так и мероприятия, и соответствующие меры их бюджетно-финансовой поддержки [5]. В рамках упомянутой Госпрограммы выделена в специальный раздел подпрограмма развития животноводства ставящая себе следующие цели:

1) доведение уровня продовольственной безопасности страны по мясу, молоку и продуктам их переработки до уровня, заданного показателями Доктрины продовольственной безопасности за счет органического роста производства отечественной продукции животноводства и поддержку импортозамещения;

2) кратное увеличение объемов экспорта животноводческой продукции.

Для достижения поставленных целей ежегодно выделяется мощная финансовая бюджетная поддержка, например, всего на нужды АПК в 2020 году выделено 322 млрд. руб., на достижение ведомственных показателей АПК (в том числе и по животноводству) 61,3 млрд. руб., кроме прямых вливаний в подотрасли животноводства имеется льготная кредитная поддержка и лизинг, стимулируется инвестиционная активность, обеспечивается ветеринарный контроль отрасли и т.д. [6].

Нельзя не отметить, что достаточно масштабный уровень господдержки и благоприятная государственная аграрная и таможенная политика привели к формированию положительных трендов в динамике развития отрасли животноводства (таблица 1).

За последние четыре года отрасль животноводства перманентно обеспечивает растущую динамику производства продукции, при этом, за исключением последнего года, стабильно выполняется план по основному (паспортному) показателю работы отрасли – индексу роста производства продукции животноводства [7]. Рост производства продукции обеспечивает и тренд на улучшение ситуации по критериям уровня продовольственной безопасности.

Как наглядно видно на графике, в целом, за период действия Госпрограммы развития отраслей АПК, уровень самообеспечения внутреннего рынка отечественным мясом и молоком имеет уверенную тенденцию к росту, особенно по мясу и мясопродукции [8].

Официальные статистические данные говорят о том, что еще в 2017 году, в результате действующего режима продовольственных контр-санкций и господдержки, отечественный АПК обеспечил платежеспособные потребности страны на уровне желаемого безопасного норматива. Однако, по молоку и молочной продукции ситуация несколько хуже: в 2019 году прервалась положительная динамика выполнения ведомственного планового индикатора, пороговый норматив доктрины так и не достигнут. Главным фактором низкого уровня продовольственной безопасности страны по цельному молоку и молочным продуктам была и остается не достаточно быстрая динамика роста его производства (таблица 3).

За последние четыре года действия Государственной программы развития аграрной отрасли валовый удой цельного молока увеличилось всего на 5,4%, в то время как прирост откорма мяса всех видов на убой за этот же период превысил 9%.

В итоге действующих трендов на рынке молока, в том числе и благодаря государственному регулированию, увеличивается доля товарных производителей от общего валового удоя (это крестьянские фермерские хозяйства, сельскохозяйственные организации и индивидуальные предприниматели) и постоянно падает доля населения. В частности, по итогам последнего отчетного года (2019 года) доля хозяйств населения составляла уже всего 37,5% против почти половины всего объема в 2011 году, когда действующая Госпрограмма еще не была принята к реализации  (рисунок 2). В тех же трендах развивается и предложение на рынке мясопродукции (рисунок 3).

В настоящее время агрохолдинги, крупные производители индустриального типа (свинокомплексы, птицефабрики), а также малые и средние сельскохозяйственные организации  обеспечивают 80% отечественного объема производства мяса, тогда как производство в личных подсобных хозяйствах составляет всего 17,1% (до начала действия Госпрограммы этот показатель был почти 30%).

Ложкой дегтя в хорошей динамике развития мясного подкомплекса и росту уровня продовольственной безопасности Российской Федерации является далекая от оптимальной товарно-видовая структура поставляемого на рынок мяса, которая имеет перекос в сторону перепроизводства куриного и, отчасти, свиного мяса. До 45% производимого в стране мяса обеспечивают птицефабрики и почти треть свинокомплексы. При избытке мяса птицы, имеющего существенный экспортный потенциал (подкрепленный сначала специальным разделом Госпрограммы, а теперь и федеральным проектом) и самообеспечении свининой, на отечественном мясном рынке, нахватает именно качественной говядины по приемлемым ценам.

Помимо глобальных стратегических показателей развития животноводства в Госпрограмме предусмотрен целый перечень отраслевых показателей (таблица 4).

Производство мяса и молока является важнейшим оценочным показателем для Министерства сельского хозяйства и исполнительных органов государственной власти регионального и местного уровня, что объясняется включением данных видов продукции в Доктрину продбезопасности РФ. При этом, по общему производству мяса индикатор программы выполняется, но с валовым производством сырого молока обстановка не соответствует индикативно запланированной. Стимулируемые государственными субсидиями крестьянско-фермерские хозяйства и сельскохозяйственные организации даже перевыполняют запланированные на них индикативные критерии, однако валовый удой уже второй год не дополучен по естественной на сегодня причине быстрого сокращения поголовья молочного скота в частном секторе у физических лиц.

В специфичной для нашей страны отрасли овцеводства не выполняется индикатор роста  маточного поголовья, что однако не мешает на достижению планов по производству шерсти тонкорунных пород.

Выводы. Резюмируя итоги проведенного анализа, необходимо отметить, что поставленная научная гипотеза подтверждена – отрасль животноводства развивается, имеется положительная динамика по отчетным показателям, в основном выполняются прогнозные п индикаторов. Животноводческий подкомплекс на сегодня в целом обеспечивает продовольственную безопасность по молоку и мясу, выполняются производственные плановые индикаторы. Рост производства мяса дает возможность увеличения сельскохозяйственного экспорта, но по молочной продукции речь идет все еще не столько по экспортоопережению, сколько по импортозамещению. Несмотря на быстрый рост производства молока сельхозпредприятиями, общие планы его производства достигаются не всегда.

В молочной индустрии рост производства обеспечивают сельскохозяйственные компании и фермеры, но тенденция сокращения производства в ЛПХ несколько нивелирует усилия агропредприятий, поэтому необходимо развивать производство молока в общественном секторе еще более быстрыми темпами. Несмотря на достижение норматива Доктрины по мясу, и в данном секторе имеются проблемы роста, в частности, низкие объемы производства говядины и избыток птицы.

На взгляд автора, несмотря на то, что главные по отрасли и производственные показатели согласно текущих итогов в целом достигнуты, а выявленные проблемы отрасли пока не решены, необходимо провести инвентаризацию отчетных индикаторов в увязке с мероприятиями и финансовым обеспечением их выполнения. 

Литература

  1. Панышев А.И. Оценка развития отрасли животноводства Российской Федерации с позиции мониторинга эффективности достижения ведомственных целевых показателей// Финансовая экономика. – 2019. – № 11. – С. 50-53.
  2. Указ Президента РФ от 21.01.2020 N 20 “Об утверждении Доктрины продовольственной безопасности Российской Федерации” [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_343386// (дата обращения 12.05.2020).
  3. Паспорт федерального проекта «Экспорт продукции АПК» [Электронный ресурс] Режим доступа: https://mcx.gov.ru/ministry/departments/departament-informatsionnoy-politiki-i-spetsialnykh-proektov/industry-information/info-pasport-federalnogo-proekta-eksport-produktsii-apk// (дата обращения 12.05.2020).
  4. Катлишин О.И. Оценка состояния и уровня финансовой поддержки отрасли скотоводства // Финансовая экономика. – 2018. – № 6. – С. 961-964.
  5. Государственная программа развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия в Российской Федерации. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://opendata.mcx.ru/opendata/ (дата обращения 14.06.2020).
  6. Федеральный закон от 02.12.2019 N 380-ФЗ (ред. от 18.03.2020) “О федеральном бюджете на 2020 год и на плановый период 2021 и 2022 годов”. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_339305/ca5365174e8de7a79894d6af6cff38dbc9b8db8d/ (дата обращения 17.06.2020).
  7. Национальный доклад о ходе реализации Государственной программы развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия в Российской Федерации. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://opendata.mcx.ru/opendata/ (дата обращения 16.05.2020).
  8. Отчет об исполнении публичной декларации и целей Минсельхоза России за 2019 год. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://www.consultant.ru/document/cons_ doc_LAW_298528/819560e0ac81f5dab9929035d1c003767d936370/ (дата обращения 16.05.2020).
  9. Сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство. [Электронный ресурс] Режим доступа: https://rosstat.gov.ru/enterprise_economy (дата обращения 16.05.2020).

Literature

  1. Panyshev A.I. Assessment of the development of the livestock industry in the Russian Federation from the perspective of monitoring the effectiveness of achieving departmental target indicators // Financial Economics. – 2019. – No. 11. – S. 50-53.
  2. Decree of the President of the Russian Federation of 21.01.2020 N 20 “On approval of the Doctrine of food security of the Russian Federation” [Electronic resource] Access mode: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_343386// (date of circulation 05/12/2020 ).
  3. Passport of the federal project “Export of agricultural products” [Electronic resource] Access mode: https://mcx.gov.ru/ministry/departments/departament-informatsionnoy-politiki-i-spetsialnykh-proektov/industry-information/info-pasport -federalnogo-proekta-eksport-produktsii-apk // (date of access 12.05.2020).
  4. Katlishin OI Assessment of the state and level of financial support for the livestock industry // Financial Economics. – 2018. – No. 6. – P. 961-964.
  5. State program for the development of agriculture and regulation of markets for agricultural products, raw materials and food in the Russian Federation. [Electronic resource] Access mode: http://opendata.mcx.ru/opendata/ (date of treatment 06/14/2020).
  6. Federal Law of 02.12.2019 N 380-FZ (as amended on 18.03.2020) “On the federal budget for 2020 and for the planning period of 2021 and 2022”. [Electronic resource] Access mode: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_339305/ca5365174e8de7a79894d6af6cff38dbc9b8db8d / (date of access 06/17/2020).
  7. National report on the implementation of the State program for the development of agriculture and regulation of markets for agricultural products, raw materials and food in the Russian Federation. [Electronic resource] Access mode: http://opendata.mcx.ru/opendata/ (date of access 05/16/2020).
  8. Report on the implementation of the public declaration and goals of the Ministry of Agriculture of Russia for 2019. [Electronic resource] Access mode: http://www.consultant.ru/document/cons_ doc_LAW_298528 / 819560e0ac81f5dab9929035d1c003767d936370 / (date of access 16.05.2020).
  9. Agriculture, hunting and forestry. [Electronic resource] Access mode: https://rosstat.gov.ru/enterprise_economy (date of treatment 05/16/2020).




