Московский экономический журнал 3/2021

DOI 10.24411/2413-046Х-2021-10150

Некоторые вопросы организационно-хозяйственного управления северными хозяйствами Якутии в последние годы советской аграрной экономики 

Some issues of economic management of the northern farms of Yakutia in the last Soviet years 

Санникова Яна Михайловна, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник отдела истории и арктических исследований, Институт гуманитарных исследований и проблем малочисленных народов Севера СО РАН, г. Якутск, sannikowa@mail.ru

 Sannikova Yana Mikhailovna, candidate of histor, Senior Researcher, Department of History and Arctic research, The Institute of Humanities Research and Indigenous Studies of the North, SB RAS, Yakutsk

Аннотация. В статье в продолжение ранее проведенного анализа процессов реализации организационно-управленческих решений агропромышленного комплекса «Север» в отношении северных хозяйств Якутии рассмотрены практика перевода  некоторых хозяйств на прямую сдачу продукции в торговую  сеть и  вопросы ревизии финансово-хозяйственной деятельности отдельных  хозяйств. На основе представленных конкретных экономических данных хозяйств и итогов ревизий из архивных документов АПК «Север» последних советских годов осуществлена попытка показать отдельные направления деятельности по управлению хозяйствами и реальное положение хозяйств на  начальном этапе  трансформационных преобразований 1990-х гг.

Summary. The article continues the analysis of the implementation of organizational and management decisions of the agro-industrial complex “North” in relation to the northern farms of Yakutia. Here we consider the practice of transferring some farms to direct delivery of products to the retail network and the issues of auditing the financial and economic activities of individual farms. An attempt is made to show certain areas of the plant’s activity in managing farms and the real situation of northern farms at the initial stage of transformational transformations in the 1990s оn the basis of specific economic data of farms and the results of audits in the documents of the agro-industrial complex “North” for the last Soviet years.

Ключевые слова: северные хозяйства, Якутия, АПК «Север», последние советские годы

Keywords: northern farms, Yakutia, agro-industrial complex “Sever”, the last Soviet years

Введение. Рассматриваемые последние годы советской экономики совершенно своеобразно отразились на развитии северных хозяйств Якутии, специально созданный управленческий орган — Агропромышленный комбинат «Север» — в своей деятельности руководил социально-экономическими процессами в хозяйствах посредством организационно-управленческих решений, которые не всегда могли претендовать на конкретную отдачу в виде улучшения состояния дел в традиционных отраслях, но были характерными для начала трансформационного периода в развитии хозяйств, что важно показать на конкретных примерах и документах изучаемого периода [7, С. 54]. Здесь мы повторно не будем подробно останавливаться на вопросах организации агропромышленного комплекса Якутской  АССР и  Агропромышленного комбината «Север» при Госагропроме РСФСР  и трех ранее выделенных и проанализированных организационно-управленческих решениях в деятельности комбината в официально еще советские годы 1989-1991 гг., то есть на процессах разукрупнения совхозов, начала реорганизации форм хозяйствования, также общего экономического состояния развития хозяйств АПК «Север». Об этом уже было сказано автором [7]. Здесь же выделим  еще два направления деятельности комбината, которые также характеризовали процессы организационно-управленческих подходов по отношению к  северным хозяйствам: перевод некоторых хозяйств на прямую сдачу продукции в торговую  сеть; ревизии финансово-хозяйственной деятельности отдельных  хозяйств.

Кратко о создании АПК «Север». Для северных хозяйств Якутии последние официальные советские годы – 1989 -1991 гг. – были со-своему особенными. В результате управленческих преобразований союзного и российского уровней  в аграрной экономической системе и организации государственных агропромышленных комплексов по стране на местах [1, С.12], в том числе в Якутской ЯАССР, создание отдельного, достаточно своеобразного органа управления северными хозяйствами – агропромышленного  комбината «Север», подчинявшегося непосредственно Госагропрому  РСФСР, стало новым опытом управленческой деятельности по отношению к северным хозяйствам республики. Из официального письма первого генерального директора АПК «Север» К. Е. Иванова на имя  Первого заместителя Госагропрома РСФСР – Министра РСФСР Г. В. Кулика с исх. № 03-011 от 14 августа 1989 г. с просьбой об утверждении доработанного проекта Положения о комбинате следует, кроме социально-экономического, какое социально-политическое  значение придавали созданию АПК «Север»: «Создание АПК «Север» показало, что  это более совершенная организационная форма  агропромышленного формирования, она полностью в практике оправдывает это. Отмечаем, что при этом достигнуто резкое повышение социально-политической  активности всего населения северных районов, где в основном проживают малочисленные народности Севера (эвены, эвенки, чукчи, юкагиры и др.). Благодаря этим процессам успешно проведены ряд общественно-политических мероприятий всероссийского масштаба, идет подготовительная работа по созданию ассоциации народностей Севера…с созданием комбината возникли благоприятные условия для укрепления экономики совхозов. Только за счет передачи комбинату функций  заготовителя, совхозы получили дополнительной выручки около 500 тыс. руб. за счет оставления пушнины внутри республики дополнительно выручено 200 тыс. руб., при этом появились условия для обеспечения занятости вторых членов семей оленеводов и охотников. В целом создание АПК «Север» воспринято населением Севера с большим энтузиазмом и одобрением, о чем свидетельствуют многочисленные публикации на страницах республиканской и местных газет,  а также письма трудящихся» [4, Л.1].  Совет АПК «Север» в своем постановлении, подведя итоги первого полугодия своей деятельности на заседании 17 августа 1989 г.  подчеркнул, что создание на базе северных совхозов и предприятий специального органа  агропромышленного комбината «Север» явилось важным социально-политическим решением для дальнейшего  развития традиционных отраслей народностей Севера на базе глубокой промышленной переработки на основе современных технологий, свободной реализации продукции путем хозяйственной самостоятельности, а так же решения назревших социальных проблем  народностей Севера [2, Л.48-53].

В экономическом плане сельскохозяйственная, промышленная продукция, изделия народных промыслов, продукция собственного производства в свежем или переработанном виде, в том числе  пушнины, реализуемая через собственную торговую сеть и на рынке засчитывалась комбинату  в выполнение плана.  Комбинат  выполнял функции заготовительной организации, заключал договоры контрактации, договоры на покупку у населения  излишков сельскохозяйственной  и другой продукции.  Совет комбината определял и утверждал объемы капитальных вложений, их направление и титульные списки на строительство объектов сметной стоимостью от 1 до 4 млн руб. Комбинат имел право выхода на осуществление сотрудничества и налаживания с фирмами капиталистических и развивающихся стран в области науки, техники, международного кооперирования производства и разделения труда в целях реализации заданий государственных планов.  Реализация  всей произведенной предприятиями, организациями и хозяйствами, входящими в состав комбината, сельскохозяйственной и промышленной продукции в республиканский фонд в соответствии с плановыми заданиями производилась по утвержденным государственным ценам и по ценам кооперативной торговли. Цены, установленные Советом комбината, должны были возмещать затраты по производству, хранению, переработке, расфасовке, транспортировке, реализации продукции, а также обеспечивать необходимые накопления для расширения производства [7].

Решения по управлению и организации деятельности всех подведомственных предприятий АПК «Север», в первую очередь, касались хозяйств, совхозов, они как основные производители продукции, были ключевым звеном в деятельности всего комбината.

Практика перевода хозяйств на прямую сдачу продукции в торговую сеть. Реализовывалась практика перевода некоторых хозяйств на прямую сдачу  продукции посредством приказов по  комбинату «Север». Как было обосновано, в  целях  повышения рентабельности животноводческой отрасли и полного трудоустройства семей оленеводов, охотников и рыбаков переводили  хозяйства на прямую поставку продукции в торговую сеть. Так, например,  4 декабря 1990 г.  было решено, что совхоз «Олеринский»  Нижне-Колымского района переводится с 1 января 1991 г. на прямую сдачу мяса и молока потребителю.  Для этого планово-экономическому отделу, отделу переработки и сбыта комбината  в срок до 1 января 1991 г. предписывалось передать  совхозу в установленном порядке с баланса агрофирмы «Эдил» на баланс совхоза скотоубойный пункт и все материально-технические средства [5, Л. 200]. С 1 января 1991 г. на прямую поставку мяса и молока потребителям переводили следующие совхозы из изучаемых северных районов:  «Майорский» Абыйского, «Борулахский», «Табалахский» Верхоянского, «Эйикский» Оленекского, «Березовский» Средне-Колымского и одно хозяйство Эвено-Бытантайского. Ответственные отделы комбината также в срок до 1 февраля 1991 г. должны были передать названным совхозам в установленном порядке с баланса перерабатывающих предприятий на баланс хозяйств скотоубойные, молокоприемные пункты и все материально –технические средства [6, Л.5].  Начиная с 12 февраля 1991 г. на родовую общину «Оетунг» Аллаиховского района были возложены функции заготовок промысловой и клеточной пушнины мехового сырья по действующим закупочным ценам. И в целях обеспечения трудозанятости и производства продукции пушного промысла общине было разрешено направлять на переработку в собственной мастерской весь плановый объем закупок пушно-мехового сырья для производства товаров народного потребления с зачетом выполнения плана на основе акта приемки мастерской общины [6, Л.17]. Приказом от 16 декабря 1991 г.  совхозы «Арылахский» и «Верхнеколымский» Верхнеколымского района были переведены на прямую сдачу мяса торгующим организациям с 1 января 1992 г.  в целях экономической  поддержки совхозов  и удовлетворения поставленных ими перед АПК «Север» и президиумом райсовета вопросов по переработке мяса. Для этого директору агрофирмы «Зырянская» по результатам работы комиссии необходимо было передать совхозам с баланса на баланс забойные пункты [6, Л.131].

Также вариантом данной практики было создание  межхозяйственных заготовительных организаций. Например, для организации заготовок и переработки сельскохозяйственных продуктов на современном уровне, основываясь на положении об АПК «Север», функции заготовителя сельскохозяйственной и другой продукции в Булунском районе были переданы с 1 января 1991 г.  межхозяйственному объединению «Булун», начальник которого  должен был перезаключить договора контрактации с совхозами Булунского района на заготовку продукции на 1991 г., создать для этого сеть заготовительных пунктов, базу хранения сырья и перерабатывающие мощности, обеспечить взаимодействие с финансовыми органами [6, Л.16].

Данное направление деятельности – перевод некоторых хозяйств на прямую сдачу продукции в торговую  сеть – хотя подразумевалось положением комбината с самого начала, всё же  больше явилось реальным   попыткой поиска новых форм работы хозяйств уже после  официально принятого решения  16 октября 1990 г. на заседании  Совета АПК о начале подготовки к переходу  к рыночным отношениям в системе АПК «Север», [7, С. 47-48].

Ревизии финансово-хозяйственной деятельности отдельных хозяйств.  АПК «Север»  проводил ревизионную работу в отдельных хозяйствах, с охватом нескольких лет деятельности. Кроме непосредственно самой результатов ревизии, итоги ее показывают реальное состояние хозяйств на местах, что представляет больший интерес.

26 июня 1990 г. Президиум АПК «Север» вынес постановление о финансовом состоянии предприятий – хозяйств Верхоянского и Эвено-Бытантайского районов. По состоянию на 15 июня 1990 г.  по совхозам Верхоянского и Эвено-Бытантайского районов кредитные вложения  составили 17172 тыс. руб.  В совхозах и предприятиях комбината наблюдался рост сверхплановых запасов товарно-материальных ценностей, например, по все совхозам установлено наличие мешкотары на сумму более  400 тыс. руб., в Верхоянском агроремтехснабе имелись запасы неходовых товарных ценностей на сумму 674 тыс. руб. (в т.ч. на 604 тыс. руб. минеральные удобрения), также недостаток оборотных собственных средств на 112 тыс. руб.  Совхозы и предприятия Верхоянского района находились в тяжелом финансовом состоянии, задолженность поставщикам  составила 2842 тыс. руб., просроченные ссуды – 776 тыс. руб., финансовое положение осложнялось тем, что лишь 10-15% потребности в кредитных средствах покрывалась  собственными ресурсами. В результате сложных природно-климатических условий в период заготовки сена в 1989 г. во всех совхозах было закуплено сена из других хозяйств республики, находящихся в отдаленности, поэтому расходы по транспортировке и прессованию почти в три раза превысили стоимости самого сена [3, Л.65].

7 декабря 1990 г. приказом комбината были  подведены  результаты документальной ревизии финансово-хозяйственной деятельности совхоза «Северный» Анабарского района за 1988-1990 гг. Без учета дифференцированных надбавок совхоз 1988 г. завершил с убытком 694 тыс. руб., 1989 г. – с убытком 565 тыс. руб., валовой доход в 1989 г. был снижен по сравнению с 1988 г. на 148 тыс. руб. Произошло сокращение поголовья оленей, что было вызвано понижением делового выхода тугутов с 72% в 1988 г. до 51,7% в 1990г. и большим непроизводительным отходом оленей (2160 голов в 1990 г.); с одной матки голубых песцов в 1990 г. было получено 5,4 щенят, в 1988г. – 8,0. Было отмечено, что все недостатки, отмеченные в акте ревизии 1988 г. имели место и в 1990 г., ни одно из замечаний не было устранено, приказ управления сельского хозяйства Анабарского района от 14 апреля 1988 г. №29 не был выполнен. Также речь шла о ряде  финансовых нарушений, например, о том, что оленеводам на сумму доплаты за продукцию по итогам 1988 г. и 1989г. районный коэффициент и северные надбавки не были начислены, только за 1989г. оленеводы недополучили около 30 тыс. руб. и т.д. [5, ЛЛ.201-202].

В январе 1991 г.  результаты ревизии финансово-хозяйственной деятельности совхоза «Таймылырский» Булунского района за 1987-1990 гг. обратили внимание на следующее состояние дел в хозяйстве.  За последние годы был допущен большой  непроизводительный отход домашних оленей (за последние  три года – 2418 голов), в связи с этим  в кадровом плане было замечено, что главный зоотехник за состояние животноводства совхоза реальной ответственности не понёс, ветеринарного  работника в хозяйстве не было. Совхоз не обеспечивался  строй –электро- материалами, малой механизацией, не было электростанций малой мощности; строящаяся с 1984 г. трестом «Североагропромстрой» квартальная котельная до сих пор не была введена в эксплуатацию. Также в  неудовлетворительном состоянии находились: процесс руководства совхозом и бухгалтерского учета в нем; была плохо организована работа с документами, например, документы  для возмещения ущерба от стихийных бедствий в инспекцию Госстраха представлялись  в неполном объеме. Как видно из документа, директору совхоза же было рекомендовано освободить от занимаемой должности главного зоотехника за систематическое неисполнение обязанностей по вопросам оленеводства, к этому времени сам директор и все главные специалисты совхоза осуществляли свою деятельность непродолжительное время [6, ЛЛ.3-4]. 30 января 1991 г. вышел приказ АПК «Север» о результатах ревизии финансово-хозяйственной деятельности совхоза «Булунский» Булунского района.  Из года в год увеличивался отход оленей и за 11 месяцев 1990 г. составил 1129 голов. Ежегодно одна четвертая (1/4) часть важенок оставалась яловым и вследствие чего не выполнялся план получения приплода. В финансовой части были обнаружены такие нарушения как излишества в содержании теплохода «Омолой», неправильно удержанный подоходный налог с зарплаты рабочих и служащих совхоза с переплатой 491, 41 руб., упущение средств в сумме 90,0 тыс. руб. из-за непредставления расчетов  на 50% надбавку за мясо сверх достигнутого уровня Х1 пятилетки  – данные нарушения привели к значительному материальному ущербу и было решено произвести денежный вычет в размере среднемесячной заработной платы с директора совхоза и главного бухгалтера [6, ЛЛ.10-11].

Результаты  финансово-хозяйственной деятельности совхоза «Олеринский» Нижнеколымского района по итогам 1990 г.  от 15 июля 1991 г. показывали, что снизил темпы производства, производительности труда, поголовье оленей сократилось, непроизводительный отход оленей нарастал. Сохранность взрослого поголовья оленей составил 86% при плане 92%; были допущены сверхплановые потери оленей 1320 голов, вследствие чего значительно сократилось производство оленины. Также было указано на то, что совхоз не был полностью укомплектован специалистами и на низкую дисциплину труда в аппарате управления [6, ЛЛ. 96-97].

30 августа 1991г.  были подведены итоги ревизии финансово-хозяйственной деятельности совхоза «Абыйский» Абыйского района. Было установлено, что руководством совхоза проведена определенная работа по дальнейшему развитию социальной инфраструктуры, восстановлению поголовья крупного рогатого скота, лошадей и оленей, был перевыполнен план по валовому производству молока и мяса, в результате перевыполнен план сдачи государству по молоку и мясу как за 1990 г., та и за первое полугодие 1991 г. [6, Л.102].

 Приказ №475 от 4 ноября 1991 г. «О результатах ревизии финансово-хозяйственной деятельности АПК «Север» содержит данные, показывающие результаты ревизии Минсельхозпрода РСФСР финансово-хозяйственной деятельности комбината за  первое полугодие 1991 г. и основные моменты состояния хозяйственных дел. Не претендуя на всеохватность этих данных, можно говорить о том, что общий анализ отражает  в содержательном плане общее положение в комбинате, который объединял и управлял реформой  хозяйств Севера Якутии. Таким образом,  было установлено, что за первое полугодие 1991 г. не был выполнен план госзапаса по молоку, мясу и пушнине.  По итогам 1990 г. и первого полугодия 1991 г. предприятия переребатывающей промышленности комбината не выполнили план производства продукции – мясомолочные на 4,4% и 6,6%, рыбзаводы – на 11,8% и 14,2% соответственно.  В первом полугодии 1990 г. предприятия  по переработке молока недосдали молока и молочных продуктов в соответствии с поставками по договорам на 288,3 т, 37,2 т масла. Не выполнили договора на поставку пушнины на 63,1 тыс. руб. За первое полугодие 1991 г. не выполнили план поставки Усть-Янский и Тиксинский молокозаводы, Среднеколымский и Верхнеколымский мясо-молочные комбинаты, Быковский и Якутский рыбзаводы. Снабженческо-сбытовые организации комбината не выполнили план по объему реализации на 32,5%, отмечалось, что они имели тенденцию к дальнейшему росту издержки обращения. При выполнении плана подрядных работ по строительству  за первое полугодие не был выполнен план строительно-монтажных работ  на объектах сельского хозяйства (86%), центрсоюза (89,6%), здравоохранения (76%), просвещения (92,2%), перерабатывающей промышленности (76,9%). Основной ущерб совхозам принес падеж скота (97% всех потерь), составивший в 1990 г. 7148 голов скота, из них возмещению (признанными виновными) подлежала 1,39% суммы потерь, или 99.0 тыс. руб.). За 1990 г. комбинат при плане 130122,0 тыс. руб. недополучил прибыли на 15826,0 тыс. руб., уплачено по экономическим санкциям 1422,0 тыс. руб., при полученной прибыли за счет предъявления пени, штрафов, неустоек в сумме 506,0 тыс. руб. Недостаточность средств финансирования в первом полугодии 1991 г. привела к росту ссуд, не погашенных в срок (749, 0 тыс. руб.) и увеличению суммы по расчетам с кредиторами за товары и услуги (13936,0 тыс. руб.) [6, ЛЛ.121-122].

Данные примеры ревизионных итогов показывают положение хозяйств,  в основном все они испытывали большие трудности в финансово-хозяйственном развитии, включая и по причине неблагоприятных природных и погодных условий. При этом по всем хозяйствам комбината общий ревизионный итог подтвердил спад показателей практически по всем направлениям деятельности.

Некоторые предварительные выводы. Таким образом, как уже было сказано выше и ранее, для северных хозяйств Якутии в управленческо-организационном плане совершенно новым было создание в конце 1988 г. агропромышленного комбината «Север» при Госагропроме РСФСР с достаточно широкими полномочиями в своей деятельности, в том числе в социально-экономическом развитии арктических и северных хозяйств, тогда еще совхозов. С 1989 г. начались процессы разукрупнения крупных совхозов и  реорганизации форм хозяйствования некоторых совхозов, пока еще в рамках хозрасчета, в частности арендных производственных отношений. В этот период начало  укрепляться социально-политическое обоснование  экономического развития представителей коренных народов Севера, занятых в традиционных отраслях хозяйства.

Управленческая деятельность комбината по отношению к хозяйствам в постановляющей части была теперь официально определена. Текущая же деятельность хозяйств комбината  в конце 1990 г. – в 1991 г. на основе изучения архивных документов позволяет выделить условно  следующие направления: создание новых хозяйств на базе совхозов; перевод некоторых хозяйств на прямую сдачу продукции в торговую  сеть; ревизии финансово-хозяйственной деятельности отдельных хозяйств; общее социально-экономическое состояние развития хозяйств АПК «Север». И хотя сложно подвести какие-либо конкретные итоги количественного и качественного характера на  данном промежуточном этапе развития хозяйств, именно весь комплекс этих действий постепенно менял в целом внутреннее содержание деятельности арктических и северных хозяйств, которые были неизбежными в условиях политических и экономических трансформаций всего общества и государства.

Список источников и литературы

  1. Ковлеков С.И. Сельское хозяйство Якутии (1971 – 1985гг.). – Якутск, 1993. – 120 с.
  2. Национальный архив Республики Саха (Якутия)( далее НА РС(Я). Ф.1500. Оп.1. Д.3.
  3. НА РС (Я). Ф.1500. Оп.1. Д.4.
  4. НА РС (Я). Ф.1500. Оп.1 Д.8.
  5. НА РС (Я). Ф.1500. Оп.1. Д.9.
  6. НА РС (Я). Ф.1500. Оп.1. Д.12.
  7. Санникова Я. М. Традиционное хозяйство Якутии и АПК «Север»: организационно-управленческие решения второй половины 1980-х — 1991 гг. // Арктика и Север. 2018. № 33. С. 40-55.