Московский экономический журнал 8/2020

УДК 33.001.76 (470)

DOI 10.24411/2413-046Х-2020-10540 

ИННОВАЦИОННОЕ РАЗВИТИЕ МОЛОЧНОГО СКОТОВОДСТВА В ИНТЕГРИРОВАННЫХ СТРУКТУРАХ АПК 

INNOVATIVE DEVELOPMENT OF DAIRY CATTLE BREEDING
IN INTEGRATED STRUCTURES IN
AGRO-INDUSTRIAL COMPLEX

Ляшко Сергей Михайлович, старший преподаватель кафедры экономики АПК ФГБОУ ВО «Воронежский государственный аграрный университет имени императора Петра I»,
г. Воронеж

Lyashko Sergey M., Senior Lecturer, the Department of Economics in Agro-Industrial Complex, Voronezh State Agrarian University named after Emperor Peter the Great, Voronezh 

Аннотация. Рассматриваются интегрированные агропромышленные формирования (ИАПФ) как органическая система, способная к саморегуляции и адаптации к внешним и внутренним условиям и обстоятельствам, стремящаяся занять более выгодное положение среди других хозяйствующих субъектов с целью получения синергетического эффекта. Причинно-следственные связи в ИАПФ выстраивают логистическую цепочку во взаимодействиях, определяемую как внешними, так и внутренними условиями (уровень государственного регулирования, договорные взаимоотношения, возможность экспорта продукции, платежеспособность населения, объемы производства и др.). Определены факторы, которые способствовали созданию интегрированных структур в начале 2000-х годов, когда были нарушены кооперационные связи между сельскохозяйственными и перерабатывающими предприятиями, уровень загрузки производственных мощностей которых постоянно снижался, отсутствовала заинтересованность сельхозтоваропроизводителей в увеличении объемов производства сельскохозяйственной продукции в виду низких цен на нее. Представлены показатели деятельности и направления инновационного развития ООО «ЭкоНива» – одного из крупных агрохолдингов России. Делается вывод о больших возможностях инновационного развития молочного скотоводства в интегрированных формированиях и более высоких производственных показателях по сравнению с другими хозяйствующими субъектами.

Summary. Integrated agro-industrial formations (IAPF) are considered as an organic system that is capable of self-regulation and adaptation to external and internal conditions and circumstances, aiming at more favorable position among other economic entities in order to obtain a synergistic effect. Cause-and-effect relationships in the IAPF develop a logistics chain in interactions determined by both external and internal conditions (the level of state regulation, contractual relationships, the ability to export products, customer’s affordability, production volumes, etc.). The author defined the factors that contributed to the creation of integrated structures in the early 2000s, when cooperative relations between agricultural and processing enterprises were broken, the level of capacity utilization of the latter declined steadily, agricultural commodity producers were not interested in increasing the volume of agricultural production due to low prices. Performance indicators and directions of innovative development of OOO EkoNiva, one of the largest agricultural holdings in Russia, are presented. It is concluded that integrated formations get an advantage on other economic entities in innovative development of dairy cattle breeding due to their higher production indicators.

Ключевые слова: АПК, интегрированные структуры, молочное скотоводство, инновационное развитие, эффективность.

Keywords: Agro-Industrial Complex, integrated structures, dairy cattle breeding, innovative development, efficiency.

Практика экономического развития как в России, так и за рубежом показала, что одной из форм эффективной деятельности с целью увеличения объемов производства и обеспечения продовольственной безопасности, в том числе на рынке молочной продукции, является создание агропромышленных интегрированных структур.

Данный процесс начался в начале 2000-х годов, продолжается в настоящее время, постоянно совершенствуясь, характеризуясь созданием новых организационных форм кооперации и интеграции, обеспечивающих повышение эффективности сельскохозяйственного производства. В АПК интегрированные формирования создаются в различных формах и реализуются через агропромышленные объединения и комбинаты, ассоциации, союзы, агрофирмы и агрохолдинги, имея общие и специфические признаки при объединении ресурсов для обеспечения непрерывного процесса, управлении хозяйственной деятельностью при полной или частичной самостоятельности входящих в состав объединения структурных подразделений и т.д.

Указанные формирования носят характер вертикальных и горизонтальных объединений в зависимости от структуры входящих в них предприятий. Горизонтальные объединения охватывают предприятия различных отраслей, производственный процесс которых взаимоувязан, а вертикальные – предприятия разных отраслей производств, не связанных между собой [7].

Создание различных объединений в АПК определяется рядом факторов:

  • ростом финансового капитала;
  • необходимостью укрепления кооперационных связей в производстве и повышения заинтересованности сельхозтоваропроизводителей в увеличении объемов производства сельскохозяйственной продукции;
  • борьбой с монополизмом;
  • наличием определенного кризиса в инвестиционной сфере.

В большинстве случаев интегрированные образования способствовали эффективному развитию как отдельных отраслей, так и всего сельского хозяйства определенных регионов, консолидации собственности разрозненных производителей, положительному эффекту от сложения их ресурсов, улучшению управляемости, созданию более благоприятных условий для труда и отдыха работников [6].

В настоящее время в АПК наблюдается тенденция к созданию новых холдинговых структур. Предприятия, вошедшие в состав такой структуры, остаются юридическими лицами. Они имеют организационно-правовую форму хозяйствования в виде акционерных или хозяйственных обществ. Общее руководство осуществляет головная компания, которая владеет контрольным пакетом акций предприятий, обеспечивая управление деятельностью объединенных в единую структуру предприятий, контроль над их деятельностью.

Будучи открытой системой, агрохолдинг находится в состоянии взаимодействия с внешней средой:

  • на входе – общественный заказ на деятельность;
  • на выходе – потребление производимой продукции.

На деятельность агрохолдинга оказывают влияние экономические, социальные и политические факторы внешней среды, которые формируются и определяются социумом, рынком и государством. Деятельность хозяйствующих подразделений агрохолдингов в процессе совместного функционирования взаимообусловлена, так как определяется общим результатом от производства продукции, доходом от ее реализации.

Рассматривая социально-экономические взаимосвязи и взаимодействия подразделений в интегрированных формированиях и их результативность, целесообразно выстраивать данные взаимосвязи в четко ограниченных рамках причинно-следственной системы. На рисунке 1 ИАПФ представлено автором как причинно-следственная система, деятельность которой определяется как внешними, так и внутренними факторами.

Исходя из причинно-следственных связей, определяется логистическая цепочка ИАПФ, форматы которой зависят от множества таких факторов, как:

  • уровень развития рыночной экономики;
  • состав отраслей формирования;
  • уровень договорных отношений;
  • возможность экспорта продукции и импорт аналогичной продукции;
  • платежеспособность населения;
  • экономический заказ торговли и др.

Современному этапу экономики присуща непрерывность в естественном отборе хозяйствующих субъектов, что предполагает выявление наиболее устойчивых и приспособленных из них к рыночной среде. Естественный отбор осуществляется в условиях жесткой конкуренции, когда особенно важна способность хозяйствующего субъекта к адаптации, проявлению гибкости и приспосабливаемости. Применительно к интегрированному формированию как системы адаптация определяется нами как его стремление рационализировать внутренние структуры, подстроить под требования внешней среды. Как любая органическая система, способная к саморегуляции и адаптации к внешним и внутренним условиям и обстоятельствам, ИАПФ можно рассматривать и как адаптационную систему, которая стремится занять более выгодное положение среди других хозяйствующих субъектов. По теории Э. Канта, организационная система, которую можно представить как «экономический организм», стремится к выживанию и продолжительности деятельности за счет положительного финансового результата [5].

При формировании взаимосвязей в системе возникает необходимость определения баланса между подчиненностью элементов системы центральной стратегии и определенной децентрализации функций управления, планирования, анализа и контроля. Такой подход будет эффективен при правильном сочетании централизации и свободы при выполнении элементами системы поставленных задач (рис. 2).

Взаимосвязи в системе проявляются в реакции на изменение внешних воздействий, приспособление к внешним условиям, к самоорганизации на основе целесообразности, определении уровня подчиненности и автономности, взаимодействия с партнерами.

Для получения синергетического эффекта каждый элемент системы должен быть на своем месте. Взаимоотношения входящих в ИАПФ подразделений могут способствовать синергетическому эффекту путем создания мультипликативной зоны сложения их потенциалов. Одним из требований стратегического партнерства является условие, чтобы от сотрудничества выигрывали все участники (рис. 3).

Повышение эффективности возможно за счет более полного использования ресурсного потенциала, которым располагает интегрированное формирование. При этом постоянно должны решаться задачи ресурсосбережения, нахождения рациональной структуры в системе, определения оптимальных отношений между ними, обеспечивающих наибольший синергетический эффект.

Отмеченные выше взаимосвязи и взаимообусловленности, позволяющие получать синергетический эффект, при правильном менеджменте обеспечивают эффективную деятельность многих интегрированных агропромышленных формирований. На современном этапе интегрированные формирования показывают положительные результаты во многих отраслях АПК.

Одним из высокоэффективных ИАПФ является агрохолдинг ООО «ЭкоНива». Сельскохозяйственные предприятия, входящие в агрохолдинг, территориально располагаются в 11 регионах России.

ООО «ЭкоНиваАгро» – одно из крупных структурных формирований агрохолдинга, расположенных в Воронежской области, функционирует на рынке с марта 2002 г., постоянно расширяясь за счет присоединения сельскохозяйственных предприятий и к настоящему времени располагая  площадью сельхозугодий в 147 тыс. га.

ООО «ЭкоНиваАгро» является крупнейшим производителем молока в регионе, осуществляет деятельность на территории Лискинского, Каменского, Бобровского и Каширского, Аннинского, Бутурлиновского и Таловского районов Воронежской области, имея в структуре более 30 животноводческих подразделений, 15 из которых представляют собой современные молочные комплексы с технологией беспривязного содержания. Также в агрохолдинге успешно занимаются мясным животноводством, производством зерновых, зернобобовых, кормовых культур, высокорентабельных технических культур и семеноводством. В различных отраслях занято 4180 человек (на 01.07.2020).

Предприятие производит более 350 т молока ежедневно, или около 30% от общеобластного показателя (табл. 1).

Основной проблемой в экономических взаимоотношениях сельхозтоваропроизводителей и перерабатывающих предприятий является вопрос цен на сырое молоко. Несовершенство экономических взаимоотношений сельхозтоваропроизводителя с перерабатывающими предприятиями стало первопричиной строительства собственного завода по переработке молока в ООО «ЭкоНиваАгро». Молокоперерабатывающее предприятие ООО «ЭкоНиваАгро» функционирует с объемом переработки молока 30 тыс. кг в сутки, планируется строительство более крупного молочного завода по производству сыров и детского питания.

Инновационность развития ООО «ЭкоНива Агро» проявляется не только в производственных вопросах, но и в социальных. Специалисты предприятия постоянно повышают квалификацию: стажируются как за рубежом, так и на базе предприятия. Они посещают крупнейшие российские и зарубежные выставки. Программа «Эконива Молодая» формирует стратегический кадровый резерв предприятия, уделяет большое внимание притоку новых кадров. Программа повышения квалификации «Академия ЭкоНива» направлена на обучение и повышение квалификации сотрудников, предусматривает мастер классы, тренинги, специализированные курсы как на предприятиях «ЭкоНивы», так и с выездом за рубеж на стажировки, международные конференции и сельскохозяйственные выставки. В рамках программы выдаются льготные займы на покупку (строительство) жилья, предоставляются служебные машины, оплачивается аренда жилья.

К инновациям организационно-экономического плана можно отнести постоянное проведение бичмаркинга с целью выявления имеющихся резервов с последующим устранением недостатков и реализацией изменений для повышения конкурентоспособности на рынке. На предприятии должным образом организован управленческий учет, позволяющий вести затраты по центрам ответственности, проводить при необходимости корректировки, видеть перерасход материально-денежных ресурсов по сравнению с планом, что требует правильной организации бюджетирования.

Проведенный анализ свидетельствует о различных направлениях инновационного развития молочного скотоводства интегрированного агропромышленного формирования, обеспечивающих более высокие показатели экономической эффективности молочного скотоводства.

Список литературы

  1. Агропромышленные интегрированные формирования: состояние и перспективы развития : монография / К.С. Терновых и др. – Воронеж : ФГБОУ ВПО Воронежский ГАУ, 2013. – 245 с.
  2. Годовые отчеты сельскохозяйственных предприятий Воронежской области, представляемые в департамент аграрной политики Воронежской области [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://apk.govvrn.ru/ (дата обращения: 16.03.2020).
  3. Искусственный интеллект и дополненная реальность: пять новых технологий, которые меняют молочное животноводство [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://milknews.ru/longridy/pjat-novyh-tehnologij-kotorye-menjajut-molochnoe-zhivotnovodstvo.html (дата обращения: 16.03.2020).
  4. Ляшко С.М. Инновационное развитие отрасли молочного скотоводства в ООО «ЭкоНиваАгро» Лискинского района Воронежской области / С.М. Ляшко // Вестник Воронежского государственного аграрного университета. – 2019. – Т. 12, № 1 (60). – С. 153–160.
  5. Меделяева З.П. Экономические взаимоотношения в АПК: теория, методология, практика : монография / З.П. Меделяева. – Воронеж : ФГБОУ ВО Воронежский ГАУ, 2008. – 292 с.
  6. Плякина А.А. Эффективность функционирования интегрированных агропромышленных формирований в региональном АПК / А.А. Плякина // Вестник Воронежского государственного аграрного университета. – 2016. – № 1 (48). – С. 214–221.
  7. Methodology of Formation of Economic Relations in Agro-Industrial Complex / Z.P. Medelyaeva, L.D. Pankratova, N.P. Shilova, S.M. Lyashko, I.A. Malikov // Proceedings of the International Conference on Policies and Economics Measures for Agricultural Development (AgroDevEco 2020). Advances in Economics, Business and Management Research. – Atlantis Press SARL, 2020. – Vol. 147. – Pp. 226–229. DOI: https://doi.org/10.2991/aebmr.k.200729.044. 

References

  1. Ternovykh K.S. et al. Agro-industrial integrated formations: state and prospects of development : monograph. Voronezh : Voronezh State Agrarian University Publishing House, 2013. 245 p.
  2. Annual reports of agricultural enterprises of Voronezh Oblast submitted to the Department of Agrarian Policy of Voronezh Oblast. Available at URL: https://apk.govvrn.ru/ (accessed 16.03.2020).
  3. Artificial intelligence and augmented reality: five new technologies that change dairy farming. Available at URL: https://milknews.ru/longridy/pjat-novyh-tehnologij-kotorye-menjajut-molochnoe-zhivotnovodstvo.html (accessed 16.03.2020).
  4. Lyashko S.M. Innovative development of dairy cattle breeding in OOO “EkoNiva Agro” in Liskinsky district in Voronezh Oblast. Vestnik of Voronezh State Agrarian University, 2019, vol. 12, issue 1 (60), pp. 153–160. DOI: 10.17238/issn2071-2243.2019.1.153.
  5. Medelyaeva Z. P. Economic relations in Agro-Industrial Complex: theory, methodology, practice : monograph. Voronezh : Voronezh State Agrarian University Publishing House, 2008, 292 p.
  6. Plyakina A.A. Performance efficiency of the integrated agro-industrial formations in the regional Agro-Industrial Complex. Vestnik of Voronezh State Agrarian University, 2016, issue 1 (48), pp. 214–221. DOI: 10.17238/issn2071-2243.2016.1.214.
  7. Methodology of Formation of Economic Relations in Agro-Industrial Complex / Z.P. Medelyaeva, L.D. Pankratova, N.P. Shilova, S.M. Lyashko, I.A. Malikov // Proceedings of the International Conference on Policies and Economics Measures for Agricultural Development (AgroDevEco 2020). Advances in Economics, Business and Management Research. Atlantis Press SARL, 2020, vol. 147, pp. 226–229. DOI: https://doi.org/10.2991/aebmr.k.200729.044.




Московский экономический журнал 7/2020

УДК
332.33: 332.2

DOI 10.24411/2413-046Х-2020-10511

ПОДГОТОВКА
К ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОМУ ПРОЕКТУ КОНСОЛИДАЦИИ
СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫХ ЗЕМЕЛЬ В АЗЕРБАЙДЖАНЕ

PREPARATION
FOR A PILOT PROJECT ON AGRICULTURAL LAND CONSOLIDATION IN AZERBAIJAN

Низамзаде Т.Н., Бакинский Государственный университет, email: teymur_nizamzade@mail.ru

Nizamzada T.N., Baku State University, email: teymur_nizamzade@mail.ru

Аннотация.
Экспериментальные проекты предоставляют
возможность тестирования процедур и
накопления опыта и информации, необходимых
для разработки долгосрочных программ,
а также применять поэтапные подходы к
консолидации земель. Реализация
экспериментального проекта консолидации
земель представляет собой один из
способов создания основы для будущей
работы, осуществляемой в рамках
долгосрочной программы консолидирование
сельскохозяйственных земель Азербайджана.
Перед тем, как приступать к работе по
консолидации земель, необходимо
определить и утвердить правила,
регулирующие функции и процедуры
консолидации земель.
В, настоящей статье рассматриваются
области, в которых необходимо будет
обеспечить наличие таких правил, и
определяются требования, выполнение
которых необходимо для начала реализации
проектов по консолидации земель.

Summary.
Pilot projects provide an opportunity to test procedures and
accumulate the experience and information needed to develop long-term
programs, as well as to apply step-by-step approaches to land
consolidation. The implementation of the pilot land consolidation
project is one of the ways to create a basis for future work carried
out within the framework of the long-term program for the
consolidation of agricultural land in the country. Before starting
work on land consolidation, it is necessary to define and approve
rules governing functions and procedures. This article discusses the
areas where such rules will need to be implemented and defines the
requirements that must be met to start land consolidation projects.

Ключевые
слова:
 Экспериментальный
проект, консолидация земель, землевладельцы,
аренда, реализация проекта, участники
проекта, приобретение земель, расходы,
фермеры.

Keywords:
Pilot project, land consolidation, landowners, lease, project
implementation, project participants, land acquisition, expenditures,
farmers.

Введение.
Сельское хозяйство в Азербайджане
является отраслью имеющей традиционно
стратегическое значение, и в случае
государственной поддержки оно способно
полностью обеспечить продовольственную
безопасность населения [1].
В
современных условиях процесс
перераспределения земель приводит к
увеличению количества собственников,
уменьшению размеров землепользований
и разобщенности используемых земельных
участков, что в результате увеличивает
затраты на производство сельскохозяйственной
продукции [2]. Основой развития сельского
хозяйства непосредственно выступает
совершенствование инвестиционного
процесса в отрасли на основе внедрения
достижений научно-технического прогресса,
формирования инновационно-инвестиционного
типа расширенного воспроизводства [3].
В связи с этим, а также необходимостью
усовершенствования земельного
законодательства Азербайджана, на
сегодняшний день, изучение проблемы
консолидации земель сельскохозяйственного
назначения является очень актуальной
[1].На
международном уровне вопросы консолидации
земель исследуются специалистами Отдела
землевладения и землепользования
Продовольственной и сельскохозяйственной
организации Объединенных Наций (ФАО)
[4],
Европейской экономической комиссии
при ООН.