Московский экономический журнал 12/2020

DOI 10.24411/2413-046Х-2020-10900

ЭКОНОМИКО-ПРАВОВОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ РЫНОЧНЫХ ПРИНЦИПОВ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ АПК ЧЕЧЕНСКОЙ РЕСПУБЛИКИ 

ECONOMIC AND LEGAL SUPPORT OF MARKET PRINCIPLES OF FUNCTIONING OF THE AGRO-INDUSTRIAL COMPLEX OF THE CHECHEN REPUBLIC 

Алклычев Алклыч Магомедович, д.э.н., профессор, профессор кафедры «Финансы, кредит и антимонопольное регулирование», ФГБОУ ВО «Чеченский государственный университет», е-mail: alklych@mail.ru

Селимханов Заурбек Асламбекович, соискатель ФГБОУ ВО «Чеченский государственный университет»

Alklychev Alklych Magomedovich, Doctor of Economics, Professor, Professor of the department of Finance, Credit and Antitrust Regulation, Chechen State University, e-mail: alklych@mail.ru 

 Selimkhanov Zaurbek Aslambekovich 

Аннотация. В статье рассматриваются вопросы экономико-правового обеспечения производственно-финансового функционирования субъектов аграрной экономики региона – Чеченской Республики. Целью работы является анализ приоритетных направлений обеспечения экономико-правовых факторов развития сельского хозяйства региона, определение путей развития финансово-кредитных отношений и инвестиционных процессов в современных условиях его функционирования. Делается вывод, что основным тормозом, сдерживающим эффективное развитие сельхозотрасли  выступает совокупность негативных факторов, связанных с состоянием земельных и трудовых отношений, материально-техническим обеспечением АПК региона, и конечно же, недостаточность развития финансово-кредитных отношений и инвестиционных процессов. Определена необходимость в экономико-правовой поддержке аграрного сектора, что может способствовать эффективной реализации экономических и социальных задач регионов, а также финансовой стабилизации и экономическому росту в отраслях АПК.

Summary. The article addresses the issues of economic and legal support for the production and financial functioning of the subjects of the agrarian economy of the region – the Chechen Republic. The purpose of the work is to analyze the priority areas of ensuring the economic and legal factors of the development of agriculture in the region, to determine ways to develop financial and credit relations and investment processes in the modern conditions of its functioning. It is concluded that the main obstacle to the effective development of the agricultural industry is a set of negative factors related to the state of land and labor relations, the material and technical support of the agro-industrial complex of the region, and, of course, the insufficiency of the development of financial and credit relations and investment processes. The need for economic and legal support for the agricultural sector has been identified, which can contribute to the effective implementation of the economic and social tasks of the regions, as well as financial stabilization and economic growth in the agricultural sectors.

Ключевые слова: экономико-правовое обеспечение, финансово-кредитные отношения, государственная поддержка сельского хозяйства.

Key words: economic and legal support, financial and credit relations, state support for agriculture.

Эффективное развитие отраслей АПК невозможно без четкого экономико-правового обеспечения поддержки аграрной сферы. Экономическая политика в аграрном секторе в современный период функционирования показывает такое состояние, что производственная, финансовая и хозяйственная деятельность имеет недостаточное нормативно-правовое обеспечение, слабо контролируется государством, в результате чего имеют место значительные затраты для нивелирования разницы в ценах на продукцию сельского хозяйства и сегодня становится очевидным, что имеет место полное несоответствие цен базовых отраслей и сельскохозяйственного производства [1].

Каждый год в развитых странах в целях обеспечения процесса устойчивого развития аграрной отрасли выделяются значительные средства. Самая большая доля прямых платежей в сфере государственной поддержки сельского хозяйства характерна для Норвегии, Австралии, США и стран ЕС. В данной структуре преобладающая часть отведена растениеводству. В частности, это относится к таким странам как США, Канаде, ЕС. В Финляндии, Норвегии, Швейцарии – на развитие животноводства. Более значительная поддержка прямых платежей в животноводческой отрасли характерна для северных стран, при этом выплаты происходят, главным образом, с учетом размера пастбищ и поголовья скота. Такая практика существует, прежде всего, в районах с худшими условиями производства [2].

Опыт стран Евросоюза показывает, что положительным является ввод более эффективных финансовых мероприятий в рамках государственной поддержки сельского хозяйства, к которым относятся:

  • дотации на обустройство молодых фермеров, имеющих сельскохозяйственное образование и соответствующие профессиональные навыки;
  • компенсационная помощь фермерам в районах с неблагоприятными природными условиями;
  • субсидии под выход пахотных земель из сельскохозяйственного производства;
  • субсидии и займы на повышение эффективности сельскохозяйственного производства и улучшение жизни фермеров;
  • дотации сельскохозяйственному производству, подвергшемуся стихийным бедствиям;
  • субсидии, направленные на повышение сельскохозяйственного дохода фермера;
  • прочие субсидии, связанные с сохранением окружающей среды, строительством малых оросительных систем и т.д.

Вышеприведенные мероприятия служат основой функционирования механизма устойчивого развития политики в сфере аграрного производства стран ЕС [3].

Возвращаясь «к нашим баранам», надо отметить, что использование зарубежного опыта не должно означать полное его копирование. Необходимо синтезировать все лучшее в нем с имеющимися достижениями в отечественном аграрном производстве. И главной задачей обеспечения выгодной, перспективной работы является реализация приоритетов развития экономики сельского хозяйства регионов Российской Федерации. Для этого требуется усиление акцента на развитие инвестиций в сельскохозяйственный сектор экономики [4].

Основными ресурсными источниками структурных преобразований в сельском хозяйстве должно стать реинвестирование во всех отраслях АПК, перепрофилирование и разукрупнение убыточных предприятий, развитие интеграционных процессов в сельском хозяйстве с предприятиями, обеспечивающими хранение, транспортировку и переработку продукции на базе взаимодействия крупных, средних и мелких производств, обеспечить переход от капиталоёмких технологий – на ресурсосберегающие [5].

Стратегия развития сельского хозяйства региона определяется функциональным стратегическим значением разработки и реализации финансово-кредитной политики в сфере хозяйственной специализации в национальной системе общественного разделения труда. В этой связи, с экономической точки зрения, к направлениям по поддержке развития сельского хозяйства Чеченской Республики необходимо предъявлять соответствующие высокие требования.

При этом необходима разработка механизма поддержки повышения репродуктивного потенциала сельхозпродукции с помощью кредитов и инвестиций путем преодоления ограничивающего влияния факторминимума в цепочке «производство-стоимость» при изготовлении конечного продукта

потребления сельского хозяйства и приоритет должен быть отдан связанным и смежным инвестициям сельского хозяйства с действием мультиплицирующего  синергетического эффекта [6].

К структурным изменениям следует отнести также использование безвозмездных дотаций из бюджета республики для создания новых предприятий инфраструктурного обеспечения отраслей сельского хозяйства.

В условиях бюджетных ограничений является важным обеспечить активизацию перехода к кооперативной форме кредитных организаций с учетом упорядочения механизма финансовых расчетов между сельхозтоваропроизводителями и другими предприятиями республики [7].

Проблемы финансово-кредитной поддержки сельскохозяйственного предпринимательства региона необходимо исследовать с определения того, на какие инструменты, методы и технологии осуществления кредитно-инвестиционной политики в целях ста­билизации и развития региональной аграрной сферы надо воздействовать, чтобы обеспечить сельское хозяйство и перерабатывающую промышленность средствами производства и производственными услугами [8].

С целью успешной реализации экономико-правового обеспечения поддержки аграрной сферы ЧР, необходимо освобождение от налогообложения доходов предприятий сельского хозяйства для приобретения новой техники, развития социальной инфраструктуры села и улучшения плодородия почв, а так же переход к практике прогрессивного налогообложения части прибыли промышленных предприятий, которые производят продукцию для сельскохозяйственной отрасли республики.

Главные экономико-правовые рычаги регулирования рыночных принципов функционирования сельского хозяйства республики – это земельный налог, налог на прибыль перерабатывающих сельхозпродукцию предприятий. Если сельские товаропроизводители не реализуют продукцию на контрактной основе, НДС следует взимать в минимальных размерах. Вместе с тем следует на ближайшие два года не взимать налог с части прибыли предприятий, которые выкупают продукцию для нужд сельского хозяйства. В результате освобождения от налогообложения части прибыли предприятий сельского хозяйства, средства будут направлены на развитие производства.

Приоритетной задачей, стоящей перед Чеченской Республикой, является формирование многоукладной экономики, включающей, мобильные, ориентированные на новые реалии коллективные и частные предприятия-производители сельхозпродукции с развитой сетью кооперации и агросервиса.

Можно выделить такие приоритетные направления экономического развития сельского хозяйства республики,  как:

  • развитие интеграции в сельском хозяйстве;
  • дальнейшее развитие АО и коллективных сельхозпредприятий;
  • разработка новых форм и методов управления сельским хозяйством и его подкомплексами, с учетом организации эффективных схем факторинга и лизинга;
  • создание системы привлекательности сельского хозяйства и его под-комплексов в инвестиционной сфере;
  • решение социальных проблем сельских территорий.

Таким образом, можно отметить, что при высокой степени механизации и концентрации производства (культуры зерновые и технические, птицеводство, откорм скота) преобладающими являются в основном достаточно крупные хозяйства. В то же время приоритеты в экономике овощеводства, плодоводства и молочного животноводства должны быть отданы именно мелкому производителю. Безусловно, средние и мелкие предприятия в пределах одной отрасли будут эффективно дополнять друг друга, основываясь в своей деятельности на принципах внутриотраслевой специализации и кооперации [9].

Материальной базой мелкотоварного сектора аграрного производства выступают низкорентабельные и убыточные сельхозпредприятия, которые следует преобразовать в ассоциации свободных производителей сельхозпродукции и малые предприятия по их обслуживанию.

Внутрипроизводственные отношения в ассоциации должны иметь своей основой кооперацию и коммерциализацию операций, связанных с товарообменом. Социальная и экономико-правовая политика при этом должна быть ориентирована на повышение уровня и качества жизни населения, проживающего в сельской местности, путем стимулирования его трудовой и хозяйственной активности. Важно с социально-экономической  точки зрения предоставить каждому крестьянину правовые гарантии, позволяющие ему своим трудом и предприимчивостью обеспечить благосостояние семьи [10].

На наш взгляд, к основным задачам в сфере занятости сельского населения относятся:

  • развитие рынка аграрного труда, подготовка высококвалифицированных специалистов для отраслей сельского хозяйства;
  • повышение уровня правового статуса личных подсобных хозяйств, защита малоимущих слоев сельского населения;
  • повышение расчетной величины прожиточного минимума работников аграрной сферы экономики, с его постепенной индексацией.

К приоритетам развития социальной сферы села, на наш взгляд, следует отнести следующие направления экономико-правового характера:

  • предоставление льгот на товарные ресурсы для сельских территорий;
  • снижение ставок налогообложения для предприятий, обеспечивающих развитие инфраструктуры села;
  • создание фондов социального развития сельской местности, не облагаемой налогами;
  • частичное освобождение от налогообложения людей проживающих в горных районах, имеющие личные подсобные и крестьянские (фермерские) хозяйства.
  • предоставление льготных кредитов селянам, осуществляющим новое строительство, капитальный ремонт жилых домов и их инженерное обустройство.

Предлагаемые экономико-правовые положения развития сельского хозяйства, в общем, могут быть использованы при разработке целевых программ развития отраслей АПК Чеченской Республики с учетом местных условий и особенностей депрессивного региона.

Список литературы

  1. Алклычев А.М. Ценовая политика государства в условиях финансовой нестабильности // Финансы и кредит. – 2020. – № 8 (800). – С. 1688-1702.
  2. Глазунова И.А. Создание системы информации в АПК Германии/ И.А. Глазунова, Н.С. Романова // Достижения науки и техники АПК. – 2000. – № 6. – С. 42-45.
  3. Кещян В.Г., Чернышев А.С. Государственная поддержка социально-экономического развития депрессивных регионов в зарубежных странах // Региональная экономика. – 2006. – №12. – С.49-58.
  4. Алклычев А.М., Арсаханова З.А. Совершенствование системы субсидирования сельскохозяйственных предприятий в РФ: региональный аспект / В сборнике: Россия в XXI веке: глобальные вызовы и перспективы развития. Материалы Второго Международного форума. Под общей редакцией академика РАН Петракова Николая Яковлевича. 2013. С. 638-645
  5. Алклычев А.М., Магомедова С.Р., Магомедов А.И. Концептуальные основы эффективного развития агропромышленного комплекса на основе государственного регулирования процесса формирования бюджетно-налогового механизма в Республике Дагестан // Вопросы структуризации экономики. – 2013. – № 4. – С. 232-235.
  6. Бобок В.С. Концепция мультипликационного эффекта инвестиций в АПК // Austrian Journal of Humanities and Social Sciences. – 2014. – С. 275 – 280
  7. Алклычев А.М., Магомедова С.Р. Эффективность бюджетного финансирования «малого» сельхозтоваропроизводителя в Республике Дагестан в условиях активизации импортозамещения // Региональные проблемы преобразования экономики. – 2015. – № 5 (55). – С. 104-110.
  8. Воронин Б.А. Государственная политика  в  аграрной  сфере Российской Федерации // Аграрный вестник Урала. –2016. – № 7. –С. 84-87.
  9. Курбанов К.К. Ключевые проблемы и модернизация аграрного производства в субъектах СКФО // Региональные проблемы преобразования экономики. – 2015. – № 3. – С. 124-129
  10. Гасиев П.Е. Эффективность государственной поддержки сельского хозяйства // Известия Горского государственного аграрного университета. –2016. – №48. – С. 242-246




Московский экономический журнал 10/2020

УДК 338.242

DOI 10.24411/2413-046Х-2020-10690

СТРАТЕГИЯ РАЗВИТИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ ГОСУДАРСТВА В ОБЛАСТИ ИННОВАЦИОННО-ОРИЕНТИРОВАННОЙ ПРОИЗВОДСТВЕННОЙ БИЗНЕС-ИНФРАСТРУКТУРЫ 

DEVELOPMENT STRATEGY OF THE ECONOMIC POLICY OF THE STATE IN THE FIELD OF INNOVATION-ORIENTED PRODUCTION BUSINESS INFRASTRUCTURE 

Бунчиков Олег Николаевич, доктор экономических наук, профессор, заведующий кафедры Экономики, философии и социальных дисциплин, ФГБОУВО «Донской государственный аграрный университет, Ростовская область, п.Персиановский

Bunchikov O.N., bunchikov.oleg@mail.ru

Джуха Владимир Михайлович, доктор экономических наук, профессор, заведующий кафедры Инновационного менеджмента и предпринимательства ФГБОУВО «Ростовский государственный экономический университет» (РИНХ), г.Ростов-на-Дону

 Juha V.M., dvm58@yandex.ru

Булгаров Мурат Ахмедович, старший преподаватель кафедры государственного и муниципального управления ФГБОУ ВО «Кубанский государственный аграрный университет им. И.Т. Трубилина», г. Краснодар

Bulgarov M.A., muratti_82@mail.ru

Аннотация. В статье рассматриваются вопросы, связанные с деятельностью государства в области политики развития инновационно-ориентированной инфраструктуры. Рассматриваются вопросы, связанные с такими формами государственной поддержки как различные формы финансирования инновационных проектов, юридическая, информационная, политическая и другие виды поддержки в области инновационного предпринимательства.

Summary. The article discusses issues related to the activities of the state in the field of innovation policy. Issues related to such forms of state support as various forms of financing innovative projects, legal, informational, political and other types of support in the field of innovative entrepreneurship are considered.

Ключевые слова: инновационное предпринимательство, государственная поддержка инноваций, конкуренция, нововведения, коммерциализация инноваций, НИОКР, фирмы, рынки.

Keywords: innovative entrepreneurship, government support for innovation, competition, innovation, commercialization of innovation, R&D, firms, markets.

Инновационная составляющая экономики, как отдельная ее часть, возникла в XX веке, она рассматривалась как способ повысить уровень жизни населения, а также ускорить развитие технологий страны. Основной двигающей силой в развитых странах на тот момент являлся частный предпринимательский сектор. Люди, занимающиеся инновациями и новациями – предприниматели.

Инновации в технологиях позволяют увеличить качество, скорость и надежность производства в стране, обеспечить экологическую безопасность, понизить нагрузку на человеческий капитал, а соответственно увеличить продолжительность и качество жизни.

Социальные инновации играют большую роль в развитии государства, а также являются одним из наиболее эффективных способов сокращения издержек. Они заключаются в улучшении качества и увеличении количества социальных услуг, затрачивая при этом меньшее количество ресурсов [4].

Инновационной политикой государства называется комплекс мер, принимаемых государством для ускорения и стимулирования развития различных технологий, усилении заинтересованной активности научного, технического и производственного потенциала в ускорении практической реализации каких-либо изобретений. При этом, применяются экономические, правовые и организационные рычаги воздействия.

Основными ее принципами являются:

  • Инновационная политика строится силами государства в интересах государства.
  • Государство не имеет тотального контроля над инновациями, а лишь регулирует и стимулирует их.
  • Участники инновационного процесса вольны выбирать методы реализации инноваций, партнеров и т.д.
  • Сохранение за государством права на участие или полный контроль над проектами, имеющими государственное или мировое значение.
  • Поддержание государством любой инициативы, которая не противоречит законодательству. Инициатором может быть как организация, так и отдельный индивид.

Как показывает опыт, только наличия рыночной экономики в стране недостаточно для достижения прогресса. Государство должно правильно выстраивать свою политику. Поддержка предпринимательства, а в особенности инновационных проектов, является ключом к развитию экономики, уровня жизни и технологий в стране [2].

При реализации инновационной политики государству необходимо учитывать инвестиционный характер инноваций, то есть оно не должно рассчитывать на моментальную окупаемость проекта. Окупаемость, зачастую, занимает длительный период времени, причем она может быть как явной – получение прибыли от реализации инновации, так и неявной – окупаемость за счет сокращения издержек на производство.

Оптимизация инновационной политики является важной задачей любого государства, так как это позволяет устранить неопределенность в развитии страны, ускорить его, а также найти новые методы и направления, благодаря которым государство может освоить новые рынки и составить конкуренцию на мировой арене.

Инновационная политика государства должна предусматривать то, что цели, поставленные на долгосрочные перспективы, недостижимы при данном уровне развития технологий,  поэтому нужно рассчитывать на то, что при достижении этих целей, нужно будет создавать новые производственные возможности, технологии. Для оптимизации такой программы, государству нужно поддерживать краткосрочные и среднесрочные инновации на протяжении всего времени [1].

Выделяются три типа государственной стратегии в зависимости от формы поддержки научной, научно-технической и инновационной деятельности:

  1. Стратегия активного вмешательства. Государства, придерживающиеся данной стратегии, признают научную и инновационную деятельность основой успешного экономического роста страны. Государство поддерживает университетскую науку и предоставляет налоговые льготы малому бизнесу, а также предприятиям, занятым инновационными разработками. Примером государства с такой стратегией является Япония, Франция и Голландия.
  2. Стратегия децентрализованного регулирования. Придерживаясь данной стратегии, правительство страны не использует меры жесткого директивного вмешательства в три вышеперечисленные сферы, однако оно играет важную регулирующую роль. Такой подход делает данную стратегию более сложной. Государство берет на себя следующие обязанности: создание благоприятного инновационного климата, материальная поддержка инновационных проектов, выделение ресурсов, необходимых для их реализации, а также государство может являться инициатором инновационных проектов (или же заказчиком). Данной стратегии придерживаются, например, США и Германия.
  3. Смешанная стратегия. Данной стратегии придерживаются страны, в которых большая часть экономики представлена государственным сектором (Китай, Швеция). В таком случае, государство использует обе стратегии одновременно. К государственным организациям применяется стратегия активного вмешательства, а к частным – стратегия децентрализованного управления [3].

Базовые стратегии инновационного развития экономики – это стратегии развития экономики в сфере инноваций, сфокусированные на каких-либо определенных продуктовых или технологических новациях в определенных сферах экономики.

Выделяются четыре вида стратегий продуктовых и технологических новаций:

  • Стратегия псевдоинноваций. Данная стратегия подразумевает собой внедрение незначительных и малозатратных инноваций, реализующихся в короткие сроки. К этой стратегии можно прибегать в том случае, если количество ресурсов и времени ограниченно, или же если инновационный потенциал продукта исчерпан. Также может применяться при условиях высокой конкуренции, когда рынок требует постоянного совершенствования продукта.
  • Стратегия имитационных инноваций подразумевает собой поддержку лидеров рынка, использование в производстве старых, проверенных временем технологий и продуктов. Данная стратегия не требует больших инвестиций и имеет достаточно короткий срок окупаемости.
  • Стратегия модифицирующих инноваций. Использование инновационного потенциала существующих технологий и продуктов, что требует осуществление полного инновационного цикла, а соответственно влечет за собой средние сроки реализации, немалые капиталовложения, а также риски. Зачастую подобные проекты нуждаются в государственно-частном партнерстве.
  • Стратегия базисных инноваций по сути представляет собой создание инновации, ее внедрение и распространение. Требует большой степени вмешательства (помощи) со стороны государства, но в то же время несет в себе большую выгоду на долгосрочной перспективе, так как потенциально может обеспечить монополию на каком-либо рынке на достаточно долгий период времени [6].

Государство осуществляет поддержку инноваций с помощью правового, финансово-экономического и информационного обеспечений.

Правовое обеспечение инновационной политики включает в себя законы и прочие правовые меры, направленные на поддержку и регулирование национальной инновационной системы, которые принимаются на федеральном и региональном уровнях. Оно осуществляется по следующим направлениям:

  • Правовые вопросы экономики, такие как вопросы собственности, предпринимательства, финансовая и кредитная политика, налоговая политика.
  • Законы и нормы качества, стандартизация, защита прав потребителей и т.п.
  • Охрана прав интеллектуальной собственности.

Финансово-экономическое обеспечение проявляется в финансировании инновационных проектов. Информационное – в предоставлении необходимых информационных ресурсов, поддержке образования, предоставлении статистических данных и прочем.

Государство также должно заботиться о внутреннем рынке: инновационная деятельность компаний внутри страны может привести к монополии компании-новатора. Для этого государство может вводить антимонопольные ограничения, либо содействовать формированию похожих конкурентоспособных компаний на внутреннем рынке, что более целесообразно, это связано с тем, конкуренция выгодна государству, так как конкурирующие фирмы будут бороться за первенство, а соответственно и вводить инновации более активно.

Прежде, чем переходить к разбору инновационной политики конкретных государств, следует рассмотреть, как инновации в целом влияют на экономику отдельных стран и всего мира.

Появление неординарных, кардинально новых продуктов означает фазу зарождения нового технологического уклада, который будет развиваться достаточно медленно на начальном этапе из-за высокой монополизации рынка. Создатели инновации не делятся своими секретами ни с кем, их права защищены патентами и коммерческими тайнами, однако далее наступает фаза доминирования технологического уклада, когда инновация получает широкое распространение и становится легкодоступной. Инновационная политика государства влияет на скорость смены данных этапов, а также на временную продолжительность конкретного уклада. Обычно один технологический уклад длится около ста лет, при этом проходит через три фазы: зарождение и становление, перестройка экономики на новый лад, основываясь на новой технологии (это фаза доминирования технологического уклада, она является самой продолжительной), отмирание.

Диффузией инновации называется процесс ее равномерного распределения. Возможность диффузии определяется качеством инновации и ее востребованностью. Очень часто диффузные процессы связаны с технологическими инновациями, которые представляют собой технологии производства, воспроизводящиеся различными организациями на производствах.

Трансферт инноваций – инструмент, позволяющий изобретателям передавать права на новшества и нововведения другим лицам. Государства имеют специальные органы, обеспечивающие контроль за соблюдением прав патентодателя. Таким образом, трансферт инноваций является инструментом регулирования диффузионных процессов[5].

Инновационные преобразования осуществляются на протяжении четырех этапов:

  1. Постановка цели. На первом этапе устанавливаются цели, обозначается миссия, а также подчеркивается приверженность к инновационной деятельности.
  2. Стратегический анализ. Анализ внешней и внутренней сред, оценка инновационного потенциала и инновационного климата.
  3. Выбор инновационной стратегии. Составление стратегий инновационного развития и выбор наиболее оптимальной.
  4. Реализация инновационной стратегии. Разработка стратегического проекта с учетом характера преобразований, контроль реализации проекта, корректировка проекта, целей, стратегии в зависимости от эффективности реализации.

В инновационном процессе большую роль играют научно-исследовательские и опытно-конструкторские разработки (НИОКР), поскольку появление новых продуктов и ресурсов требует использования новых методов производства и обработки. Основными их задачами являются:

  • Получение новых знаний в какой-либо области, либо же открытие новых областей.
  • Оценка реализуемости разработанных проектов с помощью теоретической и экспериментальной проверки.
  • Практическая реализация новшеств и инноваций.

Основным принципом НИОКР является применение уже существующих технологий и методов для решения любых проблем, ориентируясь при этом на развитие человеческого капитала.

Доля финансирования НИОКР из государственного бюджета в большинстве развитых стран составляет от 1% до 3% от ВВП. Однако НИОКР финансируется на счет частного сектора и развивается благодаря научным центрам частных компаний, которые опираются на систему образования, инфраструктуру и экономические льготы, предоставляемые государством.

Зачастую, развитые страны развивают НИОКР за счет венчурных фирм. Очень часто это фирмы, создающиеся специально под какой-либо проект, состоящие из энтузиастов, желающих воплотить его в жизнь и осознающих риск непринятия рынком инновации. Из-за рискованности проекта, зачастую он финансируется либо за счет заинтересованных во внедрении инновации лиц, либо за счет специальных фондов. Риск потери вложенных средств снижается, благодаря инвестициям нескольких венчурных фирм одновременно.

Разрабатывая инновацию, фирма может столкнуться с рядом проблем: риски, информационная неопределенность, длительная бесприбыльная стадия, недостаток ресурсов и другие[7].

Прикладные инновации поддерживаются с помощью финансовых и административных инструментов. К финансовым относятся гранты, условно-возвращаемые займы (денежные займы, которые возвращаются в случае успеха инновации), страхование и долевое участие. К административным – юридическая поддержка, которая заключается в помощи по вопросам авторского права, процедурам регистрации фирм, заключения контрактов и т.п., информационная поддержка – обеспечение организаций необходимыми информационными ресурсами, кадровая поддержка – помощь в поиске необходимых кадров, оценке и обучении персонала.

Управление рисками осуществляется с помощью следующих инструментов:

1) Четкое определение целей и приоритетных направлений развития инноваций позволяет распределять ресурсы более эффективно и снижает риск их распыления.

2) Привлечение экспертов в советы, целью которых является анализ и отбор наиболее перспективных проектов.

3) Моделирование деятельности компаний, в которые были вложены средства.

4) Распределение средств между многими фирмами, при этом покрывая минимальные потребности каждой.

5) Привлечение частных бизнес-посредников, что позволяет снизить риск неэффективного использования финансовых ресурсов.

6) Сопровождение инноваций на всех этапах всеми необходимыми материальными и нематериальными ресурсами и услугами.

7) Контроль результатов деятельности организации и корректировка стратегии.

На сегодняшний день страны мира используют шесть основных видов организационной структуры организаций, занимающихся поддержкой инноваций.

Фонды посевного финансирования (TEKENS, Финляндия) с помощью анализа находят перспективные проекты на самых ранних стадиях, помогают им в финансировании и организации, а позже помогают найти новых партнеров и/или спонсоров.

Бизнес инкубаторы (KAIST, ETRI, Южная Корея) предоставляют свои услуги начинающим стартапам на докоммерческой стадии. Суть инкубаторов заключается в том, что они предоставляют оборудование, услуги, помещения, технику и прочие ресурсы, необходимые для развития инновационного проекта на ранних стадиях. При этом, инкубаторы не занимаются финансированием. Зачастую, в одном инкубаторе развивается сразу несколько компаний, которые делят ресурсы инкубатора между собой и сотрудничают, если это возможно.

Государственные венчурные фонды (SBIC, США) отслеживают компании от создания до выхода на рынок и достижения коммерческого успеха. Они финансируют компании, привлекают новых инвесторов, участвуют в управлении. По достижении определенного уровня развития компании, фонды продают их, а вырученные деньги используют для покупки новых стартапов.

Универсальные институты поддержки инноваций (программа Аванчи, Мексика) в основном популярны в странах со слабо развитой инновационной средой. В отличие от вышеперечисленных организаций, данные институты оказывают поддержку практически по всем возможным вопросам на протяжении инновационного процесса, а не только на ранних стадиях. Также их особенностью является то, что они имеют свои исследовательские центры, занимающиеся разработками инноваций, и результатами деятельности которых институты делятся с компаниями, которым оказывают помощь.

Библиографический список

  1. Бунчиков О.Н. Проблемы эффективного развития свиноводства Ростовской области / Бунчиков О.Н., Озеров П.В. // Вестник СевКавГТИ. – 2017.– № 4 (31). – С. 31-34.
  2. Джуха В.М., Бунчиков О.Н., Грицунова С.В., Еремин Р.В. Современные детерминанты функционирования и развития растениеводческой отрасли АПК // Эпомен. – 2018. – №15 – С. 40-51.
  3. Бунчиков О.Н., Сафонова С.Г., Шейхова М.С. Анализ деятельности и пути повышения конкурентоспособности предприятия / Бунчиков О.Н., Сафонова С.Г., Шейхова М.С. // Московский экономический журнал. – 2019. – №6 – с. 24-32.
  4. Бунчиков О.Н., Джуха В.М., Гайдук В.И., Еремин Р.В., Бунчикова Е.О. Экономическая эффективность функционирования малых форм хозяйствования и реализации инвестиционных проектов в АПК Ростовской области / Бунчиков О.Н., Джуха В.М., Гайдук В.И., Еремин Р.В., Бунчикова Е.О. // Московский экономический журнал. – 2019. – №10 – с. 24-32.
  5. Bunchikov Oleg, Usenko Lyudmila, Usenko Anastasia, Kalashnikov Alexander, Eredzhepova Rimma. Eco-settlements as development factor for rural territories: experience from Southern Russia / Bunchikov Oleg, Usenko Lyudmila, Usenko Anastasia, Kalashnikov Alexander, Eredzhepova Rimma // E-SdPTCONICIT – Espacios. – Year 2019. – Vol. 40 (Number 35). – Page 27.
  6. Bunchikov Oleg, Shmatko Larisa, Yakovenko Zoya, Riabchenko Anastasia, Udovik Elena. State regulation of territorial development of agroindustrial region of southern Russia / Bunchikov Oleg, Shmatko Larisa, Yakovenko Zoya, Riabchenko Anastasia, Udovik Elena // E-SdPTCONICIT – Espacios. – Year 2020. – Published 15/01/2020 Vol. 41 (Issue 01) – Page 15.
  7. Гайдук В.И., Гришин Е.В., Бунчиков О.Н., Мирошников Д.М. Факторная среда развития отраслей промышленного сектора экономики / Гайдук В.И., Гришин Е.В., Бунчиков О.Н., Мирошников Д.М. // Политематический сетевой электронный научный журнал Кубанского государственного аграрного университета. – 2016. – №119. – С.1036-1052.




Московский экономический журнал 7/2020

УДК 338.43:658.5(007)

DOI 10.24411/2413-046Х-2020-10482

СОВРЕМЕННЫЕ ВОПРОСЫ И ПРОБЛЕМЫ ФИНАНСИРОВАНИЯ
ИНВЕСТИЦИОННЫХ ПРОЦЕССОВ АГРАРНОЙ ПОЛИТИКИ РОССИИ

CONTEMPORARY ISSUES AND PROBLEMS OF FINANCING INVESTMENT PROCESSES OF AGRICULTURAL POLICY IN RUSSIA

Статья опубликована в
соответствии с Планом научно – инновационной деятельности и научных
изданий  ФГБОУ ВО Пермский ГАТУ на 2020
год, в рамках научно-исследовательской работы на тему: Совершенствование
механизма импортозамещения агропродукции в условиях неустойчивой экономики
АААА-А16-116021210249-3

Черникова Светлана Александровна, к.э.н., доцент, зав. кафедрой менеджмента. Факультет экономики и информационных технологий, Пермский государственный аграрно-технологический университет имени академика Д.Н. Прянишникова, E-mail: schernikova2014@yandex.ru

Chernikova Svetlana Aleksandrovna, CSc, Management Department, Faculty of Economics and Information Technologies, Perm State Agro-Technological University named after Academician D.N. Pryanishnikov

Аннотация.Статья посвящена определению ключевых
вопросов финансирования инновационных процессов на федеральном и региональном
уровне с целью повышения эффективности формирования аграрной политики России, в
целом. Приоритеты в развитии сельского хозяйства страны  и выявление основных проблем, а именно:
изменений экономических и финансовых условий, нарушение эквивалентности обмена
сельского хозяйства и промышленности, диспаритет цен, недостаточное
кредитование сезонного недостатка оборотных средств, централизация капитальных
вложений, передача дотирования продукции животноводства с федерального на
местные бюджеты, рост задолженности и блокировка счетов большинства предприятий
аграрной сферы и предопределили необходимость данного исследования. Обращено
особое внимание на связь между аграрной экономикой, рынком и государством,
также определены особенности финансирования инвестиционных процессов в сельское
хозяйство на современном этапе.

Summary. The article is devoted to identifying the key issues
of financing innovative processes at the federal and regional level in order to
improve the effectiveness of the formation of agricultural policy in Russia as
a whole. Priorities in the development of the country’s agriculture and
identification of the main problems, namely: changes in economic and financial
conditions, violation of the equivalence of the exchange of agriculture and
industry, price disparity, insufficient credit for seasonal lack of working
capital, centralization of capital investments, transfer of the subsidies of
livestock products from the federal to local budgets, the growth of debt and
the blocking of accounts of most agricultural enterprises and predetermined the
need for this study. Particular attention is paid to the connection between the
agricultural economy, the market and the state, and the peculiarities of
financing investment processes in agriculture at the present stage are also
defined.

Ключевые слова:
аграрная политика, импортозамещение, продовольственная безопасность, финансирование,
инвестиции, инвестиционные процессы, сельское хозяйство,  конкурентоспособность.

Keywords: agricultural policy, import substitution, food
security, financing, investment, investment, agriculture, competitiveness.

Целью разработки и реализации аграрной политики
государством является эффективное развитие и поддержка сельскохозяйственной
экономики. При обострившейся продовольственной проблеме, в  условиях ухудшения ситуации в связи с распространением
новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV) возникает необходимость в устойчивом
развитии сельского хозяйства и его отраслей, совершенствовании аграрных
отношений и развитии аграрной политики, стабилизации экономики
региона и России.

Аграрная политика направлена на динамичное развитие
отраслей агробизнеса, а также на стимулирование социального развития сельской
местности, обеспечение занятости и роста жизненного уровня сельского населения.
Механизм российской аграрной политики не обеспечивает перспективы развития в
сельском хозяйстве, а экономические модели не достигают высокого уровня
конкурентоспособности сельской экономики в полном объеме, поэтому на
современном этапе развития сельского хозяйства, как  России, так и регионов, в целях реализации
политики импортозамещения, для устойчивого функционирования и устойчивого
развития, как сельского хозяйства. Являясь частью социально-экономической
политики, государственная аграрная политика имеет свои цели, содержит систему
соответствующих скоординированных мер, реализуются в аграрном секторе экономики
соответствующими механизмами финансового обеспечения стратегического развития аграрной
политики, что обусловило актуальность исследования.

Следует отметить, что именно несовершенства в
аграрной политике, а также недооцененная роли аграрного сектора привели к
трудностям в сельском хозяйстве. На сегодняшний день, на сельское хозяйство выделяется
всего 2% расходной части бюджета, в то время как в СССР это было 19-20%. В
настоящее время в США в среднем выделяется 27-35% расходной части бюджета, а в
Японии и Финляндии 65-70%.

Экономика АПК России была подвержена негативному
влиянию мирового экономического кризиса и антироссийских санкций со стороны
Европы и США. В связи со сложившейся ситуацией возникла надобность принятия
антикризисных программ по обеспечению продовольственной безопасности,
основывающихся на динамичном импортозамещении и повышению конкурентоспособности
АПК России. Главной ролью этих программ заключается в импортозамещении при
слаженном взаимодействии государства и бизнеса [1].

При сложившейся ситуации главной задачей является
разработка стратегии аграрной политики на ближайшие 10-15 лет. Данная стратегия
предполагает повышение конкурентоспособности сельскохозяйственного сектора,
социальное развитие села, продовольственную безопасность регионов и страны в
целом [2].

В ближайшей перспективе выделяют следующие главные
задачи аграрной политики: инвестиционные, инновационные,
организационно-экономические, отраслевые, региональные, внешнеэкономические и
социальные. При реализации задач динамического развития АПК главная роль
принадлежит государству при органичном взаимодействии механизмов рынка и
государственного регулирования экономики [3].

Одним из самых важных факторов обеспечения продовольственной
безопасности и обеспечения занятости около 50 млн сельского населения является
стабильное развитие сельского хозяйства, которому нужно уделять особое внимание.
Из-за мирового кризиса,  антироссийских
санкций, влияния короновирусной
инфекции (2019-nCoV), перед государством стоит задача динамичного импортозамещения,
которую реально решить только с помощью взаимодействия с аграрным сектором
экономики. При этом, необходимо разработать варианты
(сценарии, инструменты, механизмы) выхода экономики на докризисный
уровень, экономической стабилизации в стране и регионах.

В современных условиях,
в преодоление проявлений кризиса в производстве продуктов питания, при необходимости
удовлетворения потребностей населения, определяющую роль имеет  аграрная политика.

Необходимо предпочтение
отдать  государственным инвестициям. А
именно: финансированию инвестиционных процессов,  непосредственно в  отрасли  оказавшихся в зоне риска в
связи с угрозой распространения новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV),
необходимо рассмотреть возможно повышения инвестиций в отрасль сельского
хозяйства и определить первоочередные меры поддержки предприятий аграрной
сферы, как крупных перерабатывающих предприятий, сельхозтоваропроизводителей,
так и предприятий малого и среднего бизнеса.

Вопрос финансирования инвестиционных процессов в сельское хозяйство,  является одним из самых приоритетных в формировании новой аграрной политики, как на федеральном, так и на региональном уровнях и системы тактических и долгосрочных стратегических государственных мер. Автором проанализированы объемы финансовых инвестиций в сельское хозяйство в таблице 1.

По
данным таблицы 1 видно, что финансовые вложения в  «Сельское, лесное хозяйство, охота,
рыболовство и рыбоводство», в 2019 году составляют всего 4156,4 млн руб., это
0,27% от всех финансовых вложений (1512700,2 млн руб.). Из этих 0,27%
практически все приходится на краткосрочные инвестиции, проведя сравнительный
анализ финансовых вложений организаций по видам экономической деятельности в
2019 году по сравнению с 2019 годом, мы видим, что объем финансовых вложений
всех организаций по видам экономической деятельности сократился на 12,7%, что
составляет 220261,3 млн руб., однако, финансовые вложения «Сельское, лесное
хозяйство, охота, рыболовство и рыбоводство» увеличилось  1,55 раз, что составляет 1491,9 млн руб.,
проведенный анализ подтверждает необходимость 
формирование механизма привлечения инвестиций в сельское хозяйство, как
значимого и приоритетного направления[6]
.

Согласованная реализация финансирования инвестиционных процессов в краткосрочном и долгосрочном инвестиционных циклах, обеспечивающая удовлетворение экономических интересов и решение социальных и экономических проблем, изменяя систему продовольственного обеспечения населения.  При этом, инвестиции в основной капитал по видам экономической деятельности представлены в следующей таблице 2.

Инвестиции
в основной капитал в 2019 г., по сравнению с 2017годом, увеличились на 14,64% и
составили 220529,8 млн руб., из них 2806,6 млн руб. приходится на долю
сельского хозяйства. С целью эффективного финансирования инвестиционных
процессов аграрной политики необходимо использовать современный финансовый
инструментарий инвестирования в сельское хозяйство.

Также приоритетом в аграрной политике в преодолении
кризиса является поддержка и совершенствование местного сельского производства.
Для этого развития государству следует создать благоприятные условия в
экономике и праве, которые будут привлекать инвестиции частных и коммерческих
структур, а также будут стимулировать малые предприятия. Также немаловажным в
развитии АПК является изучение практического опыта зарубежных стран и
перспективных направлений аграрной политики страны, налаженная связь
государства, бизнеса и экономики [4].

Приоритетом в ближайшем развитии должна стать
политика стимулирования доходов сельхозпроизводителей и престижности мотивации
сельскохозяйственного труда.

Сегодня в стране существует несколько ведущих
регионов. Развитие этих регионов достигается за счет наличия сырьевой базы и
широкой работе промышленных производств мясомолочной продукции, плодоовощных и
мясных консервов, сахара и алкоголя. Ускоренное развитие сельских подсобных
промыслов и фермерских хозяйств, а также крупных сельских кооперативов
способствует увеличению занятости и доходов сельского населения, росту объема
перерабатываемых продуктов.

Исходя из этого, можно сделать вывод, что стабильное
развитие сельской отрасли возможно при увеличении поддержки и контроля со
стороны государства, например, увеличение бюджетирования государством до 15-18%
от общих расходов бюджета.

Сбалансированность экспортной, импортной и
внутренней аграрной политики возможно достичь путем разработки программы
импортозамещения продовольствия государством.

Еще одним фактором обеспечения реализации
стабильного развития АПК должен быть ввод госзаказов на производимую продукцию
по устойчивым рентабельным ценам, с условием коррекции цены при инфляции.
Однако, без реанимирования государственного планирования и функционирования АПК
в целях всестороннего эффективного развития его отраслей, восстановление
системы госзакупок и госзаказов сельхозпродукции будет сложным. Система
стратегического планирования, которая разрабатывает прогнозы развития АПК путем
использования современных методов планирования, должна входить в
государственное планирование АПК. Такое стратегическое планирование должно
учитывать возможное развитие и партнерство государства, частных и международных
структур.

Важным фактором применения данных направлений
является как усиление роли государства, так и мотивация и повышение
престижности сельского труда.

Другим значимым направлением развития АПК страны
является пересмотр норм регулирования земельных отношений в аграрном секторе,
которое поможет сформировать и урегулировать цивилизованный рынок земли,
учитывая интересы государства и всех сельскохозяйственных производителей.

Итак, проведение государством единой финансовой,
экономической, социальной, бюджетной и внешнеэкономической политики в сфере АПК
даст возможность решить проблему упадка сельской экономики, снабдить рынок
отечественными продуктами питания, повысить конкурентоспособность сельского
хозяйства России, повысить социальный уровень жизни сельского населения.