Консолидация
земель является одним из наиболее
эффективных инструментов управления
земельными ресурсами, позволяющими
улучшить структуру сельскохозяйственных
угодий в стране, повысить национальную
экономическую и социальную эффективность
и принести выгоды, как частным
правообладателям, так и обществу в
целом. По результатам консолидации
земель на территориях фермерских –
крестьянских хозяйств, путем проведение
землеустроительных мероприятий можно
ликвидировать чересполосицы, узкополосицы,
дальноземелья, а также и другие недостатки
в землепользовании
[5].

В современной
научной литературе и практике Азербайджана,
за исключением трёхлетнего проекта ФАО
по оказанию Министерству сельского
хозяйства Азербайджанской Республики
технической поддержки во внедрении
практики консолидации земель в стране,
не существует ни одной работы по
комплексному исследованию порядка
проведения консолидации земель
сельскохозяйственного назначения с
детальным анализом каждого этапа ее
проведение[6].

В настоящее
время в Азербайджанской Республике
отсутствует закон о консолидации земель
сельскохозяйственного назначения.
Поэтому существует острая необходимость
в разработке законопроектов, а также
определении общих тенденций развития
законодательных норм, направленных на
недопущение дробления земельных участков
и их консолидации в будущем [7].

Цель применение
экспериментального проекта по
консолидированию земель Азербайджана
является, апробации новых подходов и
методов. Многие из организационных и
правовых элементов, которые воспринимаются
как нечто само собой разумеющееся при
реализации проектов по консолидации
земель, обязательном порядке должны
были быть разработаны, внедрены и
опробованы в процессе осуществления
экспериментального проекта.

Методы или
методология проведения исследования.

Процесс запуска экспериментального
проекта может носить более цикличный
характер, чем процессы реализации
проектов в рамках долгосрочной программы
консолидации земель[8]. Предметный охват
экспериментального проекта (например,
сельскохозяйственные улучшения, охрана
окружающей среды, строительство
коммунальных сооружений, возрождение
сельских поселений и т.д.) будет зависеть
от выбора места его реализации. Выбор
места
для
проекта будет, в свою очередь, зависеть
от готовности местного население и ее
фермеров принимать участие в реализации
проекта. Их готовность будет обусловлена
теми улучшениями, которые будут обеспечены
в результате реализации проекта, и
способом распределения расходов между
учреждениями центрального правительства,
местным правительством и частными
лицами. Правовую ответственность и
строго соблюдение выработанных мер по
проведению консолидация земель, следует
возложить на соответствующие
правительственные учреждения страны.
В случае с Азербайджаном, на наш взгляд
таким учреждением может быть Минсельхоз
страны.

Результаты
и обсуждение
.
До начала реализации проекта необходимо
будет ответить, на очень важные вопросы
напрямую связаны с проведением такого
проекта. Если не будет найден ответ на
нижеследующие вопросы, до начала проекта
говорить об успешности такого проекта
будет весьма сложно. На кого будет
возложена правовая ответственность за
проведение консолидации земель? Какой
должна быть продолжительность проекта?
При необходимости можно ли приобретать
дополнительные земли? Где будет проведена
эксперимент (то есть территориальное
место проведение)? Какие будут выгоды
и улучшения от консолидации земель?
Будут ли выгоды превышать расходы? Как
будут распределяться расходы между
фермерами? Каким образом найдут свои
решение вопросы связаны с арендными
договорами, сервитутами и закладными?
Как и от кого будет, исходит инициатива
и утверждена заявка на проект? На кого
будет возложена ответственность
руководство, разработка и реализацией
проекта? Кем и как будет осуществляться
процесс стоимостной оценки? Как будут
трактоваться изменения землевладения
и стоимостной оценки, происходящие в
результате осуществления проекта? Как
будет организована реализация проекта
консолидации земель? Как будет происходить
изменение прав собственности? Как будет
осуществляться подготовка и утверждение
подробного плана консолидации земель?

Помимо нахождения ответа на вышеуказанные вопросы, также для реализации экспериментального проекта по консолидации земель, потребуется налаживание прямых связей между местными органами власти, муниципалитетами, управлениям водоснабжения и другими органами которые косвенно или прямой форме могут иметь отношение к этому проекту.

Изначально проект должен быть проектировано таким образом, что его срок не был слишком продолжительным. В противном случае мероприятия, реализуемые в его рамках проекта, могут оказывать неблагоприятное влияние на общий ход работы консолидации земель. Сроки продолжительности проекта, зависимо от его масштаба и от других факторов, должны бы от полутора до трех лет, но не более.

При выборе
место проведение проекта надо быть
очень предусмотрительным. Так как от
результатов первого опыта проведение
экстремального проекта практический
будет, зависит дальнейший судьба всего
консолидации сельскохозяйственных
земель в Азербайджане. Важным фактором
при выборе место может быть наличие
дополнительных земель в государственном
земельном фонде страны или же у местных
муниципалитетов.

На наш взгляд в первую очередь, необходимо провести тщательный опрос и анализ среды местного население, с целью определить, будет ли экспериментальный проект консолидации земель выгоден для них или нет. Если да, то нужно определить, какие необходимо применять процедуры консолидации земель (например, комплексная консолидация земель с такими элементами, как восстановление сельской инфраструктуры, упрощенная консолидация земель или добровольная консолидация земель). В законодательстве по вопросам консолидации земель должно содержаться положение о том, является ли консолидация земель добровольным процессом или процессом, основанным на желании большинства (или же и тем, и другим) [9].

В ходе анализа необходимо также установить, осуществляется ли одновременно неформальная консолидация земель посредством аренды и других мер, если да, то, как в рамках экспериментального проекта можно было бы воспользоваться этой добровольной и неформальной деятельностью. Например, в рамках проекта можно было бы изучить вопрос об объединении арендованных участков с собственными участками фермера, если все стороны дадут на это согласие.

Для проведения эксперимента, следует провести анализ для выяснения, существует ли в той или иной местности достаточный потенциал для проведения консолидации земель. В число возможных критериев для такого анализа входят:

  • проявленный ранее интерес фермеров и местных властей к консолидации земель и отсутствие сильного сопротивления такой консолидации;
  • относительно небольшое число собственников, живущих вне своих владений;
  • наличие надлежащих записей, подтверждающих право собственности на землю, и отсутствие таких факторов, как земельные споры;
  • доступность получения земель из других источников для расширения владений;
  • потенциальная возможность обеспечения значительных улучшений в результате консолидации земель;
  • экологические меры, как, например, охрана конкретных природных ресурсов и т.д..

В рамках экспериментального проекта, возможно, потребуется, установить баланс между необходимостью обеспечения достаточно комплексного характера проекта, позволяющего удовлетворять существенные нужды местного население, и необходимостью обеспечения максимальной простоты проекта для упрощения управления им. Результаты реализации первого экспериментального проекта в значительной мере повлияют на принимаемые в дальнейшем решения относительно деятельности по консолидации земель. Необходимо провести оценку объема проекта и его последствий в плане координации ряда субъектов деятельности, таких как различные отраслевые министерства, на предмет выявления потенциальных рисков. Успешно проведенный небольшой и несложный экспериментальный проект будет намного более ценным, чем крупный комплексный проект, цели которого не были достигнуты. Объем экспериментального проекта должен обеспечивать улучшение положения в сельском хозяйстве, а иначе на наш взгляд просто нет смысл в его проведение.

Потенциальные выгоды, которые, как ожидается, принесет реализация экспериментального проекта, необходимо сопоставить с предполагаемыми издержками. Следует проводить тщательный анализ выгод и затрат.Издержки, связанные с экспериментальным проектом могут быть ниже следующие:

  • сбор основной информации;
  • инфраструктура;
  • улучшение окружающей среды;
  • благоустройство территории ферм;
  • планировка ландшафта;
  • улучшение частных владений, как, например, строительство зданий;
  • приобретение земель;
  • технические издержки перераспределения земель;
  • регистрационные сборы и налог на передачу недвижимой собственности;
  • административные расходы по проекту.

Демонстрируя положительные результаты такого анализа, в первую очередь следует убеждать фермеров, и потом других лиц в том, что экспериментальный проект будет выгодным. Если результаты анализа проекта окажутся неудовлетворительными, то нужно будет основательно его переработать или аннулировать и выбрать новое место для реализации экспериментального проекта. Так как, понимая важность консолидации сельскохозяйственных земель для Азербайджана, в случае провала первого экспериментального проекта ни в ком случае нельзя останавливаться и надо будет искать новое место для следующего экстремального проекта.

Как будут распределяться расходы? Необходимо установить правило распределения различных издержек между разными правительственными учреждениями и между правительством и участниками. Поскольку фермеры не в состоянии платить больших денег за реконструкцию, большую часть средств должно будет обеспечить правительство.

Во многих зарубежных странах, где консолидации земель проводится ни первый год, правительство этих стран, часто покрывало 75% или более издержек, связанных с проектами в рамках долгосрочных программ консолидации земель, тогда как участники вносили свою долю наличными, в натуральной форме или путем выполнения определенных функций, связанных с проектом. Расходы, которые служат интересам конкретных землевладений, как правило, покрываются соответствующими фермерами. Если фермеры не в состоянии вносить авансовых платежей в случаях распределения издержек между фермерами и правительством, то правительство может покрыть все издержки и предложить собственникам выплачивать причитающиеся с них суммы в рассрочку в течение определенного числа лет. Или же во имя продовольственное безопасности страны полностью покрыт, все расходы связаны с проектам консолидации земель в стране.

Консолидация земель не может осуществляться без государственной поддержки, способствующей развитию данного процесса [10]. Поэтому, мы считаем, что в Азербайджане все расходы на консолидации земель государство должно взять на себя. Учитывая менталитет и финансовое способность местного население в наше стране, вряд ли можно рассчитывать на то, чтобы местные фермеры смогут или захотят тратить деньги из собственных средствах на какие-нибудь издержки связанные с консолидации земель. Иначе будет очень сложно получить согласие местного население не только на экспериментальный проект, а вообще на консолидацию земель.

Как будут рассматриваться в рамках проекта арендные договоры, сервитуты и закладные?Мы считаем, что проект должен позволить землевладельцам приобретать права на различные участки земли.В некоторых системах требуется предлагать арендаторамземлю такой же ценности, как та, на которой они работают, в противном случае изменение ценности земли компенсируетсяизменением размера выплачиваемой ренты. У арендаторовдолжна быть возможность требовать расторженияарендного договора, если их не удовлетворяют выделенныеим земли.Права по сервитуту можно переносить на новые земельныеучастки, но они могут быть также аннулированы в результатеконсолидации земель, например, может отпадать необходимостьв определенных правах прохода или проезда по чужойземле. Утрата таких прав обычно не компенсируется.Однако отсутствие устойчивого рынка кредитов в Азербайджане на землях сельскохозяйственного назначения означает, чтоналичие закладных не будет частым явлением на проектныхучастках или же во многих местах вообще не быть.

Как будет инициирована и утверждена заявка на проект? Даже если конечной целью и является внедрение программы консолидации земель, в рамках которой фермеры и местные население могут инициировать проекты, тем не менее, от ведущих учреждений может требоваться, чтобы они брали на себя активную роль в инициировании первого экспериментального проекта. Важным составляющим для консолидации земель на подготовительном этапе выступает обеспечение открытости и информированности людей о проекте. Поэтому, необходимо будет организовать обсуждение с местным населением информации о ключевых элементах предлагаемого проекта. Можно знакомить местного насление и соответствующие отраслевые министерства с начальным концептуальным планом, в котором излагается структура проекта, чтобы спросить, таким образом, их мнение, что, в свою очередь, позволит определять в общих чертах объем проекта.

К реализации проекта можно будет приступать только после того, как будет получено согласие всех участников. Необходимо будет принять решение относительно того, кто является приемлемым участником, например, владельцы земель несельскохозяйственного назначения, жители сельских поселений, руководители общины и т.д. Как правило, в число участников входят все землевладельцы. Положение может быть, однако, достаточно сложным, если в районе имеется много собственников, живущих вне своего владения, тогда нужно будет обсудить вопрос о выборе экспериментальных участков с относительно небольшим числом «отсутствующих собственников». Будет ли для утверждения проектного предложения требоваться согласие всех участников, простого большинства или одной из форм особо установленного большинства? В некоторых юрисдикциях для утверждения проекта требуется, чтобы дающие согласие землевладельцы контролировали более половины территории или более половины стоимости земельной собственности. Тем не менее, мы настаиваем на том, чтобы для реализации экспериментального проекта по консолидации земель в обязательном порядке было получено согласие всех собственников земель, участвовавших в этом проекте, так как это позволить в дальнейшем избежать долгие судебные тяжбы с землевладельцами.

В экспериментальных проектах, вопрос согласия участников представляется более трепетным, чем в проектах, реализуемых в рамках устоявшихся программ консолидации земель. С одной стороны, в случаях четкой необходимости проведения консолидации земель особо установленное большинство может считаться достаточным, чтобы взять верх над несколькими несогласными владельцами, в противном случае программа так никогда и не начнется. С другой стороны, критика, с которой выступают несогласные владельцы, включая заявления о том, что у них отбирают земли, может существенным образом подорвать усилия по внедрению практики консолидации земель.

Необходимо будет разработать правила рассмотрения возражений, связанных с проектом. Будут ли подаваться апелляции, и если да, то кому? Хотя разработка способов разрешения возражений представляется очень важной, но, тем не менее, следует прикладывать усилия к тому, чтобы целенаправленно сокращать возможности возникновения таких возражений путем тщательного выбора общины для реализации проекта и обеспечения всех участников надлежащей информацией с самого начала процесса реализации. Помимо всего этого, также потребуется согласие со стороны правительства страны, поскольку оно будет обеспечивать финансирования проекта. При долевом участии в расходах различных отраслевых министерств может также понадобиться, чтобы и они одобрили проект.

Необходимо определить лица, которые будут отвечать за осуществлениепроекта. Ведущее учреждение должно нести общую ответственностьза разработку подробного плана и реализацию проекта. В Европейских странахобычно формируется местная группа управления, состоящая изпяти – семи человек (ее иногда называют местным руководящимкомитетом, консультативным советом или советом участников).Членов группы, как правило, избирают на общем собрании участников.При наличии большого числа арендаторов их представителитакже могут войти в состав группы. Председатель такой группыизбирается или назначается. На наш взгляд, такой подход может быт применим и в нашей стране.

Инвентаризацию существующего положения дел следует проводитьна основе правового оформления положения границ участкаи его правового статуса, включая права аренды, закладные иправа из сервитута или ограничения прав на землю. Недовольным землевладельцам и землепользователям, по результатам проведенной инвентаризации, необходимо предоставить официальное право на обжалование результатов ее проведения [11]. Обжалование должно проводиться в соответствии с земельным и гражданским законодательством. Создаваемыеземельные регистрационно-кадастровые системы должны обеспечивать,где они существуют, основу для выявления держателейправ и владельцев участков. Необходимо разработать правилана те случаи, когда у людей не имеется правовых документов,подтверждающих их права собственности. Например, достаточноочевидный владелец может считаться законным владельцем дляцелей консолидации земель без ущерба для права других сторонначать судебный процесс. Возможно, потребуется также путем публичного извещения произвести вызов сторон, к которым не обращались лично для выявления их имущественных интересов на проектом участке. Необходимо определить лиц, которые будут проводить инвентаризацию положения дел. Следует также разработать правила рассмотрения возражений по поводу инвентаризации прав собственности.

Проведение стоимостной оценки земельных участков необходимо для обеспечения справедливости при перераспределении земель и для определения объема компенсации, если выплата таковой потребуется в результате консолидации земель. Следует определить методологию расчета оценочной стоимости. Оценка может производиться с учетом рыночной стоимости и аспектов,влияющих на производство, таких как качество почвы,ирригационные установки и топография. Во внимание следует также принимать потенциал нормальной доходности и фактическую продуктивность. Если нет необходимости обращаться к рыночной стоимости (например, если не возникает вопросов компенсации), то можно определять относительную стоимость.Проведение таких оценок без обращения к рыночной стоимости может быть целесообразным в случаях вялых рынков земель сельскохозяйственного назначения. Кроме того, в разрабатываемую методологию потребуется, возможно, включить расчет стоимостной оценки земель несельскохозяйственного назначения.Необходимо определить лиц, которые будут проводить стоимостную оценку, например, будут ли это профессиональные оценщики, или оценщики и фермеры вместе. Для обеспечения прозрачности, возможно, потребуется привлекать экспертов, нейтральные стороны и членов местного руководящего комитета. Необходимо будет также разработать правила рассмотрения возражений по поводу расчета оценочной стоимости земельных участков.

Трансакции могут осуществляться в период между окончательным оформлением инвентаризации прав собственности и завершающими этапами перераспределения земель. Лица, получающие земли в районах, где проводилась консолидация, должны принимать последствия, к которым приводит реализация проекта, как если бы они были одной из сторон первоначального соглашения. Следует определить процедуры для обеспечения того, чтобы изменения прав собственности и других прав учитывались при перераспределении земель и оплате издержек.

Консолидация земель должна проводиться с обязательным соблюдением принципа эквивалентности или суррогатности (англ. Surrogate principle) [12; 13; 14]. Согласно этому принципу оценка перераспределенных (измененных) земельных участков (земельной собственности) будет проводиться в отношении друг друга. То есть стоимость земельного(ых) участка(ов) владельца не должна стать ниже после проведения консолидации земель. Таким образом, стоимость трансформированных земельных участков должна равняться стоимости земельного участка(ов) до их трансформации, и ни один из землевладельцев не должен понести экономических (финансовых) потерь. В случае если стоимость земельных участков окажется ниже первоначальной, то разница может быть возмещена посредством предоставления землевладельцу компенсации, как в денежной, так и натуральной форме.

В подробном плане консолидации земель указывается, как будут перераспределяться земельные участки и как будет осуществляться строительство необходимых сооружений и проведение других улучшений. Необходимо определить лиц, отвечающих за разработку плана. В их число могут входить специалисты геодезисты, агрономы, землеустроители, представитель соответствующего организации правительство курирующий проект консолидации земель и т.д..

Кроме этого важно разработать процесс, обеспечивающий участие фермеров и других заинтересованных сторон в подготовке подробного плана консолидации земель. Наличие широких систем, предполагающих активное привлечение населения, позволит лицам, разрабатывающим план, встречаться с фермерами и с другими сторонами, как индивидуально, так и в группах, чтобы выслушивать их мнения.

Вследствие конкурирующих запросов фермеров и других участников и ограничительного влияния местной топографии подготовка подробного плана консолидации земель может осуществляться в несколько циклов, чтобы можно было надлежащим образом учесть все замечания, высказанных в ходе обзоров. Необходимо будет принять решения относительно формальностей процесса: в рамках некоторых систем требуется широкое оповещение общественности о предстоящем совещании, а в ходе самого совещания все замечания и возражения фиксируются документально. Сторонам может быть также предоставлена возможность представлять свои замечания в письменном виде через определенное время после состоявшегося совещания. После того, как будет проведен анализ замечаний, следует подготовить пересмотренный проект плана. Цикличность процесса обеспечивает, таким образом, учет возражений высказанных участниками, при разработке плана перераспределения земель.

Необходимо установить правила утверждения плана после того, как будет, достигнут очевидный консенсус. Будет ли необходимо, чтобы участники голосовали, если да, то, какое число участников должно проголосовать «за», чтобы план был утвержден? Нужно будет принять решение относительно того, к каким мерам сможет прибегать лицо, высказывающее возражения по поводу плана. Можно ли опротестовывать решение через суд? Обращение в суд может в потенциале привести к провалу экспериментального проекта. Если в основе программы лежит добровольное участие, то нет или почти нет никакой необходимости навязывать план несогласному с ним меньшинству. Навыки посредничества могут иметь решающее значение, обеспечивая достижение соглашений, и одним из важных аспектов экспериментального проекта будет создание условий, позволяющих сотрудникам проекта приобретать такие навыки.