На основании вышеизложенного, согласованные действия всех уровней власти, в вопросах по выходу из кризиса и стабилизации экономики региона и России, реализации первоочередных мер на различных уровнях управления для снижения последствий от короновирусной инфекции (2019-nCoV) для экономики и социальной сферы, должны направляться на создание в аграрном секторе экономических и социальных условий для эффективной деятельности предприятий, сферы производства и обращения, на формирование развитой инфраструктуры и системы рыночных отношений, обеспечивающих повышение уровня жизни населения. В этих условиях изучение опыта и обоснование направлений развития арарной политики является важной предпосылкой стабилизации положения и создания условий для последующего роста аграрного бизнеса.

Список литературы

  1. Сидоренко В.В., Михайлушин П.В. Стратегия
    антикризисного развития сельского хозяйства России / Сидоренко В.В., Михайлушин
    П.В. // Краснодар: Мир Кубани, 2015. 209 с.
  2. Сидоренко В.В. Стратегия аграрных преобразований в
    России.// Краснодар: Мир Кубани, 2013. 515 с.
  3. Трубилин А.И., Сидоренко В.В. Михайлушин П.В. /
    Трубилин А.И., Сидоренко В.В. Михайлушин П.В. // Аграрная политика. Краснодар:
    Просвещение-Юг, 2012. 363 с.
  4. Коровкин В. Аномальные изменения климата и ситуация
    на мировом рынке требуют принятия закона о продовольственной безопасности
    России // Международный сельскохозяйственный журнал. 2013. № 3. С. 19-24.
  5. Черникова С.А. Состояние и основные направления
    развития финансовой сферы перерабатывающих предприятий молочной отрасли //
    ежеквартальный научный журнал «Вестник Казанского ГАУ», 2019 – №4(56), декабрь
    − С. 154-161
  6. Черникова
    С.А. Механизм формирования системы проектного финансирования инновационно-инвестиционной
    деятельностью предприятий молочной отрасли //
    АПК: экономика, управление, 2020. – № 5 – С. 54-63. (Agris)
  7. Alekneviciene V. и др.Evaluation of the efficiency
    of European Union farms: a risk-adjusted return approach/Alekneviciene V.,
    Stareviciute B., Alekneviciute E. // Agricultural Ecjnjmics.-2018.- Vol.64, N
    6.P.241-255.Bibligr.:p.254-255.*http:// www.agriculturegornals.cz/
    web/agricecon.htm?volume-6 1&type=volume#№.%207.
  8. Alexandrova S., Nikolov D. RDP financial
    instruments-opportunity for funding sustainability in agriculture // Икон. Упр. селск. Стоп. – 2015. – Vol.60,N 4. –
    P.53-62. – Рез. англ. – Bibligr.:p.62. Шифр П 25945 2015 60 (4).
  9. Федеральная служба государственной статистики
    [Электронный ресурс]. – Режим доступа:  http://www.gks.ru/ (дата
    обращения: 25.04.2020).




Московский экономический журнал 4/2020

УДК 338.43:339.5

DOI 10.24411/2413-046Х-2020-10223

ОЦЕНКА
КЛЮЧЕВЫХ ПОЗИЦИЙ РОССИЙСКОГО
ЭКСПОРТА
ЗЕРНА С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ
ТЕОРИИ СРАВНИТЕЛЬНЫХ ПРЕИМУЩЕСТВ

ESTIMATION OF KEY POSITIONS OF
RUSSIAN GRAIN EXPORT ACCORDING TO THE THEORY OF COMPARATIVE ADVANTAGE

Карпова
Ольга,
к.э.н., доцент кафедры экономики и экономической
безопасности, Среднерусский институт управления – филиал РАНХиГС, город Орёл

Karpova Olga, Candidate of economic
sciences, Ass.professor of economy and economic security Chair, Central Russian
Institute of Management, branch of RANEPA, Oryol city

Аннотация.
В
современных условиях развития аграрной экономики возникает необходимость
регулирования экспортных потоков зерна и продуктов его переработки с целью
обеспечения продовольственной безопасности РФ. В статье представлен анализ
сложившейся структуры российского экспорта зерна с точки зрения теории
сравнительных преимуществ международной торговли. По итогам исследования автор
делает вывод, что Россия имеет более низкие по сравнению с США альтернативные
издержки производства пшеницы фуражной. В свою очередь США обладает
сравнительным преимуществом перед Россией при производстве пшеницы 3-го класса
и кукурузы. Результаты работы могут быть положены в основу принятия
управленческих решений о стимулировании, либо ограничении экспорта определённых
видов сельскохозяйственной продукции.

Summary. In modern conditions of agrarian economy development
the necessity of regulation for export flows of grain and products of its
processing is growing. The main goal is providing the food security of the
Russian Federation. The analysis of the structure of Russian grain export is
presented in the article. It was done according to the theory of comparative
advantage of international trade. As a result of the research author concludes,
that Russia has lower alternative costs of feed wheat production in comparing with
the USA. In its turn the United States of America owns comparative advantages
in the process of spring wheat and corn production. Results of the scientific
work may be taken as a basis for management decisions about stimulation or
limitation of export for some type of agricultural production.      

Ключевые
слова:
экспорт, аграрный сектор экономики, зерно и продукты его
переработки, пшеница, теория сравнительных преимуществ, международная торговля.

Keywords: export, agrarian sector of economy, grain and products
of its processing, wheat, the theory of comparative advantage, international
trade.

Аграрный сектор экономики
России сегодня развивается под влиянием снижения стоимости национальной валюты.
В текущих условиях отечественным сельхозпроизводителям всё более выгодно
экспортировать свою продукцию за рубеж. Для государства, одной из целей
которого является обеспечение продовольственной безопасности, повышается
актуальность мер по сдерживанию экспорта. И в одном и в другом случае для
принятия рационального управленческого решения необходимо широкое экономическое
обоснование. Применение теории сравнительных преимуществ международной торговли
может послужить весомым дополнением в процессе оценки потенциальных выгод и
потерь.

За последние годы пшеница, ячмень и кукуруза являются ключевыми экспортными позициями зерна и продуктов его переработки из России, см. рисунок 1.

За период с 2014/2015 по
2018/2019 сельскохозяйственные (с/х) годы совокупная доля пшеницы, ячменя и
кукурузы в общем объёме российского экспорта зерна и продуктов его переработки
колебалась в пределах 83-87%. По прогнозным данным аналогичный показатель может
достичь 84% в текущем с/х году. Причём на долю пшеницы приходилось от 58% или
19429 тыс. т. до 70% или 35343 тыс. т. в 2014/2015 и 2018/2019 гг.
соответственно. В 2019/2020 с/х возможно достижение максимальной доли экспорта
пшеницы за последние шесть лет в 71%, что в количественном выражении составит
44796 тыс. т.Второй экспортной позицией зерна российского происхождения можно
считать ячмень. За анализируемый период его поставки составляли минимум 7% или 2985
тыс. т. общего объёма экспорта в 2016/2017 с/х году и максимум 16% или 5309 – в
2014/2015 с/х году.С учётом прогнозных данных на 2019/2020 с/х год экспорт
ячменя из России может составить 5052 тыс. т. или 8% совокупного экспорта зерна
и его продуктов. Относительно кукурузы можно отметить, что минимальные 6% или
2804 тыс. т. и максимальные 13% или 5319 тыс. т. были экспортированы с
территории нашей страны в 2018/2019 и 2016/2017 с/х годах соответственно. В
2019/2020 прогнозном с/х году экспорт российской кукурузы может составить 3472
тыс. т. или 5% экспорта зерна и продуктов его переработки из России.

По итогам данного анализа
можно отметить, что тенденция преобладания пшеницы, ячменя и кукурузы в общей
структуре экспорта российского зерна устойчива и сохраняется на протяжении ряда
лет. Проверим обоснованность сложившегося товарного потока с помощью теории
сравнительных преимуществ международной торговли.

Суть данной теории
заключается в том, что страна должна экспортировать тот товар, при производстве
которого она обладает сравнительным преимуществом, и импортировать тот товар,
при производстве которого сравнительным преимуществом обладает другая страна –
её внешнеторговый партнёр – соответственно, закупая данный товар у него. Сравнительное
преимущество же заключается в том, что альтернативная стоимость производства
определённого товара ниже аналогичного оценочного показателя другого товара
внутри страны (1 метод определения сравнительного преимущества) или в стране –
внешнеторговом партнёре (2 метод). [2]

Данная теория имеет ряд
ограничений, частью из которых нам придётся пренебречь. Например, в современных
условиях развития мировой экономикитрудно обеспечить преграды для свободного
перемещения факторов производства, если, конечно, государство не развивается в
условиях изоляции.

Однако, с другой стороны, в качестве объекта оценки мы выбираем несколько экспортных товаров, альтернативная стоимость производства которых сходна, а в качестве торгового партнёра будем рассматривать США – государство, располагающее относительно близкими к российским условиями возделывания пшеницы, ячменя и кукурузы, но, в тоже время, имеющее отличную от России внутреннюю цену на данные виды товара.Более того, Продовольственная организация ООН (ФАО) в “Публикуемой ФАО сводке предложения зерновых и спроса на зерновые” от 5 марта 2020 года называет США одним из крупнейших мировых экспортёров зерна наряду с Австралией, Аргентиной, Бразилией, ЕС, Канадой, Россией и Украиной. [3] Сравним альтернативные стоимости пшеницы фуражной, ячменя фуражного и кукурузы на внутреннем рынке России и США, используя актуальные рыночные цены, см. таблицу 1.

Так, альтернативная
стоимость пшеницы фуражной в РФ составляет 1,1067 ячменя фуражного, что меньше
аналогичного показателя в США (1,1473). Следовательно, Россия имеет
сравнительное преимущество в производстве пшеницы фуражной. И, напротив,
альтернативная стоимость ячменя фуражного российского производства, которая
равна 0,9036 пшеницы фуражной, выше данного индикатора США (0,8716). То есть,
сравнительное преимущество при производстве ячменя фуражного – у американских
аграриев.

Если в таком же порядке
оценивать выбор между пшеницей фуражной и кукурузой, то при производстве первой
сравнительное преимущество имеет наша страна, при альтернативной стоимости в
1,0492 кукурузы. В то время как производство самой кукурузы целесообразнее
осуществлять в США. Их альтернативная стоимость производства данной культуры
чуть превышает 0,8659 пшеницы фуражной.

Наконец, при сравнении производства ячменя фуражного и кукурузы России стоит сделать выбор в сторону производства ячменя, так как она имеет сравнительное преимущество, альтернативная стоимость ниже американской (0,9481 против 1,0065). При производстве кукурузы сравнительное преимущество у Соединённый Штатов, так как альтернативная стоимость производства такой культуры равна 0,9935 ячменя фуражного, что меньше отечественной стоимости в 1,0548. Необходимо отметить, что в двух из трёх комбинаций оценки производства зерновых сравнительное преимущество РФ и США подтвердилось в производстве пшеницы фуражной и кукурузы соответственно. Однако, для полноты исследования видится необходимым определить сравнительные преимущества российских и американских аграриев вторым способом, когда альтернативная стоимость сравнивается между двумя странами, см. таблицу 2.

При данном подходе
альтернативная стоимость производства пшеницы фуражной в России равна 0,8964
ячменя фуражного, что ниже аналогичного индикатора, характеризующего
производство второй культуры в нашей стране (0,9293). Это подтверждает
сравнительное преимущество РФ вкультивировании пшеницы фуражной. У США
альтернативная стоимость производства пшеницы в 1,1156 выше производства ячменя
фуражного в 1,0761, что формирует сравнительное преимущество американцев в
производстве последнего.

В паре “пшеница
фуражная и кукуруза” сравнительные преимущества – у России и США
соответственно, поскольку альтернативные стоимости ниже у пшеницы фуражной
(0,8964 против 0,9866) и у кукурузы (1,0136 против 1,1156) в первом и во втором
случае. Так же в сравнении производства ячменя фуражного и кукурузы
сравнительными преимуществами обладают, в первую очередь, Россия, а, во вторую,
США.

Таким образом, по итогам второго анализа мы получили результаты идентичные первому. И в двух сравнительных парах из трёх Россия обладает сравнительным преимуществом в производстве пшеницы фуражной, а США – кукурузы. Из этого следует, что в соответствии с теорией сравнительных преимуществ международной торговли Россия должна была бы производить только фуражную пшеницу, экспортируя её в США и импортируя оттуда кукурузу, а нашим американским партнёрам, в свою очередь, следовало бы сконцентрироваться лишь на производстве кукурузы, экспортируя её в Россию и закупая там фуражную пшеницу.Безусловно, в реальном секторе аграрной экономики всё не так однозначно и гораздо более многогранно. Однако,такого рода теоретические аспекты могут быть, кроме прочего, положены в основу принятия управленческих решений по формированию структуры экспорта зерновых как на уровне сельхозпредприятий, так и на общегосударственном уровне в целом. Возвращаясь к анализу динамики структуры экспорта зерна и продуктов его переработки из нашей страны, (представленной на рисунке 1 текущего исследования) подчеркнём, что в большинстве своём Россия вывозит за рубеж пшеницу, порядка 60-70 % от общего объёма экспорта. Более того, в течение последних пяти лет Россия входит в число крупнейших мировых производителей пшеницы, см. таблицу 3.

Наряду с Европейским
Союзом, Китаем, Индией и США Россия обеспечивает более 67% мирового
производства пшеницы. И по прогнозам ФАО такая тенденция сохранится в 2020
году.

Основными экспортными
позициями из России являются пшеница 3-го, 4-го класса, а также пшеница
фуражная. Причём, по данным Федерального центра оценки безопасности и качества
зерна пшеница 4-го класса занимает порядка 70-80% общего объёма российского
экспорта пшеницы. В связи с этим видится целесообразным проанализировать
альтернативные стоимости производства вышеперечисленных товарных позиций в
России и сравнить их с аналогичными показателями США.

В силу того, что
Соединённые Штаты Америки имеют отличную от российской классификацию пшеницы,
объединим существующие в двух странах подходы исходя из ценового признака. Так,
будем сравнивать пшеницу 3-го класса производства РФ с яровой пшеницей (SpringWheat) производства США,
пшеницу 4-го класса производства РФ с озимой пшеницей (WinterWheat) производства США, а
фуражную пшеницу производства РФ с так называемой твёрдой, наиболее дешёвой
пшеницей (DurumWheat)
американского производства.

Итак, исследуем сравнительные преимущества России и США в производстве различных видов экспортируемой пшеницы, см. таблицу 4.

При производстве пшеницы
3-го класса сравнительным преимуществом обладают США, альтернативная стоимость
данного вида продукции составляет 1,0103 пшеницы 4-го класса против 1,0860 в
России. Напротив, альтернативная стоимостьпшеницы 4-го класса американского
производства составляет 0,9899 пшеницы 4-го класса, что превышает аналогичный
показатель РФ в 0,9208, из чего следует, что сравнительное преимущество при
производстве пшеницы 4-го класса – у России.

Однако, при сравнении
альтернативных стоимостей пшеницы 4-го класса и фуражной пшеницы российского и
американского производства наблюдаем следующие результаты: США имеет
сравнительное преимущество в пшенице 4-го класса с её альтернативной стоимостью
в 1,0362 пшеницы фуражной; Россия, в свою очередь, имеет сравнительное
преимущество при производстве пшеницы фуражной, так как её альтернативная
стоимость ниже американской (0,9462 против 0,9650).

При сравнении пшеницы
3-го класса и пшеницы фуражной России следует отдавать предпочтение в
производстве пшеницы фуражной, так как именно она обладает преимуществом в
сравнении с США при производстве данного вида продукции. Альтернативная
стоимость пшеницы фуражной российского производства в 0,8713 пшеницы 3-го
класса ниже американского в 0,9552. Соединённым Штатам же можно
сконцентрироваться на производстве пшеницы 3-го класса, где они обладают
сравнительным преимуществом, ведь альтернативная стоимость, равная 1,0469
пшеницы фуражной, ниже показателя, рассчитанного для РФ, и равного 1,1477.

Среди трёх сравнительных пар “пшеница 3-го класса и пшеница 4-го класса”, “пшеница 4-го класса и пшеница фуражная”, а также “пшеница 3-го класса и пшеница фуражная” сравнительное преимущество в российском производстве пшеницы фуражной подтвердилось в двух случаях из трёх. Такая же тенденция сформировалась для американского производства пшеницы 3-го класса. Проверим полученные результаты с помощью второго метода определения сравнительных преимуществ, когда альтернативные стоимости производства товаров сравниваются между странами см. таблицу 5.

В данном случае при
сравнении альтернативных стоимостей пшеницы 3-го класса и пшеницы 4-го класса
сравнительным преимуществом обладает США в первом случае и Россия – во втором.
Отечественное производство пшеницы 4-го класса в 0,9142 пшеницы 3-го класса
дешевле производства пшеницы 3-го класса в 0,9827 пшеницы 4-го класса.
Альтернативная стоимость пшеницы 3-го класса американского производства в
1,0176 пшеницы 4-го класса ниже аналогичного показателя для пшеницы 4-го класса
в 1,0938 пшеницы 3-го класса.

В паре “пшеница 4-го
класса и пшеница фуражная” России следует отдавать предпочтение
производству пшеницы фуражной, так как оно обходится дешевле (0,8964 против
0,9142). Соединённым Штатам же выгоднее концентрироваться на производстве
пшеницы 4-го класса, так как его альтернативная стоимость ниже производства
пшеницы фуражной (1,0938 против 1,1156).

При сравнении
альтернативной стоимости пшеницы 3-го класса и пшеницы фуражной отечественного
производства вторая уступает первой (0,8964 меньше 0,9827), что наделяет
отечественных производителей сравнительным преимуществом именно в пшенице
фуражной. Обратная ситуация складывается для американских аграриев –
альтернативная стоимость пшеницы 3-го класса в 1,0176 пшеницы фуражной ниже её
альтернативной стоимости в 1,1156, что обосновывает сравнительное производство
США в производстве пшеницы 3-го класса.

Таким образом,
подтверждаются результаты предыдущего анализа, когда в двух случаях из трёх Россия
показывает сравнительное преимуществом в производстве пшеницы фуражной, а США –
в производстве пшеницы 3-го класса. Исходя из чего, в соответствии с теорией
сравнительных преимуществ международной торговли, России следовало бы
сконцентрироваться строго на производстве пшеницы фуражной и продавать её
американцам, а также импортировать пшеницу 3-го класса из США. Повторимся, чтов
условиях развития реального сектора аграрной экономики теоретические рамки не
применимы. Однако,теоретическое обоснование может стать дополнением к основе
формирования, а иногда и кардинального изменения, внешнеторговой политики
различных уровней её реализации.

Подводя итоги текущего
исследования, отметим, что в соответствии с теорией сравнительных преимуществ
международной торговли Россия по сравнению с США имеет более низкие
альтернативные издержки производства пшеницы фуражной, а наши американские
партнёры обладают сравнительным преимуществом в производстве пшеницы 3-го
класса и кукурузы. Следовательно, отечественному АПК выгоднее экспортировать
именно пшеницу фуражную, импортируя из США пшеницу 3-го класса и кукурузу. Остальные
же, рассматриваемые нами культуры, такие как пшеница 4-го класса и ячмень
фуражный не показали однозначных результатов, то есть, с теоретической точки зрения
нельзя заявить категорично, что выгоднее производить и экспортировать, чем
импортировать для одной и другой страны.

Безусловно, строгие
теоретические аспекты международной торговли редко вписываются в рамки
современной экономической действительности. Но могут быть применимы в процессе
принятия управленческих решений как, при организации внешнеэкономической
деятельности на микро-уровне аграрной экономики, так и при реализации
соответствующих мер по сбалансированию внешнеторгового оборота с целью сохранения
продовольственной безопасности со стороны государства.

Библиографический список

1. Официальный сайт ФГБУ
“Центр оценки качества зерна”. Режим доступа: http://www.fczerna.ru/. Дата обращения:
07.03.2020.

2. Киреев А.П.
Международная микроэкономика: Учебник. – М.: Междунар. отношения, 2013. – 712
с.

3. Публикуемая ФАО сводка
предложения зерновых и спроса на зерновые. Режим доступа: http://www.fao.org/worldfoodsituation/csdb/ru/. Дата обращения:
25.03.2020.

4. Официальный сайт ФГБУ
“Центр Агроаналитики”. Режим доступа: http://www.http://www.specagro.ru/. Дата обращения: 12.03.2020.

5. Agricultural Marketing Service of the United States
Department of Agriculture. Retrieved April 1, 2020, from:
https://www.ams.usda.gov/.

6. Официальный сайт Центрального
банка РФ. Режим доступа: https://cbr.ru/. Дата обращения: 01.04.2020.

7. FAO. 2020. Crop Prospects and Food Situation –
Quarterly Global Report No. 1, March 2020. Rome.
https://doi.org/10.4060/ca8032en.

8. Карпова О.И.
Соотношение понятий “Продовольственная безопасность” и “Экспортный
потенциал” в аграрном секторе экономики. //
Продовольственная безопасность: от зависимости к
самостоятельности. Сборник материалов всероссийской научно-практической
конференции. 2017. С. 299-302.

9. Проняева Л.И. Управление
предпринимательскими рисками в системе экономической безопасности организации.
//
Современные технологии в науке и образовании –
стно-2019. Сборник трудов II международного научно-технического форума: в 10 томах.под общей
редакцией О.В. Миловзорова. 2019. С. 117-121.