В большинстве систем предусматривается, что план становится окончательным, когда – после урегулирования возражений, если таковые имели место, – он будет утвержден компетентным органом. Необходимо будет определить такой компетентный орган, которым, как правило, является ведущее учреждение, лиц которые будут осуществлять работу, атакже процесс их отбора. Будет ли межеванием перераспределенныхучастков заниматься частный сектор или государство? Кто будет обеспечиватьстроительство сооружений и проведениедругих улучшений?

Реализация проекта приведет к существенным изменениям правового статуса земельных участков и прав. Вследствие исчезновения существующих участков и появления, новых процесс передачи прав от одного владельца другому отнюдь не будет простым. Необходимо разработать процедуры обеспечения правовой эффективности нового положения дел, например, можно обеспечить правовую эффективность всех изменений в едином постановлении. Следует определить, какие земельно-правовые документы нужно будет выдавать собственникам после завершения процесса консолидации земель.

Вместе с определением «правил игры» необходимо будет принять ряд мер, обеспечивающих начало процесса. Нужно будет заручиться поддержкой инициативы, наладить организационные связи, обеспечить принятие правоприменительного акта для проекта, выявить проектные издержки и источники финансирования и дать людям возможность приобрести необходимые навыки.

Экспериментальный проект по консолидации земель следует изначально рассматривать как часть внедрения стратегии консолидации земель. Подготовка такой стратегии обеспечит условия для реализации экспериментального проекта, давая людям возможность видеть его не как отдельное событие, а как часть согласованного решения проблем сельского развития.

Экспериментальный проект уже в силу того, что он нацелен на привнесение новшеств, связан с потенциальными рисками. Экспериментальный проект по консолидации земель может быть особо рискованным, поскольку в его рамках перестраиваются механизмы землевладения, а земельные права являются чрезвычайно щекотливым вопросом для собственников и правительств. Не квалифицированно разработанный проект может отрицательно вилять на благосостояния бедного населения и наносить экологический ущерб. Нужно делать всевозможное, чтобы не допускать подобных рисков. Даже хорошо разработанный проект может оказывать неблагоприятное воздействие,если он плохо реализован. Для того чтобы консолидацию земель можно было бы использовать в качестве эффективного инструмента сельского развития, чрезвычайно важно обеспечивать успешное осуществление экспериментальных проектов по консолидации земель. Неудовлетворительные результаты и плохая репутация могут свести на нет всю будущую деятельность по консолидации земель. Избегание рисков является одним изважнейших элементов стратегии регулирования рисков. В рамках реализации экспериментального проекта нет никакого смысла пытаться навязывать консолидацию земель людям, которые не хотят этого, или вовлекать в проект другие ведомства центрального правительства против их воли. Изначальное проведение оценок, таких как анализ достоинств и недостатков, возможностей и угроз, поможет выявлять конкретные риски и способы сокращения интенсивности и частоты рисков,которых невозможно избегать. После того, как реализация проекта началась, очень важно обеспечивать грамотное управление проектом, чтобы не допускать возникновения рисков.

Для того чтобы проект стал реальностью, необходимо будет обеспечить его широкомасштабную поддержку. Такой поддержкой нужно будет заручиться среди целого ряда участников.Решительная политическая поддержка на национальном уровне имеет чрезвычайно значение в связи с финансовыми и правовыми потребностями в рамках проектов. Поддержка со стороны местных политических деятелей в районах реализации необходима для привлечения местных ресурсов. Следует широко распространять идею о той важной роли, которую консолидация земель играет в процессе сельского развития, и надлежащим образом разъяснять, каким образом она содействует решению проблем и обеспечению выгод. Поддержка со стороны отраслевых министерств имеет значение, если предполагается внесение ими вклада в реализацию проектов по консолидации земель. Необходимо разъяснять им, каким образом консолидация земель может повышать эффективность их проектов.Крайне важной является поддержка со стороны фермеров и других субъектов деятельности, поскольку результатом проекта будет признание их прав собственности. Следует разъяснять им, каким образом они и их община смогут извлекать выгоду из проекта. В каждом из этих случаев нужно будет подготовить тщательно разработанные рекламные обращения и распространять их в ходе семинаров, посредством брошюр и т.д.

Для реализации экспериментальных проектов не надо готовить закона о консолидации земель; скорее, на основе опыта, накопленного в ходе их осуществления, можно будет строить последующую подготовку комплексного законодательства для регулирования программы консолидации земель. Как правила законы, которые могут повлиять на экспериментальный проект в Азербайджане следующие:конституция; гражданский кодекс; налоговый кодекс; земельный кодекс; закон о приватизации земли; закон об ипотеке; закон об аренде; закон о землеустройстве; закон об охране окружающей среды; закон о компенсациях; закон о кооперативах и пр.

До начала проекта,необходимо приобретать технические ресурсы, содействующие сокращению сроков реализации и издержек проекта. Следует использовать технологии дистанционного зондирования, геоинформационные системы. Необходимо подготовить проекты руководств по различным процедурам (правовой инвентаризации, стоимостной оценки, апелляций, перераспределения земель, окончательного удостоверения прав и т.д.) для ориентирования деятельности в рамках реализации проекта. Следует проводить обзор руководств, отражая в них опыт, накопленный в результате эксперимента, чтобы они становились более содержательными и более надежным подспорьем в работе над последующими проектами.

В связи с определением различных правил, которые требуются для учреждения экспериментального проекта и взаимодействием между различными правительственными учреждениями и местными организациями, необходимо будет определить масштаб и объем издержек всех мероприятий. В число таких мероприятий будут входить:

  • наращивание поддержки, т.е. расходы по информативным программам, предназначенным для обеспечения поддержки со стороны основных субъектов деятельности (семинары, брошюры и т.д.);
  • разработка и введение в силу правоприменительного акта;
  • подготовка кадров;
  • расходы, связанные с самим проектом по консолидации земель, улучшение качества земли, технические издержки, связанные с перераспределением земель, административные расходы и т.д.

Выводы. Необходимо определить источники финансирования проекта и принять меры по мобилизации вклада центрального и местного правительств, участников и доноров. Обратить внимание на вопросы руководства разработкой и осуществлением всех мероприятий, чтобы обеспечивать качество, соблюдение бюджета и выполнение сроков реализации, с внедрением механизма мониторинга и оценки проектов. В ходе всего процесса следует оценивать и внедрять опыт накопленный странами Западной, Центральной и Восточной Европы.

Список литературы

1.
Низамзаде Т.Н. Консолидация земель
сельскохозяйственного назначения в
Азербайджане.Ст.67-71.Международный
научно-практический журнал Экономика,
труд, управление в сельском хозяйстве
№6 (63), 2020, Москва Типография ФГБНУ ФНЦ
ВНИИЭСХ.

2.
Сагайдак
А. Э., Сагайдак А.А. Экономическое
регулирование консолидации земель в
сельском хозяйстве. Ст.15-18.
Наука
России: Цели и задачи. Сборник научных
трудов по мате-риалам XV международной
научно-практической конференции 10 июня
2019 г. Часть 4 Изд. НИЦ «Л-Журнал», 2019 – 88с.

3.Виталий
Семочкин,
Ольга
Захарова. Землеустройство и консолидация
земельных участков, выделяемых в счет
земельных долей. Ст.6-8.
МСХЖ
№4/2016, Москва.

4.
Operations
manual for land consolidation pilot projects in Central and Eastern
Europe. – Roma: FAO, 2004. – 69 p.

5.Низамзаде
Т.Н.
Консолидация
земель сельскохозяйственного назначения
как фактор сохранения и улучшения
почвенного покрова Азербайджанской
Республики. Ст.89-93.Аграрный
вестник Урала № 02 (193), 2020 г.
г.
Екатеринбург.

6.Низамзаде
Т.Н.
Консолидация сельскохозяйственных
земель Азербайджана на примере Европейских
стран. Ст.23-30.
The
scientific heritage No 47 (2020) Р.7
(Budapest, Hungary).

7.
Низамзаде
Т.Н.
Консолидация
земель как путь оптимизации размеров
земельных массивов фермерских хозяйств
Азербайджана.Ст.19-23.
The
Scientific journal “Norwegian Journal of development of the
International Science”.
№42/2020.
0178,
Oslo, Norway.

8.
Hartvigsen M. Land Reform and Land Consolidation in Central and
Eastern Europe after 1989: Experiences and Perspectives: Ph.D.
Thesis. Aalborg:
Aalborg
University,
2015. 449 p.

9. Европейская
экономическая комиссия. Комитет по
жилищному хозяйству и землепользованию.
Рабочая группа по управлению земельными
ресурсами. Одиннадцатая сессия. Женева,
27–28 февраля 2019 года .Пункт 3 c) предварительной
повестки дня. ECE/HBP/WP.7/2019/6.

10.
Сагайдак
А. Э., Сагайдак А.А. Экономический механизм
консолидации земель в сельском хозяйстве.
Ст.1-15. Московский Экономический Журнал.4/2017.
Москва.

11. Попов А.С.
Стадийность проведения консолидации
земель сельскохозяйственного назначения
в Украине на основе передового
международного опыта.Ст.111-121.
Проблеми
економіки
№ 1, 2017.
Харьков,
62483, Украина).

12.Sonnenberg
J. Fundamentals of Land Consolidation as an Instrument to Abolish
Fragmentation of Agricultural Holdings // FIG XXII International
Congress Washington, D.C. USA, April 19-26 2002. URL:
https://www.fig.net/resources/proceedings/fig_proceedings/fig_2002/Ts7-4/TS7_4_sonnenberg.pdf.

13.Lisec
A., Sevatdal H., Bjerva Ø.J., Ferlan M. The Institutional Framework
of Land Consolidation – Comparative Analysis between Slovenia and
Norway // FIG Working Week “Knowing to manage the territory,
protect the environment, evaluate the cultural heritage”, 6-10 May
2012, Rome, Italy. URL: http://www.oicrf.org/pdf.asp?ID=10816.

14.
The design of land consolidation pilot projects in Central and
Eastern Europe: FAO Land Tenure Studies. Rome: FAO, 2003. No. 6. URL:
ftp://ftp.fao.org/docrep/fao/006/Y4954E/Y4954E00.pdf.