10. Савкин В.И. Экспорт сельскохозяйственной продукции – новые
возможности для российского агробизнеса. // Вестник аграрной науки. 2019. № 4 (79). С.
122-129.




Московский экономический журнал 3/2020

DOI 10.24411/2413-046Х-2020-10157

ПЕРСПЕКТИВЫ ТОРГОВЛИ
РОССИЙСКИМ ЛЕСОМ В КИТАЕ

PROSPECTS FOR RUSSIAN FOREST TRADE IN CHINA

Бияк Людмила Леонидовна, к,э,н,,
доцент кафедры экономики и менеджмента, Тихоокеанский государственный
университет, г. Хабаровск

Романов Константин Юрьевич, Институт
экономики и менеджмента, Тихоокеанский государственный университет, г.
Хабаровск

Biyak Lyudmila Leonidovna, K.e.n., associate Professor
of Economics and management, Pacific state University, Khabarovsk

Romanov Konstantin, of the Institute of
Economics and management of TOGU, Pacific state University, Khabarovsk

Аннотация. В
данной статье рассмотрены текущие отношения России и Китая: проанализирован
торговый оборот стран и его структура, изучены интересы государств в рамках
проектов «Один пояс, один путь» и ЕАЭС. Отдельно рассмотрена динамика экспорта российской
древесины в КНР, а также определены проблемы и перспективы данного направления
торговли, выявлены основные причины низкой конкурентоспособности России на
мировом рынке леса и даны выводы о текущем состоянии лесной промышленности в
РФ.

Summary. This article examines the current relations between
Russia and China: the trade turnover of countries and its structure is
analyzed, and the interests of States in the framework of the “one belt,
one road” and the EEU projects are studied. Separately, the dynamics of
Russian timber exports to China, as well as the problems and prospects of this
direction of trade, the main reasons for low competitiveness of Russia in the
global timber market and the insights about the current state of forest
industry in Russia.

Ключевые
слова:
лес, Россия, Китай, экономика, экспорт.

Keywords: forest, Russia, China, economy, export.

Введение

Сегодня, Китай – это
страна, в которой экономика демонстрирует одни из самых высоких темпов роста в
мире. За несколько десятков лет КНР удалось стать лидером по ВВП, согласно
паритету покупательной способности, а также мировым лидером по экспорту. Россия
активно сотрудничает и привносит значительный вклад в экономику Китая.
Дружественные отношения обеих держав были установлены много лет назад, но не
так давно началось их плодотворное развитие, в результате которого значительные
финансово-экономические выгоды имеют, как Россия, так и Китай. В рамках таких
международных организаций как Совет Безопасности ООН, БРИКС, G20, и АТЭС,
страны продвигают свои общие интересы, а обострение политических отношений с
США и Западом способствовало укреплению союза КНР и РФ.

Одним из наиболее важных
направлений внешнеэкономической деятельности двух стран является торговля
лесными ресурсами, а именно поставки российского леса в Китай. Но есть ли
перспективы для развития данной отрасли, и какие сегодня существуют барьеры на
пути устойчивого экспорта леса в Китай?

Современные торговые
отношения России и Китая

Схожие позиции и статусы
на мировой арене простимулировали КНР и РФ к партнёрским отношениям, которые
формируют стратегическое сотрудничество на различных
уровнях. За последние годы обе страны активно взаимодействовали не только на
политической арене, поддерживая друг друга, и, тем самым усиливая своё влияние
на мировую экономику, но и наращивали торговый оборот, который в 2019 составил
110,92 млрд. долл. США, что на 3.4% больше, чем в 2018 (108,24 млрд. долл. США)
/6/. Таким образом, Китай стал крупнейшим для России торговым партнёром.

Основными группами
товаров, которые Россия импортировала из Китая в 2019г., являлись: минеральные
продукты (57,04%), текстиль и обувь (10,81%), продукция химической
промышленности (10,14%). В свою очередь, основными группами экспортируемых
товаров из России были: минеральные продукты (73,09%), древесина и
целлюлозно-бумажные изделия (7,66%), продовольственные товары и
сельскохозяйственное сырьё (5,62%) /1/.

На протяжении
многолетнего сотрудничества КНР и РФ создавали совместные межгосударственные и
международные проекты разного масштаба, активно участвовали в международных
организациях и объединениях, в результате чего строились экономические коридоры,
способствующие расширению внешнеторговой деятельности, и, как следствие,
увеличению товарооборота между странами.

Одним из самых масштабных
проектов может стать инициатива председателя КНР Си Цзиньпина «Один пояс, один
путь», предполагающая создание крупнейшей в мире экономической зоны, которая
связывала бы государства Востока и Азии через центральный азиатский регион
(Евразийская экономическая зона) и способствовала увеличению экспорта в Европу.
Проект охватывает ряд государств и предполагает глобальное развитие экономики всех
его участников. Основной интерес Китая в привлечении к проекту России заключается
в создании транспортного коридора, через который будут осуществляться поставки товаров
в определённые страны, с существенным сокращением затрат на логистику. Для
России же это возможность экспортировать отечественную продукцию на рынок Китая
и других азиатских стран-участниц, также экономя на транспортных расходах.
Несмотря на то, что инициатором проекта и его основным инвестором является
Китай, Россия также участвует в его инвестировании через совместный
Российско-китайский инвестиционный фонд. Основные инвестиции в Россию в рамках
этого проекта сегодня приходятся на развитие транспортной инфраструктуры,
лесопереработки и т.д. /8/

Следует иметь в виду, что
основная цель Китая в этом проекте – создание балансированного национального
рынка, т.е. развитие отстающих районов страны путём расширения их
внешнеторговой деятельности в направлении Запада. При таком раскладе Россия
получает статус второстепенного участника, который способен предоставить
льготную транспортную площадку. Китайская сторона признает важность России в
данном проекте, так как 25% протяженности запланированного маршрута приходится
именно на нашу страну, но при этом  не
отрицает возможности проложить Экономический пояс Шёлкового пути  без  российского
участия /2/. Несмотря на ряд преимуществ российской транспортной транзитной
системы, она уступает в тарифной конкуренции морскому транспорту. Кроме того,
инвестирование со стороны Китая в развитие транспортной инфраструктуры на
территории России требует последующей отдачи, что   ведет к
образованию государственного долга.

Однако РФ не намерена
становиться просто промежуточным игроком. Являясь инициатором создания ЕАЭС,
Россия обозначила свои интересы в развитии отношений, как с Европой, так и с
Азией. Так, в 2014 году Китай и Россия объявили о сопряжении проекта «Один
пояс, один путь» и ЕАЭС, согласно которым, обе страны признают интересы друг
друга, и поддерживают их в рамках данного партнёрства. Но, тем не менее,
объективно цели каждого государства направлены в первую очередь на собственное
развитие и не всегда совпадают, что характеризует союз КНР и РФ сегодня, как
«дружественный нейтралитет» /4/.

В настоящий момент у
российских бизнесменов возникает вопрос: как будут выстраиваться дальнейшие
отношения России и Китая, учитывая снижение темпов роста экономики КНР и
неопределённости в вопросе транспортного коридора? Особенно остро этот вопрос
стоит у предприятий лесопромышленного комплекса РФ, и без того обременённых
проблемами.

Проблемы и перспективы развития экспорта российского леса в Китай

Китай издавна является крупнейшим покупателем российского леса. На сегодняшний день его доля в российском экспорте составляет 39%. Сама Россия является лидером по поставкам леса в Китай с долей 18,5%. На втором месте находится США с долей 12,34% /1/.  Динамика экспорта российского леса в Китай за последние десять лет выглядит следующим образом:

Как видно из графика, за
это время объёмы экспорта леса в Китай увеличились почти в 1,75 раза, т.е. спрос
с китайской стороны на российский лес рос. Однако за этими цифрами стоит ряд
проблем, и хотя и незначительное, но всё же падение в 2019 году тому
подтверждение. Конечно, это не самый большой спад за анализируемый период, но
сегодня ситуация на рынке способна в корне измениться. Одной из главных причин этого
может стать реализация предложения в российском правительстве на введение
эмбарго на экспорт круглого леса.

Протекционистская
политика РФ в отношении круглого леса началась еще в 2008, когда были введены
повышенные пошлины на экспорт данного товара. Сегодня пошлины достигли размера
в 60%. Их главная цель – стимулировать компании ЛПК торговать обработанным
лесом, который имеет бо́льшую
добавленную стоимость. К тому же правительство возложило на пошлины функцию
ограничения незаконной вырубки леса. С одной стороны, пошлины работают –
экспорт круглого леса снизился и в 2018 установил рекордно низкий показатель –
7,8% от общего объёма заготовок, а экспорт пиломатериалов ежегодно
увеличивается /7/. Но с другой стороны, инициаторы этого предложения явно не
учитывают тот факт, что для многих компаний быстрая переориентация на
производство обработанного леса просто невозможна. Подобного рода модернизация
требует много времени, и что самое главное – больших финансовых затрат, которые
могут стать фактором банкротства для предприятий. Следовательно, можно сказать,
что такая политика работает двояко, и в конечном итоге грозит привести к
разорению компаний, потерям рабочих мест и ослаблению лесной промышленности РФ.

Сейчас ситуацию в
отношении круглого леса усугубило постановление со стороны Китая об ужесточении
фитосанитарного контроля, согласно которому круглый лес из России должен
поставляться без коры. Кругляк необходимо подвергать дополнительной обработке,
что также же приведёт к увеличению затрат предприятий. Но главным барьером, как
и с пошлинами, является неразвитая техническая база наших лесоперерабатывающих
предприятий. Для очистки круглого леса от коры требуется специальное
оборудование, которым обеспечены лишь единицы, как и оборудованием для
фумигации. К тому же в зимний период с учетом климатических условий фумигация
просто невозможна. По мнению экспертов, подобные действия со стороны Китая
могут являться проявлением негласного торгового противостояния двух стран, либо
недовольством из-за обвинения о незаконных вырубках, подкреплённого «угрозами»
о запрете на экспорт кругляка.

Таким образом, по
круглому лесу оценить сегодня ситуацию полноценно невозможно. Пока наше
правительство не возьмёт вектор на сбалансированное ограничение экспорта
круглого леса, которое бы не только стимулировало глубокую переработку
древесины в России, но и учитывало бы последствия для ЛПК, ждать положительных
результатов не стоит. Т.е. следование разработанной до 2030 стратегии РФ по
развитию ЛК, является не лучшим вариантом для стабилизации лесного рынка. Существующая
проблема с незаконной вырубкой не решится запретом на экспорт. Здесь необходимо
усиливать охрану и контроль за использованием древесины, а также ужесточать
меры наказания за незаконные вырубки и использование несертифицированной древесины.
Действующая система «ЕГАИС Лес» не работает, т.к. учитывает только вручную
внесённые данные. Отсюда возникает потребность в создании автоматизированной
системы обязательной регистрации леса, без которой было бы невозможно проводить
никакие операции с лесными массивами. Но для этого необходимы государственные
субсидии.

Помимо проблем с круглым
лесом, Россия испытывает сложности с конкурентоспособностью на мировом рынке
древесины в целом. Несмотря на уникальное качество и относительную дешевизну
российского леса, запасы которого в России являются крупнейшими в мире (20%
площади мирового леса) /9/, слабо развитая инфраструктура играет решающую роль
в позиции на рынке. И подкрепляется это низкой инвестиционной активностью в
лесоперерабатывающей отрасли. Причём древесина ряда стран превосходит
российскую по качеству и цене. Таким образом, политика государства по
увеличению объёмов торговли обработанной древесины наталкивается на барьер,
который оно само же и предопределяет. Добавить к этому недостаточный уровень
материально-технического, кадрового и научного обеспечения лесоперерабатывающей
отрасли, и получается та самая низкая конкурентоспособность.

Большинство проблем
сегодня обусловлены государственной политикой, которая ориентирована на
макроэкономические выгоды и игнорирует трудности в лесной отрасли.

 Несмотря на перечисленные проблемы и некие
разногласия, Китай готов покупать российский лес в ближайшие десятилетия,
поскольку правительство КНР жестко ограничивает национальных
лесопромышленников, защищая окружающую среду. Именно поэтому их деятельность
направлена на обработку импортной древесины, после которой она реализуется на
экспорт. К тому же РФ и КНР выстроили курс на увеличение товарооборота до 200
млн. долл.  уже к 2024 году /5/. Китай
планирует диверсифицировать свои источники импорта, а учитывая торговую войну с
США, и географическое расположение нашей страны, Россия станет одним из главных
претендентов.

Заключение

В конечном счёте, можно
сделать вывод, что перспективы для торговли лесом между двумя странами с
экономической точки зрения существуют, и Китай вот уже десятки лет удовлетворен
лесоматериалами из России, объёмы закупок которых ежегодно растут.
Межгосударственные проекты, хоть и неоднозначно, но способны упростить
процедуру транспортировки и стимулировать компании к дальнейшему наращиванию
объёмов. Однако правительству РФ сегодня следует обратить своё внимание на ЛПК,
состояние которого довольно плачевно, учитывая, что данная отрасль является
второй по значимости во внешней торговле нашей страны. Начинать решать проблемы
следует с развития инфраструктуры, без которой ведение лесной промышленности
невозможно, так как огромная часть леса находится в труднодоступных местах.
Повышая пошлины на круглый лес, разумно предоставлять льготные ставки, при
этом, привязывая их не к объёму инвестиций в переработку, а, например, к
обязательной сертификации леса и его автоматизированному учёту. Большинство
лесопромышленников не способно самостоятельно модернизировать своё производство,
следовательно, необходима поддержка со стороны государства в виде кредитования
или субсидирования.

Все существующие проблемы
подлежат решению именно на государственном уровне. Огромные запасы леса могут
стать невостребованными на китайском рынке, где уже во всю занимаются
плантационным лесовыращиванием с целью самостоятельного обеспечения своих нужд
в древесине. Т.е. заниматься данным вопросом необходимо уже сейчас, пока есть
возможности для улучшения позиций РФ на мировом рынке леса, как с технической,
так и с экономической точки зрения.

Список литературы

1. Trade statistics for international business
development [Электронный ресурс] : Trade Map. – Режим доступа : https://www.trademap.org (дата обращения 21.02.2020).

2.
Аристова Л. Б. Россия и Китай в Евразии: транспортные измерения безопасности /
Л. Б. Аристова, Н. К. Семенова // монография по проекту РФФИ № 19-014-00027 А.
Часть 1. – М. : ИВ РАН, 2019. – 69 с.

3.
Артемьев И. А. Отношения России и Китая на современном этапе. Перспективы
развития экономических отношений и многостороннего сотрудничества / И. А.
Артемьев // Архонт. – 2019. – № 3(12). – С. 94-106.

4.
Дружественный нейтралитет Китая [Электронный ресурс] : Око планеты. – Режим
доступа : https://oko-planet.su (дата обращения
01.03.2020).

5.
Запланированный товарооборот России и Китая в 2024 г. [Электронный ресурс] :
Министерство Экономического Развития РФ. – Режим доступа : http://www.ved.gov.ru/news/25577.html (дата
обращения 01.03.2020).

6.
Итоги внешней торговли России [Электронный ресурс] : Федеральная таможенная
служба. – Режим доступа: http://customs.ru/folder/511
(дата обращения 21.02.2020).

7. Министерство
промышленности и торговли: итоги Красноярского экономического форума 2019
[Электронный ресурс] : сайт министерства – Режим доступа : http://minpromtorg.gov.ru/
(дата обращения 26.02.2020).

8.
На Ли Инициатива «Один пояс, один путь» как новая модель сотрудничества КНР с
Россией и странами Центральной Азии / Ли На // Вестник РУДН. – 2018. – № 4. –
С. 382-392.

9.
Об утверждении Стратегии развития лесного комплекса Российской Федерации до
2030 года : распоряжение правительства РФ от 20.09.2018 № 1989 (ред. от
28.02.2019) – 2019. – р. 2.

10.
Суслов Д. В. Российско-Китайские экономические отношения: проблемы и
перспективы / Д. В. Суслов // Учение записки. – № 9. – Хабаровск: ИЭИ ДО РАН. –
2018. – С. 133-150.




Московский экономический журнал 2/2020

DOI 10.24411/2413-046Х-2020-10089

ВЛИЯНИЕ
ИНВЕСТИЦИЙ НА ФОРМИРОВАНИЕ ФИНАНСОВОЙ ПОЛИТИКИ КОМПАНИЙ АГРОПРОМЫШЛЕННОГО
КОМПЛЕКСА

INFLUENCE OF INVESTMENTS ON THE FORMATION OF FINANCIAL
POLICY OF AGRO-INDUSTRIAL COMPANIES

Артемов Никита Николаевич, аспирант, Федеральное государственное
образовательное бюджетное учреждение высшего образования «Финансовый
университет при Правительстве Российской Федерации» (Финансовый университет), Департамент
корпоративных финансов и корпоративного управления

 Хасанов
Мирджума Мирзомуродович,
аспирант,
Федеральное государственное образовательное бюджетное учреждение высшего
образования «Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации»
(Финансовый университет), Департамент корпоративных финансов и корпоративного
управления

Artemov Nikita
Nikolaevich,
Graduate student, Federal State Educational Budgetary
Institution of Higher Education “Financial University under the Government of
the Russian Federation” (Financial University), Department of Corporate Finance
and Corporate Governance

Hasanov Mirjuma Mirzomurodovich,
Graduate student, Federal State Educational Budgetary Institution of
Higher Education “Financial University under the Government of the Russian
Federation” (Financial University), Department of Corporate Finance and
Corporate Governance

Аннотация.
Компании
агропромышленного комплекса нашей страны переживают в настоящее время этап
активного роста. Связано это с тем, что государство оказывает целенаправленную
политику в отношении их развития. Поток вложений продолжает неизменно
увеличиваться, растёт количество новых проектов, а также активность инвесторов.
Активно вводимые западом санкции, с одной стороны, привели к сокращению
инвестирования из-за рубежа, в связи с нестабильностью политической ситуации, а
с другой стороны, оказали влияние на рост из-за введения программ по импортозамещению.
Некоторые направления кажутся многообещающими для развития экспорта в страны
Африки, Китай и Индию. Как формируется финансовая политика компаний в следствие
вливания инвестиций в каждой отдельной отрасли сельского хозяйства, мы подробно
рассмотрим в данной статье.

Ключевые
слова:
инвестиции, финансовая политика, агропромышленный
комплекс, агрохолдинги, финансирование АПК.

Агропромышленный комплекс (АПК) нашей
страны продолжает свое стремительное развитие. Были пройдены несколько этапов с
момента формирования рыночных отношений и полной разрухи до импортозамещения.
Несмотря на то, что АПК является достаточно проблемной отраслью, она все больше
привлекает внимание инвесторов. Ниже мы рассмотрим каким образом инвестиции
могут влиять на формирование финансовой политики компаний АПК [3, с.23].

В начале XXI века АПК нашей страны представлял собой
множество хозяйств с изрядно изношенной техникой и небольшими урожаями.
Эффективность была низкая, работы становилось все меньше и люди уезжали из села
в города на заработки. В это время начали формироваться первые агрохолдинги,
государство стало выдавать субсидии на развитие сельского хозяйства, а у банков
появилась возможность финансирования. Так АПК начал свое активное развитие,
благодаря поддержке государства и вводимым программам импортозамещения.
Финансирование АПК связано с большими рисками, поэтому чаще всего его осуществляли
государственные банки, но касалось это только агрохолдингов, небольшие
хозяйства были лишены возможности получить финансовую поддержку. Связано это
было в первую очередь с отсутствием обеспечения, а также низкой эффективностью
деятельности, которая выражалась в невысокой урожайности, нехваткой средств на
хорошие семена и удобрения. В это время агрохолдинги начали вести работу по
консолидации земельных активов, необходимо было создавать растеневодческие
компании, чтобы снабдить нужным сырьем основной бизнес [6].

Финансирование АПК можно разделить на
оборотное и инвестиционное. Несмотря на присутствие государственной поддержки,
сроки окупаемости проектов АПК всегда достаточно длинные и могут достигать пять
и более лет, поэтому существовала острая потребность в долгосрочном
финансировании. Это привело к тому, что в некоторых банках начали появляться
подразделения, которые курировали проекты инвестиционного кредитования. Они
проводили детальную проверку проекта, определяли есть ли у него перспективы,
насколько реален рынок сбыта, достаточно ли надежные поставщики и каковы риски
проекта в целом, оценивали готово ли предприятие выплачивать проценты на
протяжении всего хода его реализации. Постепенно финансирование на долгосрочной
основе начало получать повсеместное распространение. Потребности агрохолдингов
при этом росли и возникала необходимость в проектном финансировании. Банкам
пришлось проводить еще более глубокий анализ, так как залогом возврата был не
бизнес, а сам проект. Дополнительные трудности и повышенные риски были связаны
с ярко выраженной сезонностью, нехваткой квалифицированного, обученного
персонала, недостатком грамотной системы страхования урожая, которая
отсутствует и по сей день [4, с.3]. Это привело к тому, у крупных предприятий
проявилась потребность в вовлечении в свои проекты акционерного финансирования.
Темпы роста возрастали, возрастала и долговая нагрузка и продолжать работать на
заемных средствах становилось нерентабельным.

Рассмотрим, как меняется политика
компаний АПК в ходе привлечения инвестиций [7]:

1. Возникла потребность трансформации
отчетности из российских стандартов бухгалтерского учета (РСБУ) в международные
стандарты финансовой отчетности (МСФО) и создание подразделений внутри компании,
задача которых была внедрить эти стандарты.

2. Появилась необходимость создания
системы корпоративного управления компанией. Создавались действующие Советы
директоров и различного рода комитеты.

3. Проводились различного рода
реструктуризации компаний, формировалась понятная акционерная структура,
происходило деление на материнскую и дочерние компании, которые были встроены в
общую иерархию.

4. Возникла потребность в контроле
деятельности акционеров. Как только компания становилась публичной, в ней появлялись
контролирующие органы, которые следили за процессами, происходящими в компании,
и могли ограничивать свободу действий.

5. 
Появилась необходимость принимать дивидендную политику, часть прибыли
стала отправляться на выплаты акционерам.

Поток вложений в АПК продолжает неизменно увеличиваться, поэтому растет и активность инвесторов, и количество новых проектов. По данным Росстата доля инвестирования в агропром от общего объема инвестирования в экономику страны составила 3,8 % за первую половину 2019 года. В таблице 1 представлены данные Росстата об инвестициях в основной капитал по видам деятельности за 2018 год.

Рассмотрим по отраслям, как же
изменилась финансовая политика компаний АПК в период увеличения инвестирования
[1].

Когда были введены западные санкции,
активность компаний-инвесторов в сельском хозяйстве начала стремительно расти. Большие
и средние агрокомплексы стали увеличиваться, и даже те компании, чья
деятельность была далека от сельского хозяйства начали вкладывать деньги в
открытие ферм и возведение теплиц. Сейчас из-за экономической ситуации в России
в целом количество инвестирования существенно сократилось, отчасти из-за того,
что по некоторым видам продукции образовались излишки производства. В целом сельское
хозяйство демонстрирует устойчивую динамику роста. За счет того, что
производственный цикл достаточно короткий, сезонность и периодичность ясна,
существует уверенный внутренний спрос многие агрохолдинги продолжают
увеличивать производства и наращивать обороты. Инвестиции в сельское хозяйства,
а также реализуемые проекты стали более узконаправленными и
специализированными, а инициаторами становятся чаще всего знатоки агробизнеса.

Стоит отметить и то, что российское
сельское хозяйство все больше привлекает иностранных инвесторов. Это происходит
из-за того, что ресурсы и рабочая сила достаточно недорогие, а неосвоенных ниш
много. Так, китайские инвесторы активно заходят на Дальний Восток с целью
выращивания сои. Конкуренция в таком бизнесе в России невысокая и у
производителей есть огромный рыночный потенциал. Кроме того, для иностранных
инвесторов важна экономическая и политическая стабильности и наличие перспектив
для роста и развития, поэтому российское сельское хозяйство достаточно
привлекательно для них [2].

Еще одна из перспективных и
развивающихся отраслей сельского хозяйства – это производство зерна. Именно
сюда инвесторы начали активно вкладывать деньги, было объявлено несколько
проектов по переработке зерна, развитию логистической структуры, а также
строительству новых зерновых экспортных терминалов. Как заявляют эксперты,
наиболее привлекательным направлением для инвестиций является производство
глюкозы и продуктов ее переработки, а также нативного крахмала. Аграрии строят
предприятия по глубокой переработке пшеницы в глютен и кормовые добавки.
Подобная продукция до недавнего времени поставлялась из-за рубежа и очень слабо
представлена в России, поэтому такие проекты вызывают большой интерес у
инвесторов. Более того, эксперты прогнозируют не только стабильный внутренний
спрос, но и могу планировать выход на экспорт.

По данным ФТС России в прошедшем 2019
году зерновых культур экспортировано около 26,1 млн тонн. Общее количество
зернового запаса федерального инвестиционного фонда на январь 2020 года
составляет 1 821,3 тыс. тонн, на общую сумму около 18 411,8 млн.
рублей. Общий объем сделок по продаже зерновых культур составляет 1 332,2
тыс. тонн, на общую сумму около 13 839,7 мил. рублей. В частности, пшеницы
третьего класса продано 481,9 тыс. тонн, пшеницы четвертного класса – 380,7
тыс. тонн, пятого класса 233,4 тыс. тонн, ячменя реализовано 102,1 тыс. тонн, а
ржи продано 131,1 тыс. тонн.   

Уже несколько лет подряд, внимание
инвесторов привлекает молочная отрасль. Начали развиваться проекты по
производству и переработке молока, которые возникли из-за дефицита качественной
молочной продукции и наличия хорошего экспортного потенциала данной ниши. Как
отмечают эксперты, на полное обеспечение себя молоком Россия еще не вышла,
поэтому агробизнесу есть куда расти. Но предприятия с большой осторожностью
относятся к такому мнению, потому что есть очевидные минусы в этом направлении –
это долгая окупаемость и увеличение цен на корма. Поэтому инвестирование
происходит чаще всего в предприятия полного цикла. С начала прошедшего года
ведется серьезная работа направленная на необходимость убрать с рынка контрафактное
молока, ранее была введена система «Меркурий», шла работа по внедрению
дополнительной маркировки продукции, эти действия также увеличивают спрос
потребителей на сырое молоко. Можно говорить о том, что изготовление молочной
продукции кажется достаточно многообещающей отраслью для экспорта в страны
Африки и Китай. Крупные российские производители молока продолжают свое
активное развитие. Строятся агрокомплексы на территориях Тюменской,
Свердловской, Самарской областях и в Приморье, благодаря государственной поддержке
и влиянию средств отечественных и зарубежных инвесторов.

За прошедший 2019 год общий надой
молока во всех отраслях достиг планки 31,3 млн. тонн, что выше на 2,4% по
отношению к объему 2018 года, В отраслях сельского хозяйства надой молока
достиг 17 млн. тонн, что выше на 4,4% к объему 2018 года. Отмечается, что
увеличение роста надоя произошло за счет общей продуктивности скота. В прошлом
году надой на одну корову в среднем составляет 6 335 кг, что выше на 6,5% в
сравнении с 2018 годом. Росстат отмечает, что общий объем сырого молока в 2019
году остановился на отметке 4 853,4 тыс. тонн, что на 1,6% ниже
относительно 2018 года, объем кисломолочных продуктов составил 2 551 тыс.
тонн, что меньше на 2,3 %, сыра – 477,6 тыс. тонн, что больше на 10,1%,
сливочного масла – 239,2 тыс. тонн, что на 0,4% больше, а сухих сливок – 139,5
тыс. тонн, что больше на 16% по отношению к 2018 году.

Что касается животноводства, проектов
строительство комплексов в 2019 году не объявлялось, тем не менее в отрасль
продолжают активно инвестировать. Эксперты отмечают, что начинать такой бизнес
нуля достаточно не просто из-за низкой маржинальности и роста затрат. Что же
касается инвестиций, то они направлены теперь на создание дополнительных
мощностей по замораживанию и хранению продукции. Это направление также
перспективно для развития, товар идет как на внутренний рынок, так и на
экспорт.  

За прошедший 2019 год по хозяйствам
всех категорий объем скота на убой достиг отметки 15,2 мил. тонн, что выше на
1,9% по отношению к 2018 году. В организациях сельского хозяйства объем скота
достиг 11 626 тыс. тонн, что на 3% выше уровня 2018 года. Росстат
заявляет, что количество промышленного мяса в 2019 году составило 2 494,6
тыс. тонн, что выше 6,5 % в сравнении с 2018 годом, мясные замороженные и
охлажденные полуфабрикаты достигли отметки 3 247,1 тыс. тонн, что больше
на 9,1%, производство колбасных изделий сократилось на 0,2% и составило
2 081,4 тыс. тонн, а вот объем произведенный мясных консервов увеличился
на 12,2% и составил 626,1 куб [10].

Что касается говядины, за 2019 год во
всех организациях сельского хозяйства произведено около 1 005,8 тыс. тонн,
что больше на 1,4% по отношению к 2018 году. Что касается свинины, за 2019 год
было произведено 4 362,6 тыс. тонн, что больше на 7,2 % по отношению к
2018 году.

Большой интерес инвесторов с недавних
пор направлен на масложировую отрасль. В последние несколько лет новые
маслоэкстракционные заводы в нашей стране не строились, а деньги вкладывались
чаще всего в переработку подсолнечника. Сейчас основные вливания идут по
направлениям сои и рапса. Начинают строить новые заводы по их переработке, что должно
помочь закрыть вопросы по импортозамещению шрота из сои. Эксперты отмечают, что
из-за того, что ряд соевых продуктов в России не делают, а спрос существует
достаточно высокий, то проекты по импортозамещению становятся перспективным,
более того, продукты из сои, получаемые в результате её переработки, имеют
огромный потенциал для экспорта. 

В прошлом году отмечается активный
рост урожая подсолнечника, рапса и сои, это произошло за счет того, что были
увеличены площади для посева, объем урожая достиг 21,5 млн. тонн, что больше на
1,5% по отношению у 2018 году. Росстат заявляет о том, что объем собранного
подсолнечника составляет около 15,1 млн. тонн, что больше более чем на 2 тонны
по отношению к 2018 года. Сои тоже собрали больше, примерно на 0,3 млн. тонн и
общий ее объем достиг 4,34 млн. тонны. Отмечается также прирост урожайности рапса,
его собрали 2,06 млн. тонн, что больше на 0,07 млн. по отношению 2018 года.

В отраслях производства и обработки
масленичных культур самый большой объем продукции на экспорт пришелся на подсолнечное
масло, он дал огромный прирост к 2018 году, почти 57% и составил почти один
миллион тонн. Что касается семян сои, то объем их экспорта достиг 402 тыс.
тонны, что больше на 26% по отношению к 2018 году. Объем экспорта семян
подсолнечника увеличился в 9,7 раз и составил 373 тыс. тонн, а семян льна
экспортировали 345 тыс. тонн, что больше на 60%. Увеличились также и объемы
экспорта шрота и масла, так шрот подсолнечника увеличился на 64%, соевый шрот
на 57%, рапсового масла стали продавать больше на 31%, а соевого на 9%.

Одной из важных новостей первого
месяца текущего года, стало то, что Россия значительно стабилизирует свое
положение на рынке Китая. Импорт отечественных растительных масел активно
наращивает обороты, а Китай встал на первое место в экспорте российских масел:
соевого, рапсового и подсолнечного. За 2019 год в Китай было продано около 197
тыс. тонн подсолнечного масла, что в 3,7 раз больше по отношению к 2018 году,
98 тыс. тонн соевого масла, что больше на 91%, а рапсового было продано около
94 тыс. тонн, что в 2,6 раза больше по отношению к 2018 году. Хочется отметить
тот факт, что количество экспортируемого подсолнечного масла в Индию
увеличилось почти в 21 раз. Теперь эта страна занимает третье место в мире по
импорту российского подсолнечного масла, потребляя около 159 тыс. тонн.   

В 2016-2018 годах тепличное
овощеводство было лидером по величине инвестирования, но с 2019 года вложения
стали резко уменьшаться. Эксперты предполагают, что причиной тому послужило
прекращение возмещения затрат на строительство теплиц. Кроме того, темпы
развития были взяты чрезмерно высокие, очень многие начали строительство теплиц,
не имея при этом нужных профессиональных компетенций. Это привело к тому, что
мелкие предприятия закончили свое существование, а на рынке остались только
серьезные и сильные игроки. Эта отрасль интересна для инвестирования лишь в
плане модернизации старых производств и вложения денег в отдаленные регионы, а
также как экспортное направление. Это связано с тем, что на себестоимость
оказывают влияние высокие тарифы на энергоресурсы, требование сетей и растущая
конкуренция. Тем не менее приток вложений продолжается, в части регионов Сибири
и Дальнего Востока сохраняется дефицит тепличной продукции. Во многих городах
нет своих промышленных теплиц, поэтому целесообразным становится строительство
небольших локальных производств в конкретных регионах [5].

Эксперты отмечают, что потенциал у
отрасли еще существует, потому что старые теплицы выходят из строя, многие из
них работают еще с советских времен, эти доли производства со временем
необходимо будет восполнять. Однако несмотря на то, что обороты отрасли растут,
в текущих условиях развития рынка, существовать и наращивать производственные
мощности смогут только сильные и крупные агрохолдинги.

Лидером по привлечению инвестирования
с 2016 года на протяжении нескольких лет был рынок бройлера. Постепенно интерес
к этой отрасли угасал, но в 2019 году он снова проснулся. Заявлено несколько
проектов по строительству птицефабрик в Бурятии и Смоленской области, которые
будут включать в себя инкубаторий, площадки по выращиванию, а также
комбикормовый завод. По-прежнему инвесторы обращают свое внимание на
индейководческий сегмент. Предполагается увеличение производства на треть от
текущих объемов, создание инфраструктурных мощностей и расширение реализуемых
проектов. Активно развиваются те региональные производства, где есть
возможности реализации свежего продукта с короткими срока хранения. Мяса птицы
по данным Росстата за 2019 год было реализовано 6 199 тыс. тонн, что
больше на 0,6% по отношению у 2018 году.  

 
Таким образом, можно сделать выводы о том, что компании АПК достаточно
интересны инвесторам, в том числе и иностранным благодаря тому, что
региональные и федеральные власти заинтересованы в развитии отрасли и оказывают
дополнительное содействие по организации такого бизнеса [8]. Правда из-за
введения западных санкций появились сложности по части финансирования из-за
неуверенности относительно дальнейшей политики. Тем не менее вклад иностранных
инвестиций в российский АПК очевиден, российские агрохолдинги активно
развиваются, модернизируют производства, наращивают обороты. Для того, чтобы
такая тенденция закрепилась компании должны обладать достаточно высоким уровнем
ресурсообеспеченности, на что, безусловно, влияет наличие финансовой поддержки
и присутствие инвестирования.

Источники

1. Варфоломеев Д., Инвестиции в
агропромышленный комплекс: этапы развития, тенденции, особенности // Экономика
и жизнь, № 21, 2019

2. Ганенко И., Инвестиции опять
сменили драйверы. Какие проекты анонсировались в АПК в 2019 году // Агро
Инвестор, 2019

3. Кожанчикова Н.Ю., Инвестиции в
аграрный сектор региона // Вестник сельского развития и социальной политики, 2017

4. Колесников С.М., Государственное
регулирование инвестиционных процессов. // Проблемы качества образования в
негосударственном вузе: практика и анализ, 2005.

5. Колесников С.М., Формирование
региональной инвестиционной политики. // Формирование инновационной стратегии
развития экономики регионов России, 2006.

6. Кошолкина Л., Инвестиционная
политика в агропромышленном комплексе // Экономист, 2006

7. Кравченко Т.С., Влияние инвестиций
на формирование инновационного потенциала АПК // Весник сельского развития и
социальной политики, 2017.

8. Молчанова Л.А., Бендерук Т.Г.
Факторы роста инвестиционной привлекательности регионов в контексте устойчивого
развития экономики государства // Конкурентоспособность в глобальном мире:
экономика, наука, технологии, 2017.

9. Руцкий И. М., Состояние и проблемы
привлечения инвестиций в развитие АПК России в условиях санкций // Молодой
учёный №22, 2017.

10. Чулок А., АПК будущего. Взгляд на
сельское хозяйство сквозь призму анализа больших данных // Агроинвестор, 2019.




Московский экономический журнал 2/2020

УДК 332.3:021.8:63

DOI 10.24411/2413-046Х-2020-10065

СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ И ПРИОРИТЕТЫ АГРАРНОЙ ПОЛИТИКИ РОССИИ

CONTEMPORARY PROBLEMS AND PRIORITIES OF AGRARIAN POLICY OF RUSSIA

Махотлова Маратина
Шагировна,
кандидат
биологических наук, доцент кафедры «Землеустройство и экспертиза недвижимости»,
ФГБОУ ВО «Кабардино-Балкарский государственный аграрный университет имени В.М.
Кокова», г.Нальчик

Кабардокова Агнесса Валерьевна, ФГБОУ ВО «Кабардино-Балкарский
государственный аграрный университет имени В.М. Кокова», г.Нальчик,

Темукуева Марзият Канаматовна, ФГБОУ ВО «Кабардино-Балкарский
государственный аграрный университет имени В.М. Кокова», г.Нальчик,

Гучаева Милана Муратовна, ФГБОУ ВО «Кабардино-Балкарский государственный аграрный
университет имени В.М. Кокова», г.Нальчик

Makhotlova M.Sh., m.mahotlova@yandex.ru

Kabardokova A.V.

Temukueva M.K.

Guchaeva M.M.

Аннотация. В статье рассматривается аграрная
политика –  составная часть экономической
политики государства в сфере сельского хозяйства и агропромышленного
производства. Освещаются вопросы носящие характер долговременного действия на
экономику России и в частности на ее агропромышленный комплекс (АПК), от
успешного развития которого зависит продовольственная безопасность страны и
жизненный уровень населения.  Обозначены
основные приоритеты аграрной политики России и направления рыночного
реформирования АПК.

Summary. The article considers agrarian policy – an integral part of the state economic policy in the field of agriculture and agro-industrial production.  The main priorities of the agrarian policy of Russia and the direction of the market reform of the agroindustrial complex are outlined.  A component of the state’s economic policy in the sphere of agriculture and agro-industrial production has been singled out.  Issues are discussed that bear the character of a long-term effect on the Russian economy and, in particular, on its agro-industrial complex, on the successful development of which the country’s food security and the living standards of the population depend. 

Ключевые слова: продовольственная безопасность, аграрная политика, сельское хозяйство, модернизация АПК, агропромышленный комплекс.

Keywords: food security, agrarian policy, agriculture, modernization of agroindustrial complex, agro-industrial complex.

Введение. Для эффективного развития и
регулирования сельской экономики государство разрабатывает и реализует аграрную
политику. Обострение продовольственной проблемы обуславливает чрезвычайную
необходимость устойчивого развития сельского хозяйства, смежных с ним отраслей,
развития аграрных отношений и совершенствования аграрной политики.

Рыночные преобразования в
экономике страны коренным образом изменили систему продовольственного
обеспечения населения, вызвав необходимость формирования новой аграрной
политики на федеральном и региональном уровнях и осуществления системы
тактических и долгосрочных стратегических государственных мер.

Методология проведения
исследования.
Противоречие между современными потребностями
ускоренного экономического роста и традиционно сложившейся методикой
экономико-статистического анализа в аграрной политике вызывает необходимость
совершенствования методологии статистического анализа и определяет актуальность
исследования.

Результаты и
обсуждение.
Аграрная
политика является одним из направлений государственной экономической политики.
Меры и направления аграрной политики позволяют определить ее специфику и
особенности аграрных отношений в современных условиях.

Аграрная политика включает структурные элементы, представленные на рисунке 1. 

Государственная аграрная политика представляет собой составную часть государственной социально-экономической политики, направленной на устойчивое развитие сельского хозяйства и сельских территорий (рис.2).

Российская аграрная
политика не выработала эффективных механизмов обеспечения перспективного
развития сельского хозяйства, а различные модели, разрабатываемые советскими, а
теперь уже российскими экономистами, не обеспечили достижение высокого уровня
конкурентоспособности аграрного сектора экономики страны.

Аграрную политику нельзя
ограничивать только системой разработанных мер, содержащихся в принимаемых
решениях и законах. Современная аграрная политика связана с разработкой и
реализацией экономической стратегии и тактики эффективного развития всего АПК в
соответствии с требованиями объективных экономических законов.

В настоящий момент
выделение аграрной политики как относительно самостоятельной области в общей
экономической политике государства обусловлено особенностями
сельскохозяйственного производства, спецификой регулирования аграрных
отношений. В аграрной политике большое внимание должно уделяться достижению
более высоких конечных результатов производственной деятельности как в сельском
хозяйстве, так и во всем агробизнесе, обеспечению стабильных темпов роста
производства, повышению его эффективности и социальному развитию деревни.

Важнейшей частью
проводимых в России и ее регионах для радикальных экономических преобразований
является аграрная политика. Аграрная политика высветила многие проблемы,
носящие характер долговременного действия на экономику России и в частности на
ее агропромышленный комплекс (АПК), от успешного развития которого зависит
продовольственная безопасность страны и жизненный уровень населения [1]. 

Аграрная политика – это
политика, направленная на динамичное и эффективное развитие не только
сельскохозяйственного производства и других отраслей агробизнеса, но и
обеспечения на этой основе социального развития села, занятости сельского
населения и роста его жизненного уровня.

Следует отметить, что
трудности в сельском хозяйстве в значительной мере объясняются именно
несовершенством аграрной политики, недооценкой значения и роли аграрного
сектора в экономике страны.

В конце ХХ – начале ХХI века в сельском хозяйстве России
произошли радикальные изменения, объективная оценка которых позволяет разделить
их на несколько групп:

  • вопервых, это позитивные изменения, связанные
    с преодолением полного огосударствления аграрной экономики, появление
    многоукладности в сельском хозяйстве;
  • во–вторых,
    это противоречивые результаты в области земельной реформы хотя разрешена
    купля-продажа земли, осуществлена денационализация большей части земельных
    угодий и расширение землевладений, подъема сельскохозяйственного производства
    не произошло;
  • в–третьих,
    это изменения дестабилизирующего характера не повышается уровень жизни
    сельского населения, уменьшается доля экономически активных и профессионально
    подготовленных специалистов, занятых в аграрно–промышленном производстве,
    тормозится развитие цивилизованной кооперации, снижается социальный статус
    крестьянства.

Аграрный сектор последние
два столетия находится в постоянной череде реформ, однако ни одна из них не
была доведена до конца и не решила столь важного для развития страны вопроса,
потому что все аграрные реформы осуществлялись без глубоко продуманной
концепции. Для принятия и реализации мер по реформированию во все времена
характерны поспешность, скачкообразность, не комплексность и многое другое.

Решая аграрный вопрос,
необходимо основываться на естественных законах. На большой территории России
формы и направления развития сельского хозяйства различны. Однако аграрные
реформы должны исходить из единой концепции, определенной в общероссийском
законодательстве. В субъектах же Российской Федерации могут быть разработаны
соответствующие нормативные акты, рассчитанные на учет региональной специфики
[7].