Московский экономический журнал 7/2020

УДК 338.43:658.5(007)

DOI 10.24411/2413-046Х-2020-10503

ПРОБЛЕМЫ
ФИНАНСИРОВАНИЯ МОЛОЧНОПРОДУКТОВОГО ПОДКОМПЛЕКСА В РАМКАХ РАЗВИТИЯ РЕГИОНАЛЬНОЙ
ПРОСТРАНСТВЕННО-ОТРАСЛЕВОЙ СТРУКТУРЫ

IN THE WORLD OF THE REGIONAL SPACE-INDUSTRY STRUCTURE

Благодарности. Статья опубликована в соответствии с Планом научно – инновационной деятельности и научных изданий ФГБОУ ВО Пермский ГАТУ на 2020 год, в рамках научно-исследовательской работы на тему: «Совершенствование механизма импортозамещения агропродукции в условиях неустойчивой экономики» АААА-А16-116021210249-3

Черникова
Светлана Александровна
, к.э.н., доцент, зав. кафедрой
менеджмента. Факультет экономики и информационных технологий, Пермский
государственный аграрно-технологический университет имени академика Д.Н.
Прянишникова, 614990, Пермь, ул. Петропавловская, 23, E-mail: schernikova2014@yandex.ru

Chernikova Svetlana
Aleksandrovna
, CSc,
Management Department, Faculty of Economics and Information Technologies, Perm
State Agro-Technological University named after Academician D.N. Pryanishnikov.
614990. Perm, st. Petropavlovskaya, 23

Аннотация. В современных условиях кризисные явления, порождены совокупностью проблем, которые накопились в молочнопродуктовом подкомплексе, как  общеэкономического, отраслевого характера, так и организационно-экономического, так  и финансового характера, требуют научно обоснованных, долгосрочных решений, реализации комплексной стратегии эффективного и устойчивого развития агропромышленного комплекса. Развитие молочнопродуктового подкомплекса зависит от успешного осуществления важных направлений, мер и механизмов финансирования региональной пространственно-отраслевой структуры, и в этом большую роль играет эффективное применение целевых программ.

Summary. In today’s conditions, crisis phenomena, generated by a set of problems that have accumulated in the dairy sub-product complex, both economic, industrial, and organizational- economic and financial, require scientifically sound, long-term solutions, implementation of a comprehensive strategy of effective and sustainable development of the agro-industrial complex. The development of the dairy sub-product complex depends on the successful implementation of important areas, measures and financing mechanisms for the regional space-industry structure, and the effective application of targeted programmes plays a big role.

Ключевые
слова
: программно-целевые инструменты,  финансирование, инвестиции, молочнопродуктовый
подкомплекс, региональной пространственно-отраслевой структура.

Keywords: software-targeted tools, financing, investments,
dairy products, regional space-industry structure.

В современных условиях, острота
кризисных явлений в региональной пространственно – отраслевой структуре, и в
частности, в молочнопродуктовом подкомплексе 
имеет, с одной стороны, объективный характер, так как производство
молочных продуктов отличается сезонностью, остро испытывает недостаток
финансовых ресурсов и постоянно противостоит монопольным действиям торговых
сетей и посредников, поставщиков материально-технических ресурсов.

С другой стороны, спад производства
и ухудшение экономической ситуации, социального положения жителей села, в
значительной мере обусловлено неотлаженными системами государственного,
муниципального и хозяйственного управления. По этому, в современных условиях,
возникает объективная необходимость комплексного решения проблем в
молокопродуктового подкомплекса, придания сельскохозяйственному производству и
ее переработке устойчивого характера развития, что способствует устойчивому
развитию региональной пространственно-отраслевой структуре.

В этом отношении, важное значение,
имеет реализация государственной программы развития сельского хозяйства и
регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия на
2013-2020 годы[1], в рамках которой в ближайшей перспективе и предстоит
продолжить решение вопросов эффективной работы сельского хозяйства, в целом, в
рамках региональной пространственно-отраслевой структуры.

Стратегия программно-целевого
финансирования молочнопродуктового подкомплекса, в частности, представляет
собой комплекс экономических, организационно-технологических, инновационно –
инвестиционных и других мер по реализации целей и задач конкретных программ
развития региональной пространственно-отраслевой структуры.

Программно-целевой метод наиболее
эффективен и при решении комплексных социальных проблем, который позволяет
наиболее полно и в то же время детально охватить весь объем задач, решение
которых может обеспечить нормальные условия жизнедеятельности и повышение
благосостояния населения, повышения уровня качества его жизни. В условиях
дефицита финансовых и материально-технических ресурсов, одним из значимых
является программно-целевой подход, 
обеспечивающий конкретную направленность государственной поддержки
молочнопродуктовому подкомплексу.

В настоящее время в определенной
мере потеряна управляемость процессом разработки и реализации целевых программ.
Поэтому ключевое звено в управлении региональной пространственно-отраслевой
структуры, по мнению автора, является 
планирование, а в его составе – разработка целевых программ, должны
отвечать требованиям кредитных организаций, банков для повышения управляемости
процессом их разработки, так и реализации.

При этом, недостаточно широко
проводятся исследования, посвященные применению программно-целевого метода для
регулирования молочнопродуктового подкомплекса в рыночной экономике, в
частности требуют дальнейшей научной и методической разработки вопросы,
связанные с совершенствованием методологии и методики программно-целевого
планирования, механизма разработки и оценки эффективности реализации целевых программ
в молочнопродуктовом подкомплексе, предпосылки разработки целевых программ,
предопределило сложившийся ситуация состояния развития сельского хозяйства, как
региона, так и страны, в целом.

Решение этих сложных задач во многом
зависит от эффективной организации производства, повышения финансовой
устойчивости хозяйствующих субъектов молочнопродуктового подкомплекса, процесса
финансирования стратегии развития региональной пространственно-отраслевой
структуры.

 В современных условиях, переход к межотраслевой
структуре управления должен обеспечить ориентацию каждого структурного элемента
продуктового подкомплекса на достижение конечных целей, совершенствование
экономических взаимоотношений между партнерами, повышение пропорциональности и
сбалансированности  сфер подкомплекса,
повышения качества производимой продукции, моральное и материальное
стимулирование за конечные результаты, предопределила объективную необходимость
выделения молочнопродуктового подкомплекса, а также программа обеспечения
населения в безопасных продуктах питания не может осуществляться иначе, как в
виде последовательной разработки и реализации целевых программ развития
отдельных продуктовых подкомплексов и их последующего синтезирования в единую
комплексную программу в рамках развития региональной пространственно-отраслевой
структуры [2].

При этом, объективной основой выделения продуктовых подкомплексов, как целереализирующих систем региональной пространственно-отраслевой структуры является совершенствование системы управления агропромышленного комплекса, где на смену большого количества разрозненных отраслей приходят межотраслевые комплексы, имеющие определенные организационные и экономические границы, структуру и конечную цель.

Организационное обособление
межотраслевых подкомплексов  позволяет
использовать программно-целевой подход к реализации программы, обеспечения
населения в продуктах питания (предопределено Доктриной продовольственной
безопасности РФ (утверждена Указом Президента РФ от 1 февраля 2010 г., далее –
Доктрина)), выявить узкие места функционирования на всех стадиях
воспроизводства конкретного продукта [3].

Поэтому для осуществления государственной экономической политики в сфере обеспечения продовольственной безопасности Российской Федерации она нацелена на то, чтобы обеспечить население надежными продуктами питания, развить отечественное агропромышленное и рыбохозяйственное комплексы, оперативное реагирование на внутренние и внешние угрозы стабильности продовольственного рынка, а также эффективное участие в международном сотрудничестве в области безопасности пищевых продуктов, утвержденной Доктриной.

В каждом регионе развиваются те, подкомплексы, для которых имеются наиболее благоприятные природные, экономические и демографические условия. В Приволжском Федеральном округе  существуют продуктовые подкомплексы:  мясной, молочный, картофелеовощной. Остальные продуктовые подкомплексы из-за небольшого объема производства сырьевой продукции и отсутствия крупных предприятий по переработке находятся в стадии формирования. Далее рассмотрим число организаций в агропромышленном комплексе Пермского края таблица 2.

По данным таблицы видно, что число организаций сельского хозяйства в 2019 г. составляет 1762 орг., это на 11% меньше чем в 2017 г. Также видно, что число организаций сельского хозяйства составляет всего 2,5% от общего числа организаций Пермского края (таб.2).

На основании, представленных данных, можно сделать вывод о том, что оборот
организаций сферы сельского хозяйства, за анализируемый период имеет тенденцию
к сокращению, но не значительную. Среди продуктовых
подкомплексов особое место занимает молочнопродуктовый подкомплекс. Подкомплекс
объединяет в своем составе сельскохозяйственные предприятия и крестьянские
(фермерские) хозяйства с молочным скотоводством в кооперации с
молокоперерабатывающими предприятиями, цехами, предприятиями торговли. Основа
формирования молочнопродуктового подкомплекса – развитие системы экономических
отношений, выступающих в форме взаимосвязей и взаимозависимостей по поводу
производства молока, его транспортировки, переработки и доведения конечной
продукции до потребителя. Исходя из вышеизложенного, можно дать следующее
определение, отражающее сущность изучаемого объекта.

Молочнопродуктовый подкомплекс имеет специфические особенности, которые отличают его от других подкомплексов агропромышленного комплекса. В частности, небольшой срок хранения, малая транспортабельность, высокая биологическая ценность, необходимость немедленной переработки произведенного сырья, а также соблюдения высоких санитарных стандартов, целесообразность значительного потребления молока в свежем виде являются существенными факторами, которые создают основу для интеграции процессов производства, закупок, переработки и реализации готовой продукции [5, с.105]. Для определения состава и структуры молочнопродуктового подкомплекса целесообразно показать взаимосвязи между его отраслями и звеньями.

Таким образом, произведенную продукцию переработчики реализуют собственными силами и через другие торгующие организации. Углубление специализации ведет к резкому расширению связей, усложнению экономических отношений между специализированными подразделениями. В современных условиях предъявляются новые требования к качеству связей и отношений. Они должны быть прямыми, гибкими и взаимостимулирующими.

Результаты исследования показали, что в целом по молочному скотоводству в Пермском крае наблюдается положительная тенденция. Несмотря на сокращение КРС, повышается их продуктивность, но при этом уровень товарности снижается. Причиной служит снижение цен закупа сырого «молока – сырья» на переработку. Данный факт отрицательно влияет на прибыль сельскохозтоваропроизводителей, возникает угроза, нехватки финансовых средств, что в свою очередь, провоцирует потребность в реализации финансирования инвестиционной деятельности, привлечения заемных средств, что в конечном итоге повлияет на финансовые показатели деятельности предприятия. Согласно отображению данных статистики по Пермскому краю (таблица 3), финансовая устойчивость сельскохозтоваропроизводителей Пермского края снижается, поскольку долгосрочные и текущие обязательства растут высокими темпами с уменьшением объема деятельности [5].

За годы
экономического реформирования все молокоперерабатывающие предприятия,
испытывают нехватку финансовых ресурсов, для получения “живых” денег,
пополнения оборотных средств,  вынуждены
были открыть свои фирменные магазины  и другие торгующие точки, т.е.
развивать свою собственную сбытовую розничную сеть [7, с.43].

В настоящие
время, предприятия молочнопродуктового подкомплекса, уже сильно  за кредитованы, что характеризует  низкий уровень финансовой устойчивости и
порог финансовой прочности. В связи с чем, недостаток ликвидности они не спешат
компенсировать кредитами на предлагаемых условиях.

Поэтому углубление специализации должно сопровождаться совершенствованием организационно − экономического механизма, учитывающего интересы всех взаимосвязанных отраслей. Важной особенностью этого процесса является то, что при увеличении количества специализированных подразделений неизмеримо возрастает степень экономического риска, последствия которого затрагивают интересы уже не отдельных подразделений, а в значительной степени системы в целом, в рамках региональной пространственно-отраслевой структуры.

В этой связи
важнейшим условием повышения эффективности молочнопродуктового подкомплекса
выступает согласование мощностей молокоперерабатывающих предприятий с объемом
производства и поступления на переработку «молока – сырья» от
сельскохозяйственных организаций, а также производство безопасной молочной
продукции (соответствие ТР ТС 021/2011, ТР ТС 033/2013) [8] в количестве
и ассортименте, соответствующем платежеспособному спросу потребителей,
существует потребность  в пересмотре
экономического механизма организации производства и управления, направленная на
совершенствование планирования, организации, оперативного управления и
регулирования, анализа и учета, контроля за всем многообразием связей,
взаимосвязей контроля за всем многообразием связей, взаимосвязей и
взаимодействий, осуществляющих процесс производства, финансирования,
материально-технического обеспечения и сбыта выпускаемой продукции
молочнопродуктовым подкомплексом.

Целесообразно
пересмотреть ответственность предприятий 
и организаций, обслуживающих сельскохозяйственные предприятия, за
увеличение производства, за качество и сроки выполнения работ и оказания услуг,
усиления заинтересованности предприятий и организаций, обслуживающих
сельскохозяйственные предприятия в достижении высоких конечных результатах и
росте экономической эффективности производства сельскохозяйственной
продукции[9,с.265] .

По мнению
автора, определяющим фактором развития молочнопродуктового подкомплекса должно
стать создание инновационных интеграционных формирований в сфере производства,
переработки  реализации продукции, в
рамках региональной пространственно-отраслевой структуры, которые смогут
реализовывать инновационные проекты и осуществлять необходимые инвестиции[10].

Сформированное
сотрудничество сельхозтоваропроизводителей с перерабатывающими предприятиями
молочнопродуктового подкомплекса на основе интеграции должны привести к предлагаемому
типу экономических связей: сельхозтоваропроизводители производят выпуск
качественного «молока-сырья», далее перерабатывающие предприятия
молочнородуктового подкомплекса, заинтересованные в сырьевой базе, инвестируют
в инновационные проекты.   В
связи с этим необходимо понимать, что связка производитель-переработчик всегда
работает только совместно, т.к. переработчик является потребителем
произведенной сельскохозяйственной продукции. Существующий баланс показывает,
что если переработчик не может продать свою продукцию ввиду низкого спроса, с
учетом, снижения покупательской способности, следовательно, и
сельхозтоваропроизводитель, не сможет продать свое молоко – сырье, т.к. оно
становится не востребованным. Затем посредством интеграции, в региональной пространственно-отраслевой
структуре, возможно создание оптово-логистических центров, основанных на
устойчивых, межрегиональных связях  и
снабженческо-сбытовой кооперации, охватывающих множество сельхозтовапроизводителей.

Рассмотренные, автором, направления инновационного развития, определение производственно-экономических, управленческих связей в молочнопродуктовом подкомплексе могут быть реализованы в практике работы региональной пространственно-отраслевой структуры при условии полноценного и своевременного финансирования за счет государственной поддержки науки и производства, связанного с инновациями.

При
этом, взаимодействие
средств финансовой сферы, а именно: бюджетные дотации,
субсидии, субвенции, средства кредитно-финансовой системы, лизинга и внебюджетных
фондов, прибыль и амортизационные отчисления сельскохозяйственных организаций и
перерабатывающих
предприятий молочнопродуктового подкомплекса, уплачиваемые налоги,
сборы и обязательные платежи, обеспечивают воспроизводственные процессы  и выступают в системе, региональной
пространственно-отраслевой структуре  как доминирующий инструмент управления [11,
с.85].

Если обобщить, имеющиеся современные государственные механизмы воздействия на инновационные процессы в молочнопродуктовом подкоплексе, можно выделить укрупненные следующие группы:

  • финансово-экономические:
    льготное кредитование и система государственных гарантий для предприятий
    молочногопродуктового подкомплекса, осуществляющих инновационные проекты,
    страхование рисков, дотации, субсидии и компенсации;
  • институциональные:
    формирование инфраструктуры и системы институтов, создание и контроль за
    организациями, экономического взаимодействия субъектов РФ;
  • организационно-экономические:
    содействие формированию вертикальной и горизонтальной интеграции предприятий,
    инновационно – интеграционных формирований, развития лизинга, реализация
    перспективных инновационных проектов и т.д.;
  • внешнеэкономические:
    разработка и реализация протекционистской политики, развитие
    экспортно-импортных поставок оборудования, создание благоприятных условий для
    привлечения иностранных инвестиций, развитие экспорта отечественной продукции,
    поиск, расширение рынков сбыта и т.д. [12].

Приоритетные решения вышеперечисленных вопросов нашли свое
отражение в процессе составления и утверждения дорожной карты развития
сельского хозяйства и устойчивого развития сельских территорий в Пермском крае
до 2020 года, по направлению повышения инвестиционной привлекательности отрасли
молочного скотоводства, путем применения государственной поддержки.

В связи, необходимо предложить к применению стратегию программно-целевого финансирования развития  региональной пространственно-отраслевой структуры.

Список использованной литературы

  1. Государственная
    программа развития сельского хозяйства и регулирования рынков
    сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия на 2013 2020 годы
    (Утверждена постановлением Правительства от 14 июля 2012 г. № 717) [Электронный
    ресурс]. Доступ с сайта Правительства России. – Режим доступа:
    http://government.ru/programs/208/events/ (дата обращения: 18.04.2020).
  2. Егоров Н. Е. Инновационно-промышленный мега-кластер
    Южной Якутии / Н. Е. Егоров // Региональная экономика: теория и практика. –
    2008 .- № 12 .- С. 40-44.
  3. Указ Президента РФ от 30 января 2010 г. N 120 “Об
    утверждении Доктрины продовольственной безопасности Российской
    Федерации”  [Электронный ресурс]. –
    Режим доступа: https://base.garant.ru/12172719/ (дата обращения: 03.05.2020).
  4. Федеральная служба государственной статистики
    [Электронный ресурс]. – Режим доступа: 
    http://www.gks.ru/ (дата обращения: 25.04.2020).
  5. Борисенко И. Л. Формирование и развитие
    интегрированных организационно-производственных структур промышленных кластеров
    / И. Л. Борисенко // Организатор производства. – 2009 .- № 2 .- С. 104-106.
  6. Бычкова Г. М. Обоснование применения синергетического
    подхода к оценке эффективности функционирования кластера / Г. М. Бычкова //
    Известия Иркутской государственной экономической академии (Байкальский
    государственный университет экономики и права). – 2008
  7. Черникова С.А. О необходимости финансовой поддержки
    перерабатывающих предприятий молочной отрасли / АПК: Экономика, управление.
    2019. № 9. С. 35-45.
  8. Решение Совета Евразийской экономической комиссии от
    09.10.2013 N 67 “О техническом регламенте Таможенного союза “О
    безопасности молока и молочной продукции” (вместе с “ТР ТС 033/2013.
    Технический регламент Таможенного союза. О безопасности молока и молочной
    продукции”). [Электронный ресурс]. – Режим доступа:
    http://docs.cntd.ru/document/499050562 
    (дата обращения: 15.06.2019).
  9. Комышев, А.Л. Управление производством в хозяйствующих
    субъектах молочного комплекса / А.Л.Комышев.− Ижеквск: Изд-во «Ассоциация
    «Научная книга», 2007.− 338с.
  10. Пыткин А.Н.,
    Черникова С.А. Особенности реструктуризации предприятий агропромышленного
    комплекса в инновационные интеграционные формирования: монография – перераб. и
    доп. /  А.Н. Пыткин, С.А. Черникова. –
    Пермь: АНО ВПО «Пермский институт экономики и финансов», 2013. – 184с.
  11. Черникова
    С.А. Вопросы развития финансовой сферы перерабатывающих предприятий молочной
    отрасли на различных стадиях экономического развития / Экономика, труд,
    управление в сельском хозяйстве. 2019. № 6 (51). С. 81-89.
  12.  Продовольственный рынок регионов России: новый
    вектор развития / Под общей редакции д.э.н. Ю.Г. Лавриковой, д.э.н. В.П.
    Негановой  − Екатеринбург: УрО РАН, 2018.
    – 776с.