Исторический опыт
показывает, что реформы не учитывающие национальную форму ведения сельского
хозяйства и местных особенностей, приводили к социальным потрясениям и кризису
сельскохозяйственного производства. В то же время права и свободы субъектов
сельскохозяйственной деятельности должны быть обеспечены на уровне норм не
только федерального, но и международного права [3].

Особая роль в аграрной
политике России принадлежит модернизации АПК. Потребность в модернизации
обуславливается, в первую очередь, тем, что значительное количество
сельскохозяйственной продукции многих регионов и страны в целом неконкурентоспособны,
что проявляется в виде значительного роста импорта продовольствия. Модернизация
обеспечивает переход к инновационной экономике, повышение ее конкурентоспособности.
Поэтому – модернизация экономики выступает важнейшим приоритетом аграрной
политики России [2].

Аграрные преобразования в
России в конечном итоге должны обеспечить эффективное функционирование
сельскохозяйственного производства и социальное развитие села. Для этого
необходима долгосрочная государственная программа социального развития села, адаптации
высвобождающегося из аграрного производства населения, модернизации структуры
сельской экономики. Наибольшее значение имеют задачи развития не аграрных
альтернативных систем занятости на селе, создания потенциала для мелкого и
среднего сельскохозяйственного бизнеса, торговли, ремесленничества, сельских
подсобных промышленных производств.

Реформирование АПК
предусматривает активную интеграцию отрасли в мировое хозяйство. В условиях
глобализации мировой экономики особое внимание государство должно уделять
развитию и регулированию внешнеторговой агропродовольственной деятельности,
созданию более совершенного механизма защиты отечественных товаропроизводителей
на внутреннем продовольственном рынке от импорта продукции и одновременно
обеспечению благоприятных условий для экспорта сельскохозяйственной продукции и
продовольствия [6].

К тому же следует
сказать, что проблема правовой концепции аграрных реформ в России – это не
только проблема науки аграрного права. От состояния аграрного строя в
значительной мере зависит вся общественно–политическая ситуация страны. В то же
время и изменения общественно–политической ситуации в целом, безусловно,
определяющим образом влияют на состояние аграрных отношений, вызывают
потребности в их совершенствовании.

Земельное и аграрное
реформирование должно проводиться постепенно и последовательно в соответствии с
основной концепцией правового регулирования и реформирования. Не должна также
навязываться государственная воля по созданию новых организационных форм, с
искусственным разрушением старых. В сельском хозяйстве нововведения должны
появляться естественным путем. Попытки быстро внедрить одну определенную форму
ведения хозяйства приводили к социальным и экономическим кризисам [5].

Суммируя вышесказанное, можно выделить следующие основные
направления реформы агропромышленного комплекса:

1.Надо сформировать систему государственной поддержки
сельского хозяйства и тем самым усилить влияние государства как гаранта
развития рынка в аграрном секторе.

Государство должно косвенно воздействовать на спрос и
предложение сельскохозяйственных товаров, межотраслевой обмен в АПК с целью
создания в его отраслях равных условий для получения до-ходов, заботиться
наряду с муниципалитетами о социальном развитии села, улучшении природоохраны. При
этом необходим поэтапный переход от сложившейся системы государственной
поддержки АПК, ориентированной в основном на дотирование производства,
компенсацию производственных затрат и централизованное кредитование, к системе,
предусматривающей программно-целевую, избирательную поддержку доходов
сельскохозяйственных товаропроизводителей, развитие рыночной инфраструктуры и
рыночной информации, совершенствование системы кредитования, стимулирование
спроса на сельскохозяйственную продукцию и продовольствие.

Приоритетное  направление 
аграрной политики России в преодолении кризиса – развитие и
совершенствование отечественного сельскохозяйственного производства. Для этого
следует создать правовые и экономические условия, которые обеспечат привлечение
частного капитала и капитала коммерческих структур в развитие АПК, развитие
малого предпринимательства. Немаловажное значение в развитии АПК имеет изучение
передового практического опыта и перспективных направлений аграрной политики в
России и за рубежом, взаимодействие государства, экономики и бизнеса в аграрном
секторе [4].

Заключение. Современной аграрной политике
свойственна некоторая двойственность: сочетание принципа самофинансирования
предпринимательской деятельности и необходимость государственной поддержки сельского
хозяйства, как приоритетной и социально значимой отрасли.

Приоритетами современной
аграрной политики являются: обеспечение продовольственной безопасности,
развитие и внедрение инноваций, сохранение ресурсного потенциала комплекса.

Таким образом, аграрная
политика – это составная часть экономической политики государства в сфере
сельского хозяйства и агропромышленного производства. Содержание аграрной
политики определяется ее целями, задачами, направлениями и мерами реализации.

Научно обоснованная экономическая
и аграрная политика – важнейшее условие стабилизации и эффективного развития
агропромышленного комплекса России, фактор роста благосостояния населения и
обеспечения продовольственной безопасности государства.

Конкурентоспособность и
лидерство экономики отечества в будущем во многом зависит от того насколько
будущие экономисты и управленцы смогут применять знания по инструментам
аграрной политики на пользу сельскохозяйственным предприятиям различных форм
собственности, в развитии региона, а значит и всей страны. Именно от этого
зависит продовольственная безопасность и независимость, формирование условий
успешного агробизнеса, качество жизни как сельского населения, так и горожан.

Литература

  1. Губина Ю.С. Использование зарубежного опыта для модернизации государственной агропродовольственной политики России.
    Региональные агросистемы: экономика и социология. 2016. № 1 (1). С.23
  2. Махотлова М.Ш. Агромониторинг и прогноз урожайности сельскохозяйственных культур. В сборнике: Роль и мессто информационных технологий в современной науке.  Сборник статей Международной научно-практической конференции. Ответственный редактор: Сукиасян Асатур Альбертович. 2016. С.38-41.
  3. Махотлова М.Ш. Государственный мониторинг земель сельскохозяйственного назначения. В сборнике: Тенденции и перспективы развития науки  XXI века Сборник статей Международной научно-практической конференции. Ответственный редактор Сукиасян Асатур Альбертович. 2016. С.87-89.
  4. Мочалова Я.В., Шкарупа Е.А. Современные тренды, проблемы и перспективы инноватизации агропромышленного комплекса. Экономика: вчера, сегодня, завтра. 2016. № 9. С.343-352.
  5. Семенова Н.Н., Князькина Е.О. Модернизация – основа инновационного развития аграрного сектора экономики. Национальные интересы: приоритеты и безопасность. 2012. № 17. С.22-27.
  6. Чирков Е.П. Творческое наследие А.В. Чаянова и современная аграрная политика России. Вестник Брянской ГСХА.  №1. 2014.  С.40 – 47.
  7. Ушачев И.Г. Аграрная политика России: проблемы и решения.
    Москва, 2013. № 3. С.58-63.




Московский экономический журнал 1/2020

УДК
331.52

DOI 10.24411/2413-046Х-2020-10064

ОПЫТ ЕВРОСОЮЗА В
РЕШЕНИИ ПРОБЛЕМ НЕСТАНДАРТНОЙ ЗАНЯТОСТИ

EU EXPERIENCE IN SOLVING PROBLEMS OF
NON-STANDARD EMPLOYMENT

Лизина О.М., кандидат экономических наук, доцент кафедры теоретической экономики и экономической безопасности, Мордовский государственный университет им. Н. П. Огарева, Саранск, Россия

Федонина О.В., кандидат экономических наук, доцент кафедры Теоретической экономики и экономической безопасности, Мордовский государственный университет им. Н. П. Огарева, Саранск, Россия

Lizina O.M., E-mail: lizinaom@yandex.ru 

Fedonina O.V., E-mail:  oks_fedon@mail.ru

Аннотация.
В
статье освещаются теоретические подходы к
определению понятий нестандартной занятости, ее структуры. В этом аспекте рассмотрены вопросы, связанные с
проблемой устойчивого развития России в контексте изменения политики в области
занятости и использования опыта Евросоюза. Предложены рекомендации в области
совершенствования государственной социально-экономической политики на основе ликвидации
пробелов в законодательстве; совершенствовании систем коллективных переговоров;
повышении эффективности социальной защиты; реализации государственной политики для регулирования социальных
рисков и реализации возможности перехода к стандартной занятости.

Summary. The article highlights the theoretical approaches to defining the
concepts of non-standard employment and its structure. In this aspect, the
issues related to the problem of sustainable development of Russia in the
context of changing employment policy and using the experience of the European
Union are considered. Recommendations for improving the state social and
economic policy based on eliminating gaps in legislation, improving collective
bargaining systems, and improving the effectiveness of social protection are
proposed; implementation of state policy to regulate social risks and implement
the possibility of switching to standard employment.

Ключевые
слова:
нестандартная занятость, самозанятость, интернет-занятость, прекариат,
Стратегия «Европа 2020», «Преобразование нашего мира:
Повестка дня в области устойчивого развития на период до 2030 года».

Keywords: non-standard employment, self-employment, Internet
employment, precariat, “Europe 2020” Strategy, “Transforming our
world: the 2030 agenda for sustainable development”.

Актуальность

Тенденция развития нестандартных форм
занятости стала абсолютной для современных рынков труда начиная с 90-х годов XX
века. В настоящее время нестандартно занятые составляют значительный и один из
наиболее динамичных сегментов рабочей силы на рынках труда многих стран мира,
включая Евросоюз, что подтверждается многочисленными исследованиями. Однако эта
тенденция противоречит действующему трудовому законодательству отдельных стран,
которое создано для условий стандартной занятости индустриального
общества.  В условиях того, что  нестандартные формы занятости приводят к
снижению социальной защищенности работников и повышают неустойчивость
занятости, вопросы их оценки, мониторинга и управления приобретают важное
экономическое и социальное значение. Определенный опыт в решении этих проблем
имеет Евросоюз.

Нестандартные формы
занятости оказывают различное влияние на рынок труда: временная, неполная
вынужденная, неформальная приводят к повышению незащищенности (прекаризации)
занятости и ухудшают положение работников; самозанятость, вторичная занятость,
интернет-занятость часто выступают в качестве механизма адаптации граждан на
рынке труда, так как позволяют снизить риски безработицы и обеспечить
дополнительный доход. Неоднозначность влияния нестандартных форм занятости на
рынок труда и социальную незащищенность населения, их динамика и
социально-экономические последствия обусловили необходимость формирования
концептуального подхода к управлению нестандартными формами занятости в России,
чтобы обеспечить целенаправленную поддержку развития тех ее форм, которые
позитивно влияют на рынок труд а, и снизить риск распространения нежелательных
форм занятости и их последствий.[1].

Основная часть

Обобщая выводы многих ученых по проблемам нестандартной занятости (К.
Харт, Э. Де Сото, Л.Я. Косалс, О.В. Синявская, Р.И. Капелюшников, В.Е.
Гимпельсон, Л.Е. Тихонова, Н.Ч. Бокун и др.) можно выделить предпосылки, обусловливающие распространение
нестандартных форм занятости в современных условиях: развитие технологий,
переход к постиндустриальному обществу, четвертая промышленная революция;
формирование цифровой экономики; повышение гибкости рынка труда; сегментация
рынка труда; усиление глобальной конкуренции; снижение влияния профсоюзов.[3,8].

В общем смысле будем
понимать под нестандартной формы занятостью тип трудовых отношений,
характеризующийся многообразием форм заключения трудовой сделки по ее условиям
(срок, продолжительность рабочего времени, нормативное оформление), расположению
рабочего места и типу работодателя. 
Таким образом можно выделить типы нестандартной занятости в зависимости
от длительности трудовых отношений, продолжительности рабочего времени,
расположения рабочего места, типа работодателя, степени формализации трудовых
отношений, что позволяет выявить существующие риски прекаризации (неустойчивости)
занятости для обоснования мер их регулирования и повышения эффективности использования
нестандартных форм занятости. Мы выделяем временную, неполную, неформальную,
сверхзанятость, самозанятость, интернет-занятость, заемный труд).

В условиях перехода к
постиндустриальной экономике особое внимание в исследовании уделено интернет-занятости,
которая появилась  в процессе
формирования интернет-экономики и перехода к информационному обществу, что
обусловило возможность появления дистанционных трудовых отношений между
работодателем и его сотрудниками. Интернет – занятостьопределена как тип занятости, характеризующийся двумя
особенностями: нахождением работника на расстоянии от работодателя и
использованием информационных технологий (для общения, контроля, передачи
заданий, результатов труда, оплаты труда).[5].
Она может осуществляться в следующих формах: работа на дому; в специально
оборудованном офисе за пределами помещений работодателя); работа по найму у
конкретного работодателя или самозанятость (фриланс));  по направлению деятельности
(информационно-коммуникационные технологии; дизайн, архитектура,
проектирование; консультационные, финансово-банковские, образовательные,
медицинские услуги и др.).[9].

По данным исследований дв
2016 г. в ЕС  количество занятых на
основе трудового договора (контракта) составило 14,2 % от всех работающих по
найму. В структуре неполной занятости преобладает вынужденная неполная
занятость преимущественно женщин, что соответствует мировым тенденциям; растет
число самозанятых, интернет-занятость является одним из наиболее перспективных
направлений развития нестандартных форм занятости. Однако дистанционные
социально-трудовые отношения в России пока не имеют должного институционального
закрепления в трудовом законодательстве, а отсутствие социальной и правовой
защиты занятых дистанционно имеет ряд негативных последствий для всех субъектов
социально-трудовых отношений.

В результате анализа
масштабов распространения нестандартных форм занятости в странах ЕС выделены
следующие общие тенденции, связанные с ростом масштабов их использования и
многообразия:  увеличение доли временных
работников (до 14 % от всех занятых), что выступает в качестве альтернативы
постоянной занятости для неквалифицированных работников в возрасте от 25 до 49
лет в традиционных секторах экономики и социальных услуг; гендерная и отраслевая
дифференциация неполной занятости; распространение самозанятости в основном
среди мужчин с высшим и средним уровнем образования в трудоспособном возрасте,
занятых в развивающихся и наиболее прибыльных секторах экономики, для которых
характерно развитие малого бизнеса, самостоятельность в характере работы;
расширение сектора цифровой экономики, который по оценкам МОТ включает около 60
млн интернет-занятых (2 % от занятого населения в 2016 г.).

Распространение
нестандартных форм занятости является абсолютной мировой тенденцией, но
приводит к различным социально-экономическим последствиям. С одной стороны,
применение нестандартных форм занятости способствует повышению гибкости рынка
труда, приспособляемость его к изменению структуры отраслей экономики и циклическим
колебаниям экономической конъюнктуры, увеличивают возможности для
трудоустройства различных групп населения. С другой — очевидно наблюдается
ослабление обязательств работодателей в отношении высвобождения работников,
дестабилизация отношений в труде.[6].

Учитывая объективную
закономерность расширения нестандартных форм занятости в мире и принимая во
внимание позитивный зарубежный опыт регулирования их развития, ключевыми
задачами управления ими являются минимизация негативных последствий и рисков для
субъектов рынка труда на микро- и макроуровнях, соблюдение оптимального баланса
между экономической эффективностью занятости и обеспечением социальной защищенности
работников, социальной устойчивости общества.

В 2008 году президентом РФ была официально утверждена «Концепция
долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период
до 2020 года».[2]. В настоящее время стало очевидно, что цели и задачи,
сформированные в концепции, оказались неосуществимыми. Поэтому закономерно
использовать европейский опыт. Европейский Союз в 2010
году принял стратегию экономического развития на 10 лет «Европа 2020 Стратегия
разумного, устойчивого и инклюзивного роста». Стратегия была разработана как
продолжение Лиссабонской стратегии 2000-2010 гг., так как положения последней
не были реализованы в установленный период. В качестве главных проблем
Европейская Комиссия отметила высокий уровень безработицы, медленный
экономический рост и возрастающий уровень внешнего долга.

Стратегия
«Европа 2020» определила три основных фактора укрепления экономики: разумный
рост: развитие экономики, основанное на знаниях и инновациях; устойчивый рост:
создание экономики, основанной на целесообразном использовании ресурсов,
экологических требований и конкуренции; интегрирующий рост, способствующий
повышению уровня занятости, достижение социального и территориального
сплочения. В стратегии развития отмечены 8 целей, разбитых по пяти основным
направлениям деятельности. Таким образом, перед ЕС стояли следующие цели на
2020 год: занятость,
исследования и инновации, изменение климата и энергетика; образование, борьба с
бедностью.[10].

Для нашего исследования ключевой является – занятость (75% населения в
возрасте от 20 до 64 лет должны быть трудоустроены).
Ввиду того, что государства-члены ЕС изначально не равны в
экономическом плане, поставленные цели приобрели общий характер для Европейского
Союза. Таким образом, количественный результат, которого необходимо добиться в
соответствии с целями стратегии, высчитывается исходя из совокупности
результатов всех государств, входящих в Европейский Союз. Достижение
поставленных целей отслеживала Европейская Комиссия на протяжении 10 лет,
публикуя ежегодные доклады о достигнутом прогрессе.

Достигнуть
поставленных целей невозможно без серьезного реформирования законодательства,
поэтому Европейский Союз сразу же приступил к реформированию своего надзорного
механизма по наблюдению за стратегией «Европа 2020». В частности, реформы
коснулись правил надзора за экономической деятельностью государств-членов ЕС и
её координации в случае чрезвычайных ситуаций. Главной целью надзора являлось
предупреждение ошибок в европейском плане экономического развития. Новые
правила начали действовать с 2011 года и получили названия: Six-pack, Two-pack и Финансовый пакт.
Правила надзора Six-Pack были приняты в 2011 году, а в мае 2013 года были
дополнены, после чего за ними закрепилось название Two-Pack. Нововведением,
которое внес надзор Two-Рaсk, является обязанность государств-членов ЕС
ежегодно, 15 октября, представлять Комиссии ЕС проекты своих бюджетных планов
на следующий год. Особенностью данного пакта стали две процедуры, при которых
на государств-членов ЕС можно наложить финансовые санкции в одностороннем
порядке. Эти процедуры касаются надзора при чрезмерном дефиците в бюджете и
чрезмерном макроэкономическом дисбалансе. Чрезмерным дисбалансом считается такой
макроэкономический дисбаланс, который ставит под угрозу функционирование
ЕС.[18].

В
соответствии с отчетом Евростата за 2019 год, в целом, в ЕС наблюдается положительная
динамика по всем поставленным целям, начиная с 2015 года. С 2008 года наибольшего
прогресса ЕС удалось достигнуть в области высшего образования, занятости и сокращения
выбросов парниковых газов.

В 2018 году
73,2% населения ЕС в возрасте от 20 до 64 лет было трудоустроено. При этом
наблюдается существенный разрыв в трудоустройстве мужчин и женщин. Так, было
трудоустроено 79% мужчин и только 67,4% женщин. Тем не менее, эти показатели
выше на 1,2% и 4,7% по сравнению с 2008 годом, соответственно, что
свидетельствует о значительном прогрессе в трудоустройстве женщин. ЕС также
отмечает, что люди в возрасте от 20 до 29 и от 55 до 64 относятся к группам
риска и их уровень занятости ниже, чем у людей в возрасте от 30 до 54 лет. Если
проследить динамику занятости на протяжении последних лет, то можно с
уверенностью утверждать, что ЕС не сможет добиться 75% занятости всего населения,
остановившись на отметке 74,2 или 74,4. Так или иначе, это достойный
показатель.

ЕС удалось
значительно сократить количество молодежи, которая прекращает образование. В
2008 году этот показатель равнялся 14,7%, а в 2018 уже 10,6%. В соответствии с
отчетом, более 50% молодых людей, бросивших образование в возрасте от 18 до 24
лет, сталкиваются проблемами на рынке труда. Несмотря на некоторую стагнацию,
наблюдающуюся с 2016 года, у ЕС есть все шансы достичь планового показателя к
концу 2020 года. Наконец, существенный прогресс был достигнут в цели, в
соответствии с которой не менее 40% людей в возрасте от 30 до 34 лет должны
иметь высшее образование. В 2008 году этот показатель равнялся 31,1%, а в 2018
уже 40,7%. Таким образом, ЕС удалось повысить количество людей, имеющих высшее
образование.[13,14].

В 2017 году
на римском саммите ЕС главы 27 европейских государств подписали декларацию,
которая определила дальнейший курс развития Евросоюза без Великобритании и
обозначила необходимость ответа новым вызовам, среди которых региональные
конфликты, терроризм, рост миграционного давления, протекционизм и
социально-экономическое неравенство. Лидеры ЕС договорились следовать четырем
принципам: безопасная Европа – предполагает работу над укреплением безопасности
сообщества, защиту внешних границ, борьбу против терроризма, реформу
миграционной политики и соблюдение международного права; процветающая и
устойчивая Европа – работа над созданием рабочих мест, улучшение условий для
малых и средних предприятий, удешевление энергии и обеспечение чистой окружающей
среды; социальная Европа – экономический рост и социальный прогресс, равенство
мужчин и женщин, борьба с безработицей, дискриминацией, социальной изоляцией и
бедностью. (повторяет цели стратегии развития Европы 2020 и продлевает срок их
выполнения до 2025 года).[17].

Кроме того,
на этом же саммите, Европейская Комиссия презентовала Белую Книгу, в которой
описала 5 одинаково возможных сценариев развития союза до 2025 года.

Сценарий 1. Продолжать в том же направлении. ЕС
продолжит концентрироваться на создании рабочих мест, экономическом росте и
инвестировании, путем укрепления единого рынка и наращивании инвестиций в
цифровой, транспортной и энергетической отрасли. Во внешней политике ЕС будет
стремиться к наращиванию торговых соглашений по всему миру и укреплению внешних
границ. ЕС продолжит выступать как единое целое на международной арене.
Ожидается, что ЕС сможет положительно повлиять на такие глобальные повестки
дня, как климат, финансовая стабильность и устойчивое развитие.

Сценарий 1. Ничего кроме единого рынка.  При этом сценарии нивелируется значение
миграционного законодательства ЕС, сотрудничество в области безопасности
низводится до двусторонних соглашений. ЕС перестает представлять себя как
единое целое на международных форумах и конференциях из-за возможных
разногласий между государствами в области внешней политики. ЕС прекращает
вкладывать средства в гуманитарную помощь. Иными словами, все кроме единого
рынка товаров и капиталов, отдается на откуп государствам-членам.

Сценарий 3. Кто хочет больше, сделает больше. Группа
государств-членов сможет работать сообща для достижения больших результатов в
области обороны и укреплении четырех свобод ЕС. Это касается, например,
создания общей научно-производственной базы, совместных закупок и повышения
общей боеготовности государств для участия в миссиях за рубежом. Возможно укрепление
внутренней безопасности, правосудия, сотрудничества между спецслужбами для
борьбы с организованной преступностью и терроризмом. Углубленная интеграция
касается гармонизации налогового законодательства, повышения социальных
стандартов и улучшения условий труда.

Сценарий 4. Делать меньше, но эффективнее. ЕС
сосредотачивает усилия на разработке следующих направлений развития: инновации,
торговля, миграция, управление границами и оборона (создается оборонный союз).
Основное внимание уделяется совершенствованию НИОКР и инвестированию в
цифровизацию и декарбонизацию. В области внешней политики ЕС продолжает
выступать как единое целое. В свою очередь, разработка новых стандартов в
области здравоохранения, защиты прав потребителей и окружающей среды отодвигается
на второй план. Все, что не связано с приоритетными направлениями развития,
остается на усмотрение государств-членов и им предоставляется свобода
«экспериментировать».

Сценарий 5. Делать вместе намного больше. Наверное,
самый утопичный и наиболее благоприятный для ЕС вариант из всех перечисленных.
ЕС объединяет усилия, для того, чтобы развиваться сразу во всех направлениях с
наибольшей эффективностью. Все остается по-прежнему (как в сценарии 1), но
создается оборонный союз, активизируется сотрудничество в области безопасности,
продолжается борьба с изменением климата, а также оказание гуманитарной помощи.
Происходит укрепление единого рынка в области энергетики, цифровых технологий и
услуг, создаются свои «кремниевые долины», включающие в себя крупные,
высокотехнологичные компании. В целом, данный сценарий можно описать, как совокупность
решений всех предыдущих сценариев, но без необходимости жертвовать чем-либо из
этого для достижения максимальной эффективности.

Последним
вызовом для Европы становятся «Цели в области устойчивого развития» ООН  – всеобщий призыв к действиям по искоренению
нищеты, обеспечению защиты от загрязнения окружающей среды и повышению качества
жизни каждого человека во всем мире. «Преобразование нашего мира: Повестка дня
в области устойчивого развития на период до 2030 года», принятая Генеральной
Ассамблеей ООН в 2015 году, содержит 17 целей и 169 задач, выполнение которых
должно поспособствовать процветанию всего человечества[4]. Для поддержки этого
документа Европейская Комиссия выпустила в 2016 году сообщение «Следующие шаги
для устойчивого Европейского будущего».[11]. С 2017 года, Евростат публикует
ежегодные отчеты о мониторинге достижения 
целей устойчивого развития. В 2019 году Европейская Комиссия представила
аналитический доклад «На пути к устойчивой Европе к 2030 году», в котором
обозначены конкурентные преимущества ЕС и возможности проявить себя на
глобальной арене, став примером для других государств.[12].

В частности в
сфере нестандартной занятости приняты рекомендации МОТ основанные на документах
ООН. На основе исследования международных документов в области трудовых
отношений и реальной практики стран могут быть реализованы рекомендации по
следующим основным направлениям:

1) ликвидация
пробелов в законодательстве;

2) совершенствование
систем коллективных переговоров;

3) повышение
эффективности социальной защиты;

4)
государственная политика для регулирования социальных рисков и реализации
возможности  перехода к стандартной
занятости.[7].

Вполне
очевидно, что базой рекомендаций послужили выводы о том, что труженик  с нестабильной занятостью более уверен в
своем будущем в том случае, если  живет в
стране с развитой системой социального защиты и гарантий, имеет гарантированный
минимум со стороны государства реализуемый через систему  социальных мер. Кроме того всем понятно, что
стабильность доходов определяется прежде всего регулярной трудовой
деятельностью, и что без «высокопроизводительных рабочих мест» не будет
достаточно возможностей для снижения нестабильности работников.

Выводы

Как
отмечалось выше, рынок труда подвижен и постоянно ставит новые вызовы, требующие
адекватных социально-экономических решений. Необходимо постоянно актуализировать
действующие нормативно-правовые акты и корректировать политику обеспечения достойного
труда для всех. Кроме того, необходимо активнее принимать меры, способствующие
эффективной реализации существующих норм. Это особенно касается тех отраслей и
профессий, в которых регулирующий надзор традиционно неэффективен, а участие в
коллективных переговорах ограничено.

Нужно
признать, что сегодня ЕС обладает всеми необходимыми инструментами для решения
стоящих перед ними вызовов. Прошедшее десятилетие наглядно показало экономическую
силу ЕС и есть все основания утверждать, что в дальнейшем ЕС не остановится на
достигнутом. Можно сказать наверняка – ЕС успешно меняется и будет меняться и
дальше. Таким образом, по итогам проведенного анализа документов и фактов за
прошедшее десятилетие, приходится признать, что, в отличие от России, ЕС не
только ставит цели, но и успешно их реализует.

Литература

  1. Зайцева О.
    В.
    Нестандартные формы занятости: сущность, значение, регулирование  // Белорус. экон. Журн.  2015.  № 3. 
    С. 129-146.
  2.  Гальчева А. «Концепция развития России до 2020 года оказалась
    невыполнимой. Почему разошлись траектории национальных целей 2008 года и
    фактического развития страны». РБК. 02.11.19. URL: https://www.rbc.ru/economics/02/11/2019/5db946fb9a794742bc0d5b68
  3. Гимпельсон В. Нестандартная занятость и российский рынок труда / В. Гимпельсон, Р.
    Капелюшников. – М. : ГУ ВШЭ, 2005. – 36 с.
  4. Генеральная
    Ассамблея. Преобразование нашего мира: Повестка дня в области устойчивого
    развития на период до 2030 года (2015). A/RES/70/1
  5.  Лизина О. М., Федонина О. В. Влияние
    цифровизации экономики на состояние рынка труда: тенденции мира и России  // Контентус. 2019. № 7 (84). С. 93-100.
  6. Лизина О. М., Федонина О.
    В.  Нестандартная занятость как фактор роста продуктивности
    труда в регионе (на примере Республики Мордовия) //Russian
    Economic Bulletin
    . 2019. Т. 2. № 5. С. 100-107.
  7.  Нестандартные формы занятости. Анализ проблем и
    перспективы решения в разных странах. Обзорная версия. Международное Бюро Труда
    – Женева: МБТ, 2017  – 39 с.
  8. Синявская О. В. Неформальная занятость в современной России: измерение, масштабы,
    динамика  / О. В. Синявская. – М.:
    Поматур, 2005. – 56 с.
  9. Чесалина О. В. От нестандартных форм занятости до работы на основе интернет-платформ
    // Трудовое право в России и за рубежом. 2018. №1. С. 22–25. [Электронный ресурс]
    // СПС «КонсультантПлюс» (дата обращения: 20.06.2019).
  10. European Commission (2010), EUROPE 2020 A strategy for smart,
    sustainable and inclusive growth, COM(2010) 2020 final, Brussels.
  11. European Commission (2016), Next steps for a sustainable European
    future: European action for sustainability, COM(2016) 739, Brussels
  12. European Commission (2019), Reflection Paper ‘Towards a Sustainable
    Europe by 2030’, COM(2019)22, Brussels
  13. Eurostat, 06.01.2020 URL: https://ec.europa.eu/eurostat/cache/scoreboards/JAVA/Euro_2020/E2020_EN.html#
  14. Eurostat (2019), Sustainable development in the European Union —
    Monitoring report on progress towards the SDGs in an EU context, Publications
    Office of the European Union, Luxembourg
  15. Stability and Growth Pact. URL: https://ec.europa.eu/info/business-economy-euro/economic-and-fiscal-policy-coordination/eu-economic-governance-monitoring-prevention-correction/stability-and-growth-pact_en
  16. Smarter, greener, more inclusive? Indicators to support the Europe 2020
    strategy, Luxembourg: Publications Office of the European Union, 2019.
    URL: https://ec.europa.eu/eurostat/documents/3217494/9087772/KS-02-18-728-EN-N.pdf/3f01e3c4-1c01-4036-bd6a-814dec66c58c
  17. The Rome Declaration, 25.04.2017 URL: https://www.consilium.europa.eu/en/press/press-releases/2017/03/25/rome-declaration/pdf
  18. The Two-Pack on economic governance: Establishing an EU framework for
    dealing with threats to financial stability in euro area member states
    URL: https://ec.europa.eu/info/business-economy-euro/economic-and-fiscal-policy-coordination/eu-economic-governance-monitoring-prevention-correction/stability-and-growth-pact_en




Московский экономический журнал 13/2019

DOI 10.24411/2413-046Х-2019-10343

Финансовые рынки в странах с неустойчивой экономической системой

Countries with unstable system of public administration (unrecognized States, countries that have lost signs of statehood)

Хамурадов Мовсар Ахметпашович, кандидат экономических наук, доцент
кафедры финансов и кредита, ФГБОУ ВО Чеченский государственный университет

Заурбеков Сурхо Умарович, институт экономики и финансов, ФГБОУ ВО Чеченский
государственный университет

Махмудова Бирлант Усмановна, институт экономики и финансов, ФГБОУ
ВО Чеченский государственный университет

Khamuradov Movsar Akhmetpashovich, Zaurbekov Surkho Umarovich, Makhmudova Birlant Usmanovna

Аннотация. Государства,
которые являются непризнанными или частично признанными, всеравно осуществляют
контроль над своей территорией и населением этой территории, при этом их право
осуществлять государственную власть не признается на мировой арене другими
странами.

Нагорно-Карабахская Республика, Приднестровская Молдавская
Республика и Сомалиленд не признаны ни одним правительством государств – членов
Организации Объединенных Наций. При этом они вполне соответствуют всем
критериям государственности. На примере Приднестровской Молдавской Республики
рассмотрим, как выглядит управление страной в таком случае.

 В Молдове раскол
государства случился из-за обострения межнациональных отношений в 1989-1990гг.
На территории приднестровской молдавской Республики 1 декабря 1991 года прошел
референдум, который выявил, что 97,7% участников проголосовали за независимость
республики.

Приднестровская Молдавская Республика – государство унитарное, где
политическое управление страной осуществляется из центра.
Административно-территориально она делится на 4 города и 5 районов.

Единственным законодательными и представительным органом государственной власти определен Верховный Совет ПМР. В Конституцию Республики от 1996 года 21 июня 2000 года были внесены изменения, которые закрепили юридически смену двухпалатного Верховного Совета на однопалатный.

Summary. States that are unrecognized or partially
recognized exercise equal control over their territory and the population of
that territory, while their right to exercise state power is not recognized on
the world stage by other countries.

The
Nagorno-Karabakh Republic, the Transnistrian Moldavian Republic and Somaliland
are not recognized by any government of the member States of the United
Nations. At the same time, they fully meet all the criteria of statehood. On
the example of the Pridnestrovian Moldavian Republic, let us consider what the
country’s governance looks like in this case.

 In Moldova, the split of the state occurred
due to the aggravation of interethnic relations in 1989-1990. on the territory
of the Pridnestrovian Moldavian Republic, a referendum was held on December 1,
1991, which revealed that 97.7% of the participants voted for the independence
of the Republic.

The
Pridnestrovian Moldavian Republic is a unitary state, where the political
governance of the country is carried out from the center. Administratively, it
is divided into 4 cities and 5 districts.

 The only legislative and representative body
of state power is the Supreme Council of the PMR. The Constitution of the
Republic of 1996 was amended on June 21, 2000, which legally fixed the change
of the bicameral Supreme Council to the unicameral one.

Ключевые слова: законодательство, раскол государства, критерий, республика, независимость, центр.

Keywords: legislation, split state, criterion, Republic, independence, center.

Главой Республики является Президент, он же глава исполнительной
власти в непризнанном государстве. Президент – гарант принятой Конституции,
прав и свобод, а также законодательных актов ПМР. По конституции Президент
принимает все необходимые меры по охране независимости Республики, следит за
работой органов власти.

Глава государства избирается путем всеобщего прямого голосования
гражданами республики, срок его полномочий – 5 лет. При этом президент может
переизбираться неограниченное количество раз.

В правительственной структуре исполнительные государственные
органы и должностные лица подотчетны Президенту.

Президент Республики формирует свой Кабинет министров. Сегодня в
состав Кабинета министров входят руководители министерств и ведомств
Республики.

Судопроизводство в стране осуществляется с помощью законов в
соответствии с Конституцией. Создание чрезвычайных судов не допускается.

Президент ПМР – гарант независимости судебной власти. Судьи, за
исключением судей Конституционного суда и мировых судей, назначаются
Президентом по представлению председателей Верховного и Арбитражного судов.
Председатели назначаются Верховным Советом ПМР по представлению Президента ПМР.

В систему судов общей юрисдикции входят Верховный суд, городские и
районные суды. 86 статья Конституции ПМР гарантирует верховенство основного
закона государства, обеспечивает принцип разделение властей.

Что касается «ока государева» – Прокуратуры, то она представляет
из себя централизованную систему, в которой все нижестоящие прокуроры подчинены
вышестоящим и Прокурору Республики. Прокурор ПМР назначается сроком на 5 лет
Верховным Советом по представлению президентом. За исполнение своих
обязанностей Прокурор подотчетен Верховному Совету и Президенту.

За исполнением законов на предприятиях, организациях, за
расходованием средств всех видов бюджета, сохранностью казенного имущества следит
высший орган финансово-экономического контроля Республики – Комитет
государственного контроля. Валютный контроль в стране также осуществляет этот
орган.

В систему органов государственного контроля входят городские и
районные комитеты.

Верховный совет утверждает комитет госконтроля Республики на 5
лет. В его состав входит – председатель, зампредседателя и члены Комитета.
Остальной состав формирует уже председатель.

Реформы в администрировании начались еще к концу прошлого века.
Тогда начал свое формирование иной тип управления социумом. Он был основан на
отречении от принципов бюрократии. Реформа так и получила название:
«антибюрократическая революция».

К этому процессу привела, в первую очередь, потребность экономить
на бюрократическом аппарате. Важным аспектов стал хороший сервис, улучшение
качества услуг. Авторы «революции» были недовольны низкой эффективностью
политических решений. Было необходимо повышать имидж госслужбы, делать его
более привлекательным. Еще одна предпосылка коррумпированность власти,
вследствие чего образовался низкий уровень доверия к оной.

В США, Канаде, Австралии, Великобритании, Новой Зеландии
(англо-саксонские страны) уделили важное внимание, в первую очередь,
модернизации административных и судебных процедур.

В континентальной Европе, Латинской Америке (романо-германских
странах) акцент делали на изменении деятельности органов власти в сторону
улучшения эффективности. Привлечении общества к участию в принятии политических
решений. Там были приняты шаги в сторону демократизации и децентрализации
политического управления. Работа была проведена с самой возможностью
вмешательства государства в экономику и социалку.

Лишним органом в системе политического управления стали считать
«министерства». Из назвали малоэффективными или не эффективными вовсе. Чтобы
как-то улучшить их работу, были созданы в помощь децентрализованные учреждения.
В разных странах они назывались по-разному: в штатах – независимые агентства; в
Великобритании – корпорации; учреждениями их назвали во Франции.

Благодаря наделенным полномочиям они превратились в субъекты
публичного права. При этом эти органы остались независимыми в выборе форм
деятельности, будучи подконтрольными лишь согласно букве закона не нарушают ли
они его своей деятельностью.

Данные органы существовали отдельно от министерств, не включаясь в
их состав и не подчиняясь им при исполнении работы.

В то же время они были обязаны отчитываться органам законодательной
власти и министрам о своей деятельности и даже должны были периодически держать
слово перед главой государства.

Самым лучшим методом организации органов управления стал
предметно-целевой принцип. Для управления экономическими процессами и формировании
комфорта в окружающей среде, были созданы «суперминистерства». К примеру, в
Германии в 2002 году было создано министерство труда и экономики,
сформированное из двух отдельных министерства ранее. Оно отвечало за уменьшение
безработицы. По такому же принципу пошли в 2003 году в Соединенных Штатах
Америки, объединив 22 спецслужбы в одно министерство, которое отвечало за
внутреннюю безопасность.

Целью ведомства стала координация антитеррористическим мер.

Все реформы, принимаемые в государствах, в общих чертах свелись к
одному: функции исполнительной власти и ее органов, а также децентрализованные
новые структуры и местное самоуправление распределяли по другому свои
обязанности.

Еще одной общей чертой реформ в вышеперечисленных странах стала
передача полномочий от госорганов на местный уровень. Центр же начал заниматься
исключительно стратегического характера. Образовалось деление на политическое
управление стратегического и текущего характера.

Успешнее всего эти процессы прошли в англо-саксонских странах. Там
были созданы трехзвенные системы управления государством. В нее входили
министерства и ведомства. А от устаревших бюрократических централизованных
вертикалей там отказались.

Таким образом стратегическое планирование и исполнение согласно
нему всех распоряжений и прочего возлагалось на министерства. С текущими
вопросами, исполнениями целевых программ работали ведомства. За услуги для
граждан и организаций отвечали децентрализованные структуры.

В континентальных странах административные реформы были менее
радикальными. Там наметилось эффективное взаимодействие центрального аппарата и
его структур с децентрализованными. Взаимодействие было успешным между
госучреждениями и частниками. Роль их в политическом управлении претерпела
изменения.

Россию также захватил процесс модернизации системы управления.
Появилась иная структура управления. Она состояла из 3 составляющих:
федеральные министерства, федеральные службы, федеральные агентства.

Однако в отличии от опыта западных стран, в РФ наметилось серьезное
слияние всех этих структур и создание единой управленческой вертикали с
отсутствием децентрализованных учреждений и частных организаций.

 Так исторически сложилось,
что в России процесс модернизации совпал непосредственно с комплексной реформой
госслужбы. Тогда функциональные реформы еще не реализовались. В зачаточном
состоянии на тот момент были и процедурные административные реформы.

Важно понимать, что процесс реформы идет и в настоящее время.
Распределение функций между федерацией, регионами и муниципалитетами не
завершено. К сожалению, это значит лишь одно: не стоит ждать высокого качества
работы бюрократического аппарата, да и не факт, что улучшится его
эффективность. Качественных изменений стоит ожидать тогда, когда интеграцию в
управленческий сектор произведут небюрократические методы и принципы
деятельности.

Чтобы реализовать такого рода реформу, нужно обратиться к опыту
зарубежных стран. Его можно структурировать по некоторым общим принципам.
Например, реформу должен проводить орган, подчиняющийся главе государства или
парламенту.

Необходимо создание обучающих и исследовательских центров,
внедрение современных информационных и коммуникационных технологий. Важно
уделять внимание качеству сервиса, услуг для населения. Нужно работать с
обратной связью.

А вот внедрение рыночных принципов управления как на западе, так и
у нас показал низкую эффективность. Исключение составили страны, где
функционировала политическая машина, отвечающая «веберовским» принципам.

Тем не менее, применение опыта западных страна в процессах
модернизации и реформирования системы управления государством окажет
положительное влияние и даже может простимулироваться процесс реформирования в
России и повышение его эффективности.

Список литературы

  1. Указ Президента РФ от 07.05.2018 No 204 «О
    национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на
    период до 2024 г.».
  2. Постановление Правительства РФ от
    18.05.2016 No 445 «Об утверждении государственной программы Российской
    Федерации «Развитие федеративных отношений и создание условий для эффективного
    и ответственного управления региональными и муниципальными финансами».
  3. Лексин В.Н., Швецов А.Н. Государство и
    регионы. Теория и практика государственного регулирования территориального
    развития. – М.: «Либроком», 2016.
  4. Мысляева И.Н. Государственные и
    муниципальные финансы: Учебник. Изд. 3-е. – М.: Инфра-М, 2014.
  5. Невская Н.А. Макроэкономическое
    планирование и прогнозирование в 2 ч.: учебник и практикум для академического
    бакалавриата /Н.А. Невская – 2-е изд. испр. – М.: Издательство Юрайт, 2018.
  6. Орешин В.П. Государственное и
    муниципальное управление: Учебное пособие. – М.: Инфра-М, 2016.
  7. Охотский Е.В. Теория и механизмы
    современного государственного управления в 2 ч.: учебник и практикум для
    академического бакалавриата и магистратуры /Е.В. Охотский. – 3-е изд. перераб.
    и доп. – М.: Издательство Юрайт, 2018.
  8. Региональное управление и территориальное
    планирование в 2 ч.: учебник и практикум для академического бакалавриата / Ю.
    Н. Шедько [и др.]; под ред. Ю.Н. Шедько. — 2-е изд., перераб. и доп. – М. :
    Издательство Юрайт, 2017